Михаил Визель – Создатель. Жизнь и приключения Антона Носика, отца Рунета, трикстера, блогера и первопроходца, с описанием трёх эпох Интернета в России (страница 35)

Глеб Олегович посмотрел на меня с интересом, потом кивнул.

— Независимый новостной сайт станет самым востребованным СМИ Рунета. У него будет аудитория в три раза больше, чем у нашей нынешней «Газеты». А для ваших политических проектов это будет просто гигантская рекламная площадка, совершенно бесплатная. Скажете своему <руководителю администрации президента Александру> Волошину, что это инфраструктурный проект. А отсутствие кремлёвской заказухи — необходимое условие его успешного роста.

— Так и скажу, — неожиданно легко согласился Глеб.

На следующий день за 50 долларов США в РосНИИРОСе был зарегистрирован домен «Lenta.Ru». Илье Пономарёву я сказал, что польщён его предложением, но моя команда остаётся в ФЭПе. Судя по выражению его лица, он обрадовался. Как выяснилось спустя ещё пару дней, пресс-служба ЮКОСа уже нашла к тому моменту замену мне и моей команде — в том же самом месте, откуда она всю дорогу черпала кадры: в «Gazeta.Ru» перешла в полном составе редакция «Коммерсант-Власти» во главе с главредом Владиславом Бородулиным.[193]

Переход от высокоинтеллектуальной «Газеты» к сугубо новостной «Ленте», сжатый в «Дорогой редакции» до лаконичной фразы «мы приступили к работе», в жизни не был таким плавным и естественным — и оказался полной неожиданностью даже для её ключевого сотрудника Юлии Миндер:

…ничего не предполагало, что будет «Lenta.Ru». У Антона это всё было легко: очень быстро придумал и забыл всем рассказать. Мы закончили «Газету», было непонятно, будет что-то ещё или не будет, и я спокойно купила путёвку и поехала отдыхать. А через неделю [в августе 1999], когда я приехала, Антон набрал каких-то людей, и встретил меня дикими криками и воплями по поводу того, что «А-а-а, у нас тут ничего не работает!».

Что мы делаем? Мы делаем «Lenta.Ru». ОК.

Поэт Сергей Арутюнов, проработавший в «Газете» — «Ленте» недолго, но — в ключевой момент перехода, уже в 2002 году в ЖЖ описывал это так:

К вечеру Носик собрал всех в переговорной, где постоянно сидело 8 человек, не было окон, но имелась дверь в потенциально работающую душевую.

Все закурили.

Антон сказал, что «Gazeta.Ru» продана и теперь мы все будем делать «Lenta.Ru», которая (он стал чертить мелом на доске и объяснять, как ставить, что писать и что нажимать). Вытерев руки, он понял, что я, например, ничего не понял. По глазам. Миша Визель огненно смотрел вперёд и был готов на всё, мой же взгляд был отчаян и мрачен (как всегда при возможных переменах, которые только к худшему). Положившись на всех богов, Антон выбежал стремглав вон. <…>

Андреев и Лесной покинули площадку консультации с конкретными вопросами, свидетельствующими о глубоком понимании ситуации.

Остались — Соня Соколова, Илья, Маша Мстиславская, случившийся с визитом Лев Московкин, бессменный политрепортёр, и мы с Мишей… Юля Миндер, постаравшаяся смягчить шок, была очень кстати…[194]

Технически запустить сайт «Ленты» оказалось гораздо проще, чем «Газету». Работы от принятия решения до выпуска заняли два месяца. Как объяснил сам Носик «Рунетологии»,

«Lenta.Ru» использовала все наработки, которые были в «Gazeta.Ru». Движок «Ленты» — доработанный движок «Газеты». Дизайн Тёма Лебедев сделал с нуля за 2 недели. Штат был тот же, что и в «Газете». Технология производства новостей — та же технология, которая применялась в новостном разделе «Gazeta.Ru», просто она была раздута до основной и главной технологии производства контента. В «Газете» новости были отдельно взятой рубрикой, а в «Ленте» они стали главным содержанием.

Но если с точки зрения технологии мало что изменилось, то кадровый состав пришлось изменить заметно — количественно и качественно. Поначалу — вдвое. На сей раз алгоритм «друзья друзей, которые ищут работу» не принёс желаемого результата: помимо «приятных людей», вроде Лёхи Андреева и Норвежского Лесного, для нового новостного проекта понадобились закалённые бойцы информационного фронта.

Раз уж мы решили заниматься новостями в качестве основной специальности, нужно было срочно усилить существующую редакцию профильными специалистами — людьми, имеющими серьёзный опыт отбора и производства новостей для приличного издания, со своими строгими правилами и стилистическим гайдлайном. Поскольку в ту пору «Ведомости» находились ещё в колыбельно-зародышевом состоянии, ленты РИА и ИТАР-ТАСС пучило от казённой заказухи, а «Интерфакс» дрейфовал от номинальной независимости к статусу третьего государственного PR-агентства, выбирать не приходилось. Специалистов такого профиля нужно было схантить в новостной службе ИД «Коммерсант», что мы и сделали.

Их ставка жалованья составляла 500 долларов брутто, в связи с кризисом её в одностороннем приказном порядке снизили до 250 задним числом, но и эти деньги задерживали по полгода. Так что стоило мне закинуть удочку в сторону улицы Врубеля, как на нашем пороге разом объявились четверо превосходных новостников из «Коммерсанта»: Галя Тимченко, Слава Варванин, Юля Котцова и Галя Серёгина.[195]

Но далеко не всё проходило легко и гладко на первом этапе:

Для этих новых сотрудников «Lenta.Ru» была первым местом работы в Интернете, так что на тот момент их приходилось всему учить, — вспоминал Носик через пять лет для «Веб-планеты». — К тому же движок Максима Мошкова и дизайн Тёмы Лебедева отлаживались на ходу. В сентябре 1999 года если я случайно ночевал не на работе, то, значит, я ночевал в Cтудии Лебедева над очередными эскизами дизайна.[196]

Вячеслав «Клава»[197] Варванин, в декабре 2017-го встретившись со мной во время одного из нечастых наездов в Москву из «провинции у моря», подтвердил носиковский нарратив про сложность освоения Интернета классическими «газетчиками»:

Когда Носик обрушил такое количество информации на меня, я, конечно, старался кивать, якобы мне всё понятно, хотя на самом деле я просто ничего не успевал [понять]. Т. е. там ничего особо сложного не было, но скорость и попытка ввалить в нас товарный поезд информации была очень энергичной.

Поскольку Галя меня позвала типа как специалиста по Интернету[198], то я делал умное лицо, кивал. Но, с другой стороны, это было так задорно, весело, перспективно и т. д., что согласились практически в секунду.

Разумеется, профессиональным новостникам из респектабельной газеты было не так просто решиться на столь резкий шаг. И, помимо собственно денежной составляющей, главным фактором оказалась харизма Носика — у которого всё выходило именно что «задорно, весело».

У Носика была совершенно чёткая концепция, чёткие виды на нас. Мы же в «Коммерсанте» занимались чем? Мы не писали заметки — мы сидели в информационном центре на входящем потоке, и делили на важное и неважное, раскидывали по отделам и озаглавливали все эти бесконечные тассовские и прочие агентские портянки. Из которых потом газета брала полуфабрикат. И он нас рассматривал как мониторщиков и заголовщиков.

По его замыслу, мы должны были находить новости, быстро кидать анонс в один абзац и правильный заголовок, и отдавать редактору. Идея не прижилась, потому что заметку всё равно должен писать тот человек, который её и начал. Находить, выдавать, быстро делая короткий вариант, который потом дописывается, — это всегда было формально обязательным, но на деле никогда не выполнялось. Потому что начинаешь разбираться в теме — заголовок получается другой, может быть, вообще другой. Может, всё вообще наоборот. Так что вот чтобы мы всё находили и это наскоро шло в эфир, — такого не было. Hо как рабочий инструмент для редакторов — файл «монитор» — это да, было. Саму эту схему адаптировать к поточной работе интернет-издания попытался Носик, мы своей ленью и упрямством её как-то скорректировали, — и получилось то, что получилось. И так теперь все работают.

Интернет-новости можно отнести к классической журналистике с очень большой натяжкой. Новостники почти нe имеют дела непосредственно с людьми или событиями: источники информации для нас — ленты информагентств, газеты, телевидение, блоги или другие онлайн-издания. Практически всё, чем занималась «Лента. Ру» в первые десять лет жизни, — это поиск, выбор и упаковка информации, добытой кем-то другим. <…>

Хорошее новостное СМИ делать ничуть не проще, чем традиционное. Другие приоритеты, другой формат, другие проблемы — и другие критерии оценки. Но ощущение второсортности и ущербности всё равно периодически охватывало даже самых стойких сотрудников. <…>

Десять лет назад защитить редакцию от комплекса неполноценности можно было только одним способом — дать ей другую систему ценностей, отличную от журналистской романтической. Тут, конечно, основная заслуга принадлежит Антону, который научил нас словосочетанию «информационный фильтр». Это очень удачное определение «Ленты», поскольку именно в умном выборе и ранжировании новостей заключался один из секретов успеха.[199]

О том же говорил и сам Носик в интервью Шаулю Резнику в 2002 году:

Общество пропускает через себя информационный поток. Перед «Lenta.Ru» стоит задача его фильтрации. 20 лет тому назад это было актуально только для глав государств и транснациональных корпораций. В новостном жанре информационный продукт, потребляемый советским человеком, занимал часть четырёхстраничного номера газеты «Правда». Происходящее за границей укладывалось в колонку «Их нравы». Двадцатикопеечный журнал «За рубежом» в полной мере удовлетворял запросы особо продвинутого читателя.