Мила Дали – Проданная девочка (страница 9)

Закусываю губу, когда он давит пальцем на вход во влагалище, массирует его и туго проталкивается внутрь.

Я ощущаю в себе что-то лишнее, инородное и взвинчиваюсь. Боли нет, но мне до одури непривычно. Привстаю на носочек, будто собираюсь ползти по кафелю вверх, но тут же соскальзываю из-за воды и насаживаюсь на Мирона.

Он аккуратно трахает меня пальцем, распаляя тело и будоража сознание. Вонзаюсь в него ногтями и жмурюсь. Но от ощущений никуда не деться. Теснота в промежности исчезает, и я испытываю какой-то порочный кайф. Уже знакомое предчувствие оргазма сводит ноги легкой судорогой.

— Кончай, малышка моя, — рычит Мирон и надавливает большим пальцем на клитор.

Я сдаюсь и с криком позволяю себе снова отдаться этому порочному наслаждению, пульсирую на его пальце, громко постанывая. Полное облегчение наступает, когда Мирон вынимает из меня палец. Он довел меня до оргазма, но темнота и похоть из его глаз и не исчезают.

— Сделаешь мне приятно? — хрипло стонет он.

Прижимаюсь к стене и мотаю головой. Мужчина тяжело, но терпеливо выдыхает. Отступает в сторону, освободив мне выход. Я сразу же улавливаю намек и выскакиваю из кабины на трясущихся ногах, хватаю халат и вылетаю из ванной.

Мирона нет долго. За это время я переодеваюсь в пижаму, успеваю выпить воды и лечь на кровать.

Постепенно мое дыхание выравнивается, но физически я не перестаю ощущать себя так, будто Мирон все еще находится внутри меня. Как будто до сих пор трогает и гладит.

Уф… проклятье!

Когда я слышу, что за дверью ванной стихает вода, подумываю снова притвориться спящей, однако вспоминаю о важном не решенном вопросе, который меня тревожит.

Опершись спиной на изголовье кровати, решаю дождаться Мирона.

Он выходит еще через пару минут с таким будничным видом, словно мы давние супруги, прожившие вместе десяток лет. Он как ни в чем не бывало заваливается на кровать, включает телевизор, и его не волнует, что я опять вот-вот буду страдать от тахикардии.

— Мирон, — твердо, насколько это возможно, называю его по имени, — вы говорили, что знаете обо мне все.

— Да.

— Тогда вы должны быть в курсе и моей учебы. Несмотря ни на что, я бы хотела ее продолжить…

Суворов ловит пальцами мой подбородок, вынуждая смотреть ему в глаза.

— Рита-Рита… — сощуривается он, — украла мое сердце.

Чувствую, как вспыхивают щеки. На светлой коже, такой как у меня, любое проявление смущения очень заметно.

— Не переводите тему, пожалуйста, — дергаю головой, освобождаясь от его захвата.

— Я только за, — устало отвечает и отворачивается.

— Значит, я завтра поеду в вуз?

— Если не дашь мне поводов огорчиться, то да, поедешь.

Поводов? Каких, мне интересно? До этой минуты я думала, что такие поводы может давать мне только Мирон. Ему-то с чего переживать? У него все в шоколаде. Вообще!

Но потом на ум приходит ситуация с побегом, и как блондин вернул меня в особняк. Конечно! Прихвостень все рассказал хозяину, лишь бы выслужиться перед ним, и заставил Суворова во мне усомниться.

— Я ни сделаю ничего такого, что могло бы испортить ваш имидж перед общественностью…

— Рад, что ты сообразительная девочка. Тетради, учебники какие-нибудь нужны?

— Нет, — вздыхаю, — мать положила в сумки все… кроме телефона. Почему-то.

— Я куплю тебе новый.

Получив ответ насчет учебы, который меня устраивает, я поворачиваюсь к мужчине спиной. Засыпаю раньше него.

***

Утром мы встречаемся в столовой. Он пьет крепкий кофе, уткнувшись в свой навороченный смартфон последней модели.

— Здравствуйте, — говорю, намекаю на свое присутствие.

— Здравствуй, Рита, — Мирон поднимает голову и внимательно осматривает меня с ног до головы. — Ты надела старые джинсы и свитер?

— Не хочу лишних вопросов, — тяну по привычке края свитера.

— Ладно, — кивает. — Я вызову тебе такси. Деньги на карманные расходы возьмешь у Антона.

— Антона? А кто это?

— Вы разве не познакомились? — хмурит брови Мирон.

— А-а-а… вы про того блондина? Никакого желания знакомиться с ним нет!

Очень интересно. Суворов собирается бесконтрольно выпустить меня из дома одну? Это более чем странно, даже просто нереально сказала бы.

Но машина, обклеенная рекламой такси, действительно подъезжает к положенному времени, и водитель за рулем — вроде бы обычный мужчина. Он не похож на человека из окружения Суворова.

Сажусь к нему в салон, и во мне пробуждается дух авантюризма.

А что, если вместо вуза попросить отвезти меня на вокзал? Тем более немного денег у меня есть, и документы я тайно положила в рюкзак. Мне хватит на билет куда-нибудь, а там гори все синем пламенем.

Вот только такой хитрый стратег, как Мирон, просто не может поступать так опрометчиво! Эта ситуация в такси может оказаться проверкой. Чувствую себя той самой кошкой из эксперимента Шредингера.

Нет, пожалуй, я не поведусь на провокацию и не стану поступать безрассудно.

С этими мыслями подъезжаю к вузу. Поездка уже была оплачена, и я просто выхожу из такси. Когда машина отъезжает, я оглядываюсь, ища кого-то, кто мог меня контролировать, но ничего подозрительного не наблюдаю.

— Ритка, привет! — с радостным визгом кидается меня обнимать Арина — единственная девочка из группы, с которой я более-менее общаюсь.

— Ты меня напугала!

— Да? Ну извини, — отлипнув от меня и не прекращая улыбаться, отвечает Арина.

Из-за разницы в росте некоторые идиоты на курсе обзывают нас Штепселем и Тарапунькой.

Арина очень миниатюрная девушка — ее рост метр пятьдесят пять. Всегда улыбчивая, смеющаяся девчонка с копной рыжих волос. Не без причуд, конечно, но, по крайней мере, не подлая и не высокомерная, как некоторые особо одаренные индивиды.

Поступая в вуз, я знала, что найти друзей для меня будет проблемой. Никогда не была душой компании и не рвалась на тусовки. Впрочем, меня на них никто и не звал. Арина сама подсела ко мне в первый день и была инициатором знакомства.

— Идем, — тянет она меня за руку, — ветеринарная генетика сама себя в конспект не запишет!

Сколько же в ней огня и энергии!

— Да, идем, — бормочу.

Из-за того, что со мной случилось, думать о парах сложно. Мысли снова и снова возвращаются к Мирону.

— Выглядишь уставшей, — замечает приятельница. — Опять все выходные зубрила?

— Ты видишь меня насквозь, Арин, — вздохнув, поправляю на плече рюкзак.

— Ой, а теперь стой! — резко останавливает меня на дорожке перед вузом. — Видишь, Спиридониха в столовую с пустым ведром чешет? — говорит о полноватой работнице с косынкой на голове. — Надо подождать, иначе нас век будет преследовать неудача.

— Я и так неудачница. — Вот и нашелся повод посмеяться. — Так что не пугай меня своими приметами.

— Я не пугаю, а всего лишь хочу предупредить. Ну и дождаться, пока кто-нибудь другой пройдет перед нами по испорченному Спиридонихой пути. Ходит тут, энергетику студентам очерняет.

— Тебе не кажется, что настолько загоняться приметами странно?

Арина таращит на меня большие зеленые глаза.

— Мне как человеку, глубоко занимающемуся эзотерикой, это просто необходимо! Я, может быть, пойду на шоу «Битва экстрасенсов», когда откроют новый сезон.

— Чудо ты чудо, Аринка…