Микита Франко – Почти 15 лет (страница 91)
Он старался быть тихим, не всхлипывать, не скулить – в общем, не издавать звуков. И когда дверь спальни неожиданно открылась, он резко поднялся с пола и первое, что захотел сделать, наорать на Ваню: «Ты что, забыл, как стучаться?!»
И даже набрал в грудь побольше воздуха для этой злой фразы, но Ваня, заметив размазанные разводы слёз на лице отца, замер на пороге, и теперь испуганно хлопал глазами, не решаясь двинуться ни назад, ни вперед. Наорать на испуганного ребёнка не так-то просто, особенно когда ты сам… Когда ты сам немножко испуганный ребёнок.
Слава с усталом вздохом спросил:
- Что ты хотел?
Ваня мигнул:
- Я уже забыл.
- Нужно стучаться, - напомнил Слава, поднимаясь и бросая скомканное покрывало на стул.
Как ни в чём не бывало, он принялся расстилать постель, а Ваня продолжал на него смотреть, сминая в пальцах края пижамной кофты с рождественскими оленем. Штаны тоже были рождественскими, в красную клетку, и немного свисали с похудевшего после больницы Вани. Слава сердито поднял взгляд.
- Ну что?
- Ты плачешь.
- Да, мне было грустно. Уже всё в порядке.
- Что-то с Мики?
В голосе Вани послышались тревожные нотки, и Слава интенсивно замотал головой:
- Нет-нет, с ним всё хорошо.
- Лев тебя обидел?
Слава усмехнулся: не:
- Вань, это взрослые проблемы.
- Значит да.
- Я не буду это с тобой обсуждать, - однозначно сказал Слава.
- Почему? – поинтересовался Ваня, проходя в спальню и ложась поперек родительской кровати, не спросив разрешения.
Слава, не найдя, что ответить на такую наглость, растерянно произнёс:
- Я не хочу обсуждать с тобой то, что тебя не касается. Это… не детская история, ясно?
- Это меня касается, - запротестовал Ваня. – Это же про Льва.
- Он твой отец.
- И что?
- Не хочу, чтобы ты думал, что он какой-то… плохой.
- Всё в порядке, - заверил Ваня. – Я уже давно так думаю.
Слава обессиленно опустился на край кровати, повернувшись к сыну.
- Иди спать, а?
Ваня раскинул руки по сторонам, развалился поверх одеяла, и мечтательно произнёс:
- Вот бы поспать на такой огромной кровати…
- Предлагаешь кроватями махнуться? – усмехнулся Слава.
- Можно полежать с тобой?
Слава вздохнул, и неспешно опустился на кровать рядом с Ваней: тоже поперек, только с другой стороны. Так и легли: плечом к плечу, но вверх ногами. Ваня, обрадовавшись, прижался носом к Славиной щеке, как ласковый пёс, и горе-отец наконец рассмеялся. Нос у Вани тоже был, как у пса – холодный.
Мальчик перевернулся на бок, в сторону Славы, и неожиданно мягко провёл ладонью по его жестким чуть вьющимся волосам.
- Не грусти, - негромко попросил он.
- Не буду, - шепотом отозвался Слава.
- Обещаешь?
- Ну, совсем не грустить я тоже не могу.
- Почему?
- Всем иногда грустно. Тебе ведь бывает грустно?
- Да, - согласился Ваня. – Например, сейчас.
- А сейчас почему?
- Потому что грустно тебе.
Славе стало стыдно и неловко за свои слёзы, и за то, что не придумал, как их объяснить по-другому. Может, и надо было сказать, что что-то с Мики… Что переживает, например. Просто переживает. А теперь Ваня будет думать черт-те что.
Сделав вид, что неожиданно вспомнил об этом, Слава неуклюже сменил тему:
- Как там, кстати, Нина?
- Мы ещё не виделись, - насупился Ваня. – И она пока не отвечает.
- Скоро ответит, - сказал Слава.
Просто так сказал. Он не очень в это верил.
Ваня задумчиво произнёс:
- Не представляю, чтобы я расстроил Нину до слёз.
Что-то никак не хотела спадать гнетущая неловкость разговора. Слава через силу произнёс:
- Ну, потому что ты хороший парень.
- Зато меня Нина до слёз сто раз расстраивала, - с грустью заметил Ваня. – Потому что она меня не любит.
В Славе незамедлительно включился заботливо-ласковый родитель-врун. И этот врун, приподнявшись на локтях, с возмущением спросил:
- Что за глупости? Как тебя можно не любить?
- Она не любит. Иначе она бы мне писала.
- Она, наверное, просто занята.
Ваня, улыбнувшись, снисходительным тоном произнёс:
- Папа, когда девочка любит мальчика, она не будет его просто так расстраивать. И не будет делать так, чтобы он потом плакал, - он сел, обхватив коленки, и уперся в них подбородком. – И, если мальчик любит девочку, он тоже не будет. Я по себе знаю. Если бы Нина мне разрешила что-то для неё сделать, я бы… сделал всё что угодно. Но ей ничего не нужно.
Слава не знал, что ответить. Казалось, этот разговор был вообще не о Нине. Казалось, этот сеанс психотерапии был для него, для Славы, а Ванина несчастная любовь вообще была не причем.
Он тоже сел, подтянув к себе колени, и они с Ваней оказались друг напротив друга.
- Люди не обижают друг друга, если любят, - произнёс он.
- К сожалению, иногда обижают.