Мила Дали – Проданная девочка (страница 8)

Представление о топтании в тесной кабинке исчезает, когда меня заводят в комнату, похожую на великолепно обставленную гостиную с диванами, столиками и зеркалами.

Понимая, что Мирон сейчас достаточно далеко, я пристально смотрю миловидной женщине прямо в глаза. А если попробовать ей рассказать о своем положении? Медлю несколько секунд.

— Сейчас предложу вам несколько вариантов, — говорит ни о чем не подозревающая сотрудница.

— Спасибо.

Я не решаюсь рассказать. Был бы сейчас на месте Суворова тот блондин, храбрости бы во мне было больше. А рисковать так при Мироне страшно. Он же и замять может «недоразумение». И что тогда со мной будет?

Через несколько минут сотрудница приносит изысканные платья, костюмы, блузки и юбки разных цветов и фасонов.

— Маргарита, — уже и ко мне она обращается по имени, — Мирон Олегович велел выбирать вам все, что понравится, в неограниченном количестве.

— Чудно… — отыгрываю роль восторженной любовницы, правда, не ручаюсь за убедительность.

Однако когда примеряю первый костюм с брюками палаццо и модным пиджаком нежно-молочного цвета, мое грустное настроение немного меняет вектор.

Как же все-таки одежда может менять облик человека и его самоощущение. На время перестаю чувствовать себя вчерашней забитой школьницей. Я будто становлюсь красивее и взрослее. Не девчонкой, а молодой уверенной в себе женщиной. Такой деловой и статусной.

Конечно, это кривляние перед зеркалом — просто игра. Но ведь иногда прикинуться можно?

Тем более без навязчивых свидетелей. В чем-то Суворов был прав — я отвлекаюсь от мыслей о предательнице-матери и становлюсь чуточку веселее.

— Маргарита, а это платье выбрал для вас Мирон Олегович, — снова заходит сотрудница.

В ее руках безупречное черное мини, расшитое темными кристаллами, переливающими искрами на свету. — И лодочки.

— Я не умею ходить на каблуках.

— У них очень удобная колодка!

Я примеряю это платье, выгодно подчеркивающее мои ноги, а в туфлях на высоком каблуке они кажутся еще длиннее. Платье без рукавов и бретелек, с корсетным верхом. В нем моя грудь приподнимается и принимает пикантную округлую форму.

В таком платье я даже не леди, а какая-то светская львица или амбассадорша стерв, которая ест на завтрак мужские сердца. Стягиваю резинку и распускаю волосы, взбиваю их у корней, кручусь возле зеркала.

Но моя игра тут же прекращается,когда вижу открывающуюся дверь.

Ко мне входит Мирон, и я опять опускаю голову. Мужчина останавливается у меня за спиной, и почему-то в примерочной становится так тихо, что я слышу его дыхание.

— Взгляда не оторвать от тебя, Рита.

Он убирает мои длинные волосы на одно плечо, обнажая второе.

Затаив дыхание, украдкой наблюдаю в зеркальном отражении, как Мирон наклоняется к шее.

Когда его теплые губы сливаются с моей кожей, по телу будто прокатывается ток. А от места, куда целует Мирон, пульсирует жар. Потом он скользит поцелуями к моему плечу, щекоча и покалывая кожу отросшей щетиной. Его руки ложатся на мои предплечья и нежно поглаживают.

Сбивчиво хватаю ртом воздух, не отрывая взгляда от мужчины.

***

Из бутика я выхожу в новом брючном костюме насыщенного изумрудного цвета, перламутровой блузе и черных лодочках.

Мой рост сто семьдесят, а в туфлях и того выше, но я все равно остаюсь низкой по сравнению с Мироном. Вернувшись в авто, дожидаемся, пока прихвостень поставит пакеты с купленными вещами в багажник.

— Что с настроением, Рита? — интересуется Суворов, положив ладонь мне на коленку. — Понравилась поездка?

— Все замечательно. Спасибо за одежду, — сухо благодарю.

Мирон кивает и вальяжно откидывается на спинку, не убирая от меня руку. Мужчина устал. Или ему мало доставляет удовольствия таскаться по магазинам, но ради меня он будто готов потерпеть.

Потом он везет меня ужинать в ресторан. Наверное, в своих джинсах и свитере я бы чувствовала себя здесь нелепо. Осматриваюсь по сторонам и оцениваю других гостей, заостряя внимание на разодетых девушках.

Конечно, я не вливаюсь в их среду, мне легче представлять себя специальным агентом под прикрытием, надевший костюм богача, словно я на секретном задании должна разоблачить бандита Суворова.

Не воспринимая все происходящее всерьез, я прошу у официанта воды и лишь потом, выпив ее, пролистывая меню узнаю, что «0,33» стоит девятьсот рублей. Ужас! Она ведь даже не газированная! Но для Мирона это копейки, и похоже, что он очень щедрый мужчина. После таких трат в бутике заказывает нам салаты и горячее.

От вина я отказываюсь, никогда не пила и не стремлюсь.

Суворов выбирает себе бокал сухого красного к мясу, а я прошу безалкогольный мохито и муссовое пирожное на десерт.

В особняк возвращаемся поздним вечером.

Выждав полчаса в одиночестве, решаю, что и сегодня Мирон ко мне не придет.

Глава 8

Я никогда не считала себя красоткой, да и мать говорила, что я родилась обычной, потому что на папашу похожа.

Встаю под теплый душ и подставляю лицо под струи.

Вытягиваю язык, собирая капли.

В доме Суворова даже проточная вода вкусная, мягкая, не отдает хлоркой. Наверное, в системе водоснабжения установлены мощные фильтры.

Вздрагиваю, когда стеклянные стенки плавно разъезжаются, и возле душа появляется Мирон. На нем снова только белое полотенце, прикрывающее бедра.

— Сегодня я хочу принять с тобой душ, Рита.

— Нет-нет!

Завизжав, я теряюсь, прикрываю руками грудь и между ног.

Прижимаюсь спиной к мокрой теплой кафельной стене, лихорадочно наблюдая, как мужчина скидывает с себя полотенце и, перешагнув низкий бортик, входит ко мне. Невольно опускаю взгляд ниже его словно высеченного из камня рельефного пресса.

Невероятно!

Я вижу вживую мужской член. Огромную стоящую колом пушку с крупной блестящей головкой и внушительным стволом. Пах у Мирона не волосатый, что, наверное, плюс.

Ах, какая я оптимистка! Я даже стараюсь искать позитив в этой чудовищной, но волнующей меня ситуации! И как Мирон вообще ходит с таким большим членом? Неужели он ему не мешает?

Господи, о чем я думаю?!

Это же физиологическая реакция, показывающая, что интерес Мирона ко мне не пропал. Наоборот, он очень возбужден.

Не знаю, куда себя деть и на что перевести взгляд.

— Хочешь потрогать? — спрашивает Мирон, понимая, что я слишком долго рассматриваю его член.

— Нет! — пискнув, я даже подпрыгиваю.

Мирону нравится эта игра. Он словно хищник забавляется со своей добычей перед тем, как ее съесть.

Обняв меня одной рукой за талию, прижимает крепко к себе.

Я застываю, ощущая, как низ моего живота соприкасается с его членом, зажатым между нашими телами. Забываю дышать, колени подгибаются, но Мирон уверенно держит меня, не давая упасть или отстраниться.

Он выключает «тропический» душ, но из своих рук не выпускает. Снова целует меня в шею, только его поцелуи уже не такие легкие, как были в примерочной бутика. Он засасывает мою кожу, облизывает. Поднявшись к мочке уха, прихватывает ее зубами, отчего я шиплю. Мне не больно, а очень-очень… странно.

— Закинь на меня ногу, — хрипит в висок Мирон.

— Не понимаю… — оторопев, бормочу.

Голова идет кругом.

Суворов, взяв меня за бедро, приподнимает ногу.

Отчаянно упираюсь в его твердую грудь ладошками, а она словно огонь — настолько горячая. Сердце Мирона бешено бьется. Другой рукой он соскальзывает по моему животу вниз, задерживается между моих ног. Медленно гладит меня там, вызывая целую лавину ощущений.