Михаил Уханов – Война за Пустоши (страница 45)

В свою очередь, мрачные, но преисполненные рыцарским этикетом по самые верхушки шлемов предводители Светлых сил великодушно вернули мне захваченное ими на мосту знамя. То самое, которое мы бросили при нашем якобы паническом отступлении. Я на переговорах возврата знамени не требовал, так как успел напрочь позабыть о его существовании. Но предводители Запада рассудили, что раз мир заключен, то они обязаны вернуть этот бесценный трофей. К счастью, никто из моих недавних противников так и не заподозрил, что в роли знамени у Властелина Тьмы на этот раз выступила обычная черная скатерть, позаимствованная из замковой кладовой. Во время подготовки к вылазке мне подумалось, что вид упавшего знамени воодушевит Светлых и укрепит их уверенность в том, что победа близка. Так оно в итоге и получилось, но теперь, глядя на одухотворенные лица паладинов Запада, торжественно несущих мне аккуратно свернутую и даже, кажется, свежевыстиранную скатерть, я почувствовал себя как-то неловко. Словно ребенка обманул. Но я действительно не мог предвидеть, что этих рыцарей без страха и упрека вдруг потянет на такое благородство. Все, что я мог сделать, это выдавить из себя скупые слова благодарности и поскорее отправить возвращенную скатерть обратно в замок. Пока кто-нибудь из моих приближенных не додумается просветить наших гостей, в чем соль шутки. Тогда Светлые, помешанные на геральдике и прочей рыцарской мишуре, точно решат, что я над ними издеваюсь. Причем самым изощренным образом. Великая Тьма, как тяжело иметь дело с такими вот благородными воителями! Оскорбить их легко, а успокоить невероятно сложно. Вообразив, что им нанесено оскорбление, благородные рыцари вполне могли разорвать все с таким трудом достигнутые договоренности, а затем снова начать осаду, угробив напрочь тот хрупкий мир, которого я с таким трудом добился. Нет, не для этого я положил своих бойцов во время вылазки. Так что я еще раз поспешил поблагодарить своих недавних противников за проявленные ими великодушие и благородство и поторопился распрощаться. Мне срочно надо было отдохнуть. От обилия героев, не важно, светло- или зеленокожих, уже начинало тошнить.

Часть четвертая

Глава 1

Мы шли на юг. В богато украшенном доспехе вороненой стали, на черном как ночь коне, под тяжелым черным парчовым знаменем, на этот раз настоящим, в окружении свиты, магов и телохранителей, я неподвижно восседал в седле, как прижизненный памятник самому себе и прочим Владыкам Тьмы. И с небольшого придорожного холмика наблюдал за движущимся мимо меня в облаке дорожной пыли войском. Ржали кони, лязгало оружие, устало шагала пехота, скрипели колеса обозных телег. А позади обоза, немного отстав, чтобы не глотать поднятую людскими возами пыль, двигалось пестрое воинство зеленокожих Севера. Вразвалку шли простые орки, старавшиеся держаться своих сородичей и не смешиваться с соседними племенами. Ехали на громыхающих колесницах вожди и знаменитые своими подвигами бойцы. А в самом конце зеленокожего моря мерно колыхались две косматые горы с огромными изогнутыми бивнями. Северные мамонты, отзвук древних войн и давний ужас для любого врага зеленокожих. Периодически мамонты вскидывали хоботы и звучно трубили, от чего даже самые усталые обозные клячи прибавляли ходу. Большинство лошадей мамонтов видели впервые и явно считали их ожившим лошадиным кошмаром. Еще одним напоминанием о славном, но полузабытом прошлом Севера стало появление в моем войске орочьих рейдеров верхом на покрытых густой жесткой шерстью северных носорогах. В отличие от достаточно спокойных мамонтов эти зверюги оказались крайне злобными и все время норовили поддеть рогом или затоптать неосторожного орка, не успевшего убраться с их пути. Троих или четверых затоптали, но зеленокожие продолжали сбегаться к носорогам, восхищаясь их размерами, мощью и даже злобой. Всадники однорогих монстров горделиво поглядывали сверху на суетящихся внизу сородичей. Рейдеров оказалось целых шестеро, что меня изрядно удивило. Не думал, что снова встречу эту уже практически исчезнувшую разновидность северных орочьих воителей, тем более в таком количестве.

Мы шли на юг навстречу Орде и Глууму. С момента завершения последней, Недолгой, как ее уже успели прозвать, осады Черного замка прошел почти месяц. Лето перевалило за середину и теперь упорно двигалось к своему концу. Наступала пора, излюбленная воинами всех рас для походов и набегов. Дни были еще достаточно долгими для совершения длинных переходов, дневная жара понемногу спадала, а ночи даже в горах стояли еще не настолько холодные, чтобы замерзнуть насмерть, ночуя под открытым небом без шатров и костров. Земледельцы уже начинали собирать урожай на радость любителям пошарить в чужих амбарах, да и обычной травы для конницы еще хватало.

Весь месяц я с приближенными ловил каждую весточку из Великой Степи и Пограничья, пытаясь предугадать следующий ход хромого вождя Орды. По слухам, Глуум собрал в степях немалые силы. Точнее узнать не получалось: степные орки перекрыли все пути через свои земли. Ни один караван в этом году так и не ушел на Восток, торговцы рвали бороды, подсчитывая убытки. Прибыль была только у корабельщиков, беззастенчиво взвинтивших цены на морские перевозки. И у морских ярлов, грабивших или охранявших торговые суда.

Несмотря на то что редкий день на границе теперь обходился без стычек конных разъездов, основные силы Орды почти не двигались с места. Племена зеленокожих лишь медленно ползли по степи вслед за табунами и отарами, перегоняемыми с вытоптанных пастбищ на новые, еще не тронутые. Глуум явно пережидал жару, установившуюся в середине лета. Похоже, что желтоглазый хитрец опасался погубить своих коней, без которых Орда – не Орда. Но долго удерживать в бездействии такое количество орков было не под силу даже Глууму. Рано или поздно, но Орда должна была выступить. Оставалось понять куда?

У Глуума имелось три основных пути, по которым он мог двинуть Орду. Первый вел на Запад. Пограничные с землями Орды города сулили степнякам богатую добычу, а самому Глууму в случае удачи еще и приток новых наемников. В этом случае Орда неизбежно вступала в большую войну с людскими королевствами, за спиной которых стояла могущественная торговая корпорация гномов. Для меня сейчас это был бы самый выигрышный вариант: ввязавшись в такую войну, Орда уже не найдет сил для похода на Север. Но именно поэтому Глуум, скорее всего, так не поступит.

Второй путь вел прямиком к Черному замку. Именно этим путем я под видом собственного посла ехал в Орду. Тоже маловероятно. Выбрав эту дорогу, конница Орды неизбежно уткнется в стены Черного замка. Вот только мой замок – не торговый город Барк, и Глуум это понимает. С налету Черный замок не захватить, даже если Глуум стянет под стены всю Орду до последнего табунщика. Осады я тоже не боюсь, орки под стенами долго не просидят. Им просто не хватит терпения вести эту осаду по всем правилам, и воинство Глуума начнет разбегаться. Можно атаковать портовые города на берегах Холодных морей, тот же Скальдберг, например. Тоже лакомый кусок и богатая добыча. Но и эти города хорошо укреплены, самое ценное увезут на кораблях, а силы Черного замка в любой момент могут ударить в спину излишне самонадеянным захватчикам.

Но у степного вождя был и третий путь. Он мог двинуть свои силы на северо-восток, там Долгие горы, столь высокие и неприступные рядом с Черным замком, постепенно становятся ниже. Именно там мы совсем недавно пробирались с Урр. Еще восточнее горы вообще сменяются невысокими холмами, поросшими лесом. Там мало дорог, но Орда, привыкшая к кочевой жизни, в дорогах не нуждается. Миновав горы, Глуум оказывался в Пустошах, причем у меня в тылу. Здесь, на юге Пустошей, располагались основные мои поселения, снабжавшие Черный замок зерном и вообще всем, что растет на земле. А забравшись севернее, Орда могла бы перерезать и те пути к Черному замку, по которым везли продовольствие с берегов Холодных морей. Да и многие племена северных орков оказывались под ударом и угрозой полного истребления. А они мои союзники. Не слишком верные и не столь послушные моей воле, как говорят Светлые, но все же союзники. И мы клялись помогать друг другу, помогать в тяжелое время. Если я не сдержу своего слова, орки Севера отвернутся от меня. Это будет тяжелым ударом, и Глуум наверняка все знает. Единственным плюсом здесь было то, что такой путь требовал много времени и оставлял земли самой Орды беззащитными для удара. А врагов у Глуума хватало и без меня, взятие Барка ему не простят.

Но если бы я двинул силы на юго-восток, закрывая свои поля, пастбища и пути подвоза продовольствия, то отдал бы всю инициативу Глууму. Нельзя вечно стоять в обороне – боец, который только защищается, рано или поздно пропустит роковой удар и проиграет. Уведи я войско на юго-восток, Орда могла бы уже без опаски рвануть к Черному замку или к побережью. Вернуться и перехватить степную конницу я со своим по большей части пешим войском не успевал. Да и северные орки не станут бесконечно долго сидеть в обороне, в этом мои зеленокожие союзники ничем не отличаются от своих южных родичей. Орк рожден для яростного, но короткого боя, терпение их расу никогда не отличало.