Михаил Вертепа – Птицы (страница 10)
Он глуп для президента, это видно, всем явно заправляет Мадлен. Но Воробей говорил, что президент скорее всего подвластен Кошкам. «Либо Мадлен сама встала на сторону Кошек, либо…», – подумал Мик.
– Она одна из них, – беззвучно проговорил он.
Но так ли все очевидно, как кажется на первый взгляд? Не может ли Гни лишь притворяться идиотом, отводя от себя взоры соперников? Может ли он специально переводить акцент на жену? Ведь она у него не первая… Могли ли другие умереть от рук его соперников?
От всех этих мыслей у Мика раскалывалась голова. Он потер переносицу. «Я самый молодой в Гнезде, есть люди умнее меня, они давно уже пришли к таким же выводам и проверили их», – думал мальчик.
Почувствовав легкое прикосновение к плечу, Мик, вздрогнув, выхватил нож, но остановился, увидев лицо Филина перед собой.
– Тише, Рапс, с тобой все хорошо? – Обеспокоился Филин. – Выглядишь неважно.
– Да, дядя, все хорошо, – тихо говорил Мик, убирая нож, – я просто… Просто задумался, а вы меня напугали.
– Ха! Бойкий паренек! – Смеялся Гни. – Ты мне нравишься, парень! А вот мой третий, – он снова обратился к Филину, – при одном виде ножа лез мамке под юбки! Я и сам там бывал довольно часто, уж больно хороша была, чертовка, но причины у меня были совсем другие. – Он снова засмеялся.
«Вырезать тебе этот язык под корень и поглубже в глотку затолкать», – вспыхнул Мик.
– Я пройдусь, дядя?
– Конечно, Рапс. Тебе не нужна компания? – с надеждой в глазах спросил Филин.
– Нет, дядя, я не смею отвлекать вас от важного разговора. – Мик ушел, не оборачиваясь.
Он шел вперед, не выбирая конечной точки, нужно было просто идти. Глаза смотрели прямо, но не видели ничего. Мысли неслись в голове, крутились и смешивались, огонь внутри горел ярким пламенем, взывая к Смерти. Пальцы Воробушка держали рукоять ножа, предвкушая удар. Он ловил каждый взгляд-вспышку, запоминая мельчайшие черты лица. Ворон всегда советовал запоминать отличительные черты и необычные их комбинации.
Лицо с маленькими глазками, носом картошкой, тонкими губами и огромной родинкой на левой щеке. За ним большие голубые глаза, пухлые губы, рот чуть приоткрыт, маленький носик с вздернутым кончиком, редкие бровки и маленький шрамик над левой грудью. Густая борода под карими глазами, в которых сверкают искры, верхнюю губу не видно, нос острый и прямой. Легкая улыбка, но в зеленых глазах таится противоположное, нос с горбинкой, как у Воробья, брови прямые, подбородок сильно выдается вперер, волосы скрывают оттопыренные уши. Второй подбородок, небольшие глаза болотного цвета, редкая поросль на щеках и еще более редкая – на голове, кривой нос, маленький рот и глубокая морщина на лбу.
Мик налетел на кого-то. Девушка вскрикнула, мальчик чуть было не ударил ее ножом, но выпустил из руки рукоять и взглянул на нее. Высокая, выше других девушек на вечере, в ярком платье красного цвета, покрытом золотом и камнями и подчеркивающим ее выдающуюся грудь с темной родинкой посередине. Тонкая шея, небольшой острый подбородок, ярко выраженные скулы, аккуратный рот и мягкие губки, маленький носик, серые глаза, впившиеся в него, ровные брови и длинные русые волосы, струящиеся мягкими волнами по ее плечам и спине.
– Прошу меня простить, леди, – извинился Мик.
– Нет, это вы простите меня, я должна была видеть, что вы идете.
«И зачем же ты это устроила?» – подумал Мик.
– Ты ведь племянник Ромлифа Стина, Рапс?
– Верно, леди, – сухо ответил он.
– Не хочешь поговорить на заднем дворе, вдали от этих всех людей?
– Конечно, – радостный, он взял ее за руку, и она повела его к выходу.
Они вышли в небольшой садик. Вдоль дорожек росли небольшие кустики, днем мощные деревья укрывали от беспощадного солнца, но сейчас спали, погружая прохожих в глубокую тьму, а в самом центре расположился фонтан в виде голой девушки, выливающей воду из кувшина. Сейчас он не работал. Мик рассматривал статую, пытаясь понять, почему она выглядит именно так. Он знал об отличиях между мужчиной и женщиной только со слов Зимородка, которые подтвердил завтракающий Снегирь. В прошлой жизни он общался с дочерьми знакомых семей и играл с ними во дворе, но у них не было всего, что было у статуи. Или чего не было.
Девушка проследила за взглядом Мика и улыбнулась. Они обошли фонтан и шли в самый дальний конец сада. Мик хотел бы надеяться, что этой девушке можно довериться. Она остановилась у живой изгороди и взглянула на мальчика.
– С тобой хотел поговорить кто-то.
«Ловушка! – взорвалось в голове, но Мик не подал виду. – Глупец! Как ты мог попасться на такую глупую ловушку?»
– Кто же? – тихо поинтересовался он.
– Он сам все скажет. – Из тени появился мужчина и отстранил девушку. В темноте было сложно разглядеть его внешность
– Иди, женщина, – приказал мужчина.
Девушка, опустив голову, отошла к фонтану, но остановилась, наблюдая за ними. Мужчина сел на корточки.
– Ну привет, Рапс, – из его рта разило рыбным духом.
– Добрый вечер. – Мик незаметно схватился за рукоять ножа.
– Я хочу, чтобы ты передал дяде пару слов.
– Скажите ему их сами.
– Ты не понял, мальчик.
–
– Отлично. Передай ему, чтобы он поскорее уехал из города, пока Кошки на нашли его. Скажи, что его постигнет участь семьи Филмора, его родственничка. И если он знает, где тот прячется от нас, пусть назовет место, тогда мы оставим его в покое. – Мик услышал мягкий звук выскальзывания ножа из ножен, а потом почувствовал холод на щеке. – Если созреет, пусть пройдется по улице и трижды скажет «Кошки». Мы свяжемся. – Он помолчал пару секунд. – А это тебе на память, чтобы не забыл передать.
Нож впился в кожу под левым глазом Мика. Внутри вспыхнул взрыв, вызвав пожар. Воробушек выхватил нож и всадил его в шею мужчине, вытащил и вогнал под подбородок. Рука незнакомца дернулась, глубокая рана горела адским пламенем. Мужчина был мертв. Где-то далеко кто-то кричал и звал на помощь.
Очнулся он, когда дядя – нет, Филин – тронул его плечо. Множество глаз устремлены на него и его руку с ножом. Рукав мокрый, Мик понял, что вся рука в крови, кровь была на всей его одежде, на лице. Каждый задавал вопросы, но он не мог говорить, не мог ответить. Мальчик собрал все силы, чтобы выдавить несколько слов.
– Это Кошки. Девушка не виновата.
Голоса зазвучали громче, превратившись в нестройный фон. Он тронул ревущую рану левой рукой и взглянул на красные пальцы. Пожар внутри погас, угли остывали, Мик повернулся к фонтану, куда Смерть уносила свою дань.
Глава 4. Меворби
Дверь беззвучно отворилась, в комнату вошел Паук – полный мужчина лет тридцати. Одет он был в темную одежду с узором паутины. Не издав ни звука, Паук подошел к Воробью и протянул ему липкую руку. Пожав руки всем остальным, он сделал два шага назад, не отрывая маленьких глазок от гостей. Тукан поправил цестус и положил ладонь на навершие своего полуторного меча, Фаэтон сжимал и разжимал рукоять кинжала, посматривая на свою бретту.
Паук выглядит мерзко, но еще более неприятным его делают знания. У него в подчинении находится множество Паучков, как он их называет, которые ловят в свою паутину все, что услышат, и несут ему. Он знал о приходе Воробья задолго до того, как он объявился у базы Насекомых. Сказать честно, Воробью не нравился никто из них, но все они могли быть полезны в борьбе с Кошками. Псы легко согласились выступить на одной стороне с Птицами, им даже не так важны деньги, но Океан потребовал выделить время на раздумье. Как поведут себя эти – загадка, которая вот-вот решится.
– Приветствую вас, господа, – шершаво начал Паук.
Воробей пытался прочесть что-то у того на лице или в глазах, но не видел ничего. Этот человек действительно напоминал того, кем назвался: в блестящих глазах невозможно было прочитать что-либо, а весь его вид напоминал паука, приготовившегося к атаке на муху, которая совсем скоро попадется в его паутину.
– Я думаю, – продолжил Воробей, – вы знаете, зачем мы тут.
– Конечно, – спокойно подтвердил Паук.
– И каково ваше решение?
– Насекомые невелики, но несут великую опасность, ведь их множество. Где-то там сражаются великаны, а нам до них и дела нет. Разве что некоторые нами питаются, – он обвел их глазами, – но и это нас особо не заботит.