Мила Дали – Проданная девочка (страница 21)

Нетерпеливо Мирон сам стягивает с себя боксеры.

Округляю глаза, видя его стоящий кожаный болт, и паника снова охватывает меня. Мирон говорил, что хочет «любить» меня им всю ночь, но я не представляю, как он может в меня поместиться. Нет, впускать его в себя я не готова. Я просто не выдержу. Он такой крупный.

Робко беру член ладошкой и медленно веду вверх и вниз. Он гладкий и горячий.

— Да, вот так, продолжай.

Но удивительнее всего, как Мирон реагирует, как тяжело дышит, как весь напрягается. В эти минуты он как будто становится беззащитным передо мной, потому что как сумасшедший хочет кончить.

Видя, как Суворов заводится, меня тоже охватывает легкой судорогой, и между ног требовательно печет. Убыстряю движения ладони, наблюдая, как краснеет крупная головка на члене и как Мирон сам слегка толкается в мою руку.

А потом под ладонью становится липко и влажно. Я вижу, как из члена толчками выливается сперма.

Еще немного я продолжаю ублажать Мирона, пока он сам не убирает от себя мою руку.

Глава 21

Два дня спустя

Рита

— Ты чемоданчик взяла? — первым делом спрашиваю Арину, подсев к ней перед парой.

— Разумеется, — с гордостью отвечает и кивает под стол, но потом вдруг подозрительно прищуривается. — Только я не пойму, Бельская, с чего вдруг тебе понадобились мои услуги? Ты ведь раньше относилась скептически к моим способностям.

Это так. Я не верю ни в магию, ни в волшебство. Все что научно недоказуемое считаю бредом.

Последнее вера в чудо умерла во мне еще лет в семь, когда отчим решил надо мной поглумиться.

Как сейчас помню его с засаленными от поедания жареной картошки губами, которыми он давил издевательскую лыбу и махал передо мной моим же письмом, адресованным Деду Морозу.

Отчим тогда сказал, что Деда не существует, а письма на самом деле забирает моя мать. И что в этом году хрен мне, а не лего.

Не знаю, к чему была такая необходимость портить мне праздник. Но тогда я еще надеялась, что Дед Мороз пусть не увидит мое письмо, но как-то услышит меня. Он же волшебник и может все.

Однако утром первого января, увидев под елкой вместо подарка целлофановый пакет с подгнившей сырой свеклой, я окончательно поняла, что сказки нет.

От обиды я громко заплакала.

Отчим хохотал надо мной, аж похрюкивал.

Мать стояла рядом с ним и зажимала ладонью губы.

Будучи маленькой, я не догадалась, почему она так делала, только позже стало ясно, что мать закрывала рот, чтобы тоже не рассмеяться.

Сколько бы лет ни прошло с того момента, но я до сих пор не могу взять в толк, какой нормальный родитель будет дарить своему ребенку на праздник гнилую, заплесневевшую свеклу?

К слову после такого жестокого розыгрыша утешительного приза мне не дали. Ни конфетки. Была только вонючая свекла.

И вот спустя одиннадцать лет я опять задалась вопросом об объективности мира, потому что никак не могу выкинуть признания Мирона в чувствах ко мне из головы.

Из миллиона женщин он выбрал именно меня, хотя мы даже не общались раньше. Что это, если не магия?

Разобраться в этой проблеме мне как никто другой может помочь Арина.

— Да, я не верила в мистику, Ариш, — заискивающе отвечаю. — И сейчас не фанат, но мне нужно чтобы посмотрела моего «парня». Помнишь, я рассказывала? Вдруг на нем какая-то порча или приворот?

Подруга становится очень серьезной.

— А что, он налево пошел или его поведение изменилось?

Я вздыхаю.

— Наоборот, он сворачивает только направо… Вдруг его кто-то ко мне приворожил?

Я просто не знаю, что еще думать. Честное слово, прогоняла уже разные варианты в голове, и остался только этот.

После занятий мы с подружкой вместе выходим из вуза.

Молчаливый водитель, прикидывающийся работником такси, напрягается, когда в салон машины садится Арина. Он ничего не говорит, и я тоже лишь называю адрес, как будто он без меня его не знает.

Арина болтает об учебе и не придает значения тому, как мужчина за рулем хватается за телефон и спешно набирает сообщение. А вот я убеждена, что он сейчас предупреждает Суворова или Антона, что в особняк я сегодня приеду не одна.

Но мой смартфон молчит и через пять минут пути, и когда такси притормаживает у ворот.

— Ну ничего себе… — присвистывает Арина, войдя во двор. — Бельская, это даже не мистика, а божья благодать! Это ж надо зацепить парня, который может себе позволить жить в таком дворце! А дом его или снимаете?

— Его.

— Круто! А кто его родители? Чем они занимаются, раз у сыночка в собственности хоромы?

— Не знаю…

Когда я рассказывала подруге о «парне», то не уточнила его возраст. Арина не в курсе, что Мирон — уже состоявшийся взрослый мужчина. Она думает, что он молодой мажор.

— С предками, значит, живете? — шепчет, войдя в особняк и увидев Тамару. И тут же, засияв в улыбке, спешит показать всю свою доброжелательность, зашагав к женщине. — Здравствуйте! Вы мама Мирона? Рита столько о вас говорила! Как же я рада с вами познакомиться.

Тамара реагирует спокойно. Должно быть, ее тоже успели предупредить.

— Добрый день, — сухо отвечает на слишком эмоциональный выпад Арины. — Я помощница.

— А-а-а… ой! — стопорится подруга. — Помощница?

— Да, я занимаюсь особняком.

— А Ритка тогда что здесь делает? — замявшись, растерянно оглядывается на меня.

— Маргарита здесь живет, — все так же скупо поясняет Тамара.

А глаза подруги становятся как два блюдца.

Немного постояв перед Тамарой с вытянутой рукой и поняв, что приветливого рукопожатия не дождется, Арина играючи выходит из неловкого положения, изобразив перед женщиной реверанс, а затем снова шагает ко мне и берет за локоть свободной от чемоданчика рукой.

— Обалдеть, за тебя тут еще и батрачат, — тихонько шепчет мне на ухо.

Поднявшись в спальню, я опять проверяю телефон, но ничего от Мирона в нем нет.

Тем временем Арина, поохав восхищенно на королевский интерьер, принимается за работу. Открывает чемоданчик со всеми своими изотерическими штучками.

Сначала повязывает черную косынку себе на голову, а потом, выставив руки ладонями вперед, начинает снова расхаживать по спальне, трогать стены и мебель.

— Что скажешь? — через минут десять нетерпеливо спрашиваю подругу.

— Я вот прям чувствую потоки энергетического напряжения! Такие, знаешь, темные сгустки.

— Уф… не зря тебя позвала! Давай ты ауру Мирона посмотришь?

— Да, есть его фото?

— Нет.

Арина хмурится.

— А личная вещь?

Я подрываюсь к шкафу.

— Сменная рубашка подойдет?