Мила Дали – Проданная девочка (страница 29)

Плавно двигаю бедрами, но меня снова штормит. Не удержав равновесие, подаю вниз. На мгновенье теряю ориентир, а потом чьи-то сильные руки ловят меня. С размаха утыкаюсь лицом в широченную грудь. Вдохнув, узнаю запах Мирона.

— Ёп твою мать, Рита, что ты делаешь? — рычит он.

Отлипнув от его груди, сначала вижу отпечатки черной туши на его белой футболке, которые остались после моих ресниц, а уже после вроде бы подбородок. Поднять голову выше у меня нет сил и желания. Так сойдет. Он же не глухой, все слышит.

— Хотела стать звездой вечеринки… Не понимаю, почему не вышло, — бормочу я.

Суворов крепко берет меня за плечи, немного встряхнув, внимательно заглядывает в глаза и хмурится.

— Мы едем домой, — безапелляционным тоном заявляет.

— Нет… Нет-нет-нет, — мотаю головой. — Я хочу танцевать.

— Потанцуешь дома. Я включу тебе музыку. — Сгребает своей могучей ручищей и ведет к выходу. — Ты боялась, что я все здесь разнесу, но походу это сделаешь ты, если мы сейчас же отсюда не уедем.

— Вот почему ты вечно такой вредный! — эмоционально реагирую. — Вечно все должно быть только по-твоему! Рита туда не ходи, Рита молчи, Рита слушай, что я тебе говорю!

— Ты не знаешь меня вечно, чтобы делать такие выводы.

— А мне этого месяца достаточно!

Несмотря на глубокую ночь, на улице все так же многолюдно. Вырвавшись из лап Мирона, я уверенно направляюсь к парковке.

— И куда ты собралась? — строго кричит в спину.

— В машину! Мы же домой едем?!

— Я после виски за руль не сяду. Вызовем такси.

— Ты же отличный водитель. Или сдрейфил? — подкалываю и оглядываюсь. — А если боишься, поведу я! — показываю ему язык.

— Да что ты…

Стиснув зубы, он догоняет меня и берет за руку уже намертво. Я пытаюсь вырваться и вернуться в бар, чтобы продолжить веселиться, пока Мирон, уткнувшись в телефон, вызывает такси, но у меня не получается.

В горле снова пересыхает.

— Отпусти, — дергаюсь. — Я хочу танцевать и пить.

— Пить или напиваться вдрызг?

— Из нас двоих напиваешься только ты!

— Конечно.

Подъехавший желтый седан мигает фарами. Мирон насильно сначала проталкивает меня в салон, затем садится сам. Откинувшись на спинку, шумно вздыхаю, чтобы обозначить свое отношение к ситуации. Мне совсем не хочется спать, наоборот, жажда куража будоражит сознание.

Но Суворов никак не реагирует. Он выглядит рассерженным. Молчит. А когда у Мирона такое настроение, обычно плохо становится всем. Я это еще по жизни в особняке помню.

— Не кипятись, пожалуйста, — первой иду на контакт, задевая кончиками пальцев его колючую от щетины скулу.

— Все нормально, — спокойно отвечает, но сквозь зубы.

— Я же вижу, что ты зол.

— Тебе так кажется.

— Обманывай кого угодно, только не меня.

Соскальзываю рукой по его щеке, а потом первая тянусь к нему и задеваю губами его губы. Не страшно. Мы целовались уже много раз.

Мирон охотно отвечает. Но сегодня я первая проталкиваю язык в его рот, забирая себе роль ведущей. Суворов на секунду замедляется, а после сплетает свой язык с моим, и с еще с большим жаром, часто дыша и распаляясь, властно отнимает эту привилегию себе.

Он не уступает. Никому и ни в чем. Сладкое возбуждение закручивается внизу живота огненной воронкой, сильной и требовательной как никогда прежде. Целуюсь с Мироном, ощущая, как стало влажно у меня в трусиках.

— Подожди, пока приедем домой, — он первым прерывается.

Все еще дыша, словно загнанный зверь, берет меня за руку и подносит к своим губам. Я приоткрываю окно, впуская в салон свежий воздух. Мне слишком жарко и странно. Полное ощущение нереальности. Как будто все, что происходит между нами сейчас, не взаправду.

Глава 29

— Я в душ. Ночка сегодня была — огонь, — хрипит Суворов, стягивая через голову футболку, и, бросив ее кровать, оборачивается ко мне. — Тебе тоже полезно освежиться. Настрой воду похолоднее.

На автомате киваю, придерживаясь за стену — тело подводит.

Я не понимаю, что со мной творится. В голову лезут несвойственные мне мысли. Они такие разные, пошлые, и все о Мироне. О том, что я хочу его как мужчину. Неистово, дико окунуться в водоворот страсти.

Это желание возникло у меня еще в такси, и я думала, что отпустит, но этого не случилось.

Вторая ванная располагается на втором этаже виллы.

Я раздеваюсь догола и направляюсь к лестнице, однако на полпути передумываю и иду к Суворову. Открываю деверь, вхожу.

За стеклянными перегородками душевой шумит вода.

Закусив губу от волнения, я сдвигаю дверцу вбок и перешагиваю низкий бортик. Вода, под которой моется Суворов, очень прохладная, но из-за моего странного состояния все ощущения притупленные. Все, кроме возбуждения. Оно только усиливается, когда я вижу широкую спину Суворова и классную задницу под струями воды.

Мирон замирает, заметив меня.

Подойдя к нему вплотную, прижимаюсь щекой к спине и тянусь к его животу. Медленно поглаживаю, прощупывая пальцами твердые кубики на прессе.

— Что… ты… делаешь? — заминается Суворов.

— Тш-ш… — отвечаю я. — Тише.

Опускаю руки ниже, нащупывая его член.

Трогаю, ощущая, как с каждой секундой он становится тверже и больше. Ладонью плавно скольжу по всей его длине. Удивительно: на нас сверху течет прохладная вода, а Суворов не остывает, он все равно горячий. Везде.

— Рита, — кладет ладонь поверх моей руки. — Не надо.

— Почему? Ты же расслабляешься, когда кончаешь.

— Я сегодня много выпил. Мне будет сложно себя сдерживать. Выйди из кабины, — упирается кулаком в кафель.

— Нет, — упрямо мотаю головой, быстрыми движениями дрочу Суворову.

— Я тебя выебу, если ты не уйдешь.

— Не страшно…

— Да что же ты творишь! — рычит он. — Блядь… Ты правда этого хочешь?

— А ты?

— Безумно. Я давно тебя хочу, но…

— Так возьми.

Он обхватывает мое запястье, убирая от себя руку.

Вырубает душ.

— Лучше не шути так, Рита. Не сегодня.

— А я и не шучу.

Он поворачивается ко мне, его взгляд растерян. Приподнявшись на цыпочки, обвиваю руками его шею, тяну его на себя в подтверждение своим словам.