Михаил Тырин – Z — значит Зомби (страница 57)
— Поэтому я уверен, что ускорить процесс можно через поиск явных аномалий. Мы уже знаем этиологию и клинику. Хорошо представляем себе, как выглядит классический вариант инфицирования, какова зависимость инкубационного периода от количества попавших в кровь паразитов. То есть основа у нас есть. — Красовский склонился над прикованной женщиной и вытащил новый шприц. — Теперь нам нужно расширять знание о зет. И любые отклонения от стандартной схемы могут сказать нам, в каком направлении двигаться.
— Метод немецкого ученого Тыка? — щегольнул эрудицией Янин.
— Не совсем. — Красовский воткнул шприц; зет с громкими всхлипывающими стонами начала биться лбом о пластиковый пол бокса. — Расскажу вам короткую историю в качестве примера, — Красовскому пришлось повысить голос. — После падения Рима европейские народы на некоторое время утратили представление о нормах санитарии. Сразу начались эпидемии, в основном из-за кишечных инфекций. И вот такая интересная деталь: среди зараженных с гарантией выживали те, у кого наличествовал мутантный ген муковисцидоза. У современных людей его наличие провоцирует тяжелые легочные болезни: пневмонию или бронхит. Но если бы мутантного гена не было у предков, то все эти люди просто не появились бы на свет. — Красовский завершил процедуру и покинул бокс. — Понимаете, полковник, даже родные братья только с виду похожи, любой генный набор уникален. Возможно, внутри нас есть ген, который позволит сдерживать зообиотика, не даст ему стирать человеческую личность. Тогда мы получим полноценного симбионта, который, как я и говорил вчера, будет бессмертным суперменом.
— Значит, вам нужны особи с иным поведением? — спросил Янин.
Красовский остановился.
— Совершенно верно, — подтвердил он. — Подумайте. Может быть, там, — неопределенный жест в сторону амбразур, — вам приходилось видеть нечто странное?
— Слушайте, господин доктор, — медленно произнес Янин, — а ведь я знаю, где найти странных мертвяков…
Пункт связи
«Орлан» шел на километровой высоте, и Петергоф был под ним, как на ладони. Обычно в это время года там было не протолкнуться от туристов, работали фонтаны, проспект был забит разнокалиберным транспортом. Теперь и город, и музей-заповедник выглядели так, будто бы подверглись налету вражеских бомбардировщиков: часть зданий и Большой дворец выгорели дотла, в парке еще дымились очаги, тут и там в беспорядке стояли брошенные впопыхах машины. И, конечно же, среди этого разгрома небольшими группами бродили зет — с завидным упорством прочесывали местность в поисках добычи.
— Хорошо у вас тут все оборудовано, — похвалил Янин, который осмотрелся, прежде чем сесть в кресло рядом с оператором Левкиным. — Основательно. Сразу видно, что готовились.
— Готовились, — ворчливо повторил Красовский. — Только, как всегда, оказались не готовы…
Он опять просидел до утра за секвенатором, расшифровывая свежие образцы и проглядывая отчеты о сравнении «ридов» с «золотым стандартом», полученные из «облака». В итоге не успел отдохнуть и теперь боролся с сонливостью. Самое правильное было бы доверить рутинную работу одному из подчиненных, тому же ординатору Смирнову, но Красовский не преувеличивал, рассказывая лицеистам о проблемах лаборатории: квалифицированных микробиологов, разбирающихся в генетике паразитов, было до обидного мало, причем не только в России. Сам Красовский еще восемь месяцев назад занимался эволюцией беспозвоночных, причем имел дело в основном с отпечатками в древних породах, а не с верткими тварями, которыми кишит любой водоем. И ни один из его лаборантов не обладал достаточным опытом, чтобы интуитивно определять верное направление в изысканиях. Когда-нибудь они, конечно, научатся, но сейчас просто нет времени повышать их профессиональный уровень — все придется делать самому.
— Теперь правее, — посоветовал Янин оператору.
— Я знаю местность, — огрызнулся Левкин. — Это мой город.
— Не надо нервничать, — благодушно сказал полковник, в отличие от Красовского он был в приподнятом настроении. — Делаем общее дело. Полезное дело!
Оператор положил беспилотник на крыло, задавая вираж в направлении санатория «Петродворец».
— Спроси Тима, видно ли ему, — потребовал Красовский.
— Майор, — сказал Левкин, наклонившись к микрофону. — Вам все видно?
— Да, Володя, все хоккей, — отозвался Ельченко, и его голос зазвучал в динамиках, закрепленных над пультом. — Передача отличная. Мы выдвигаемся с центрального причала. Пойдем через Александрию.
— Принято. Оставайтесь на связи.
Красовский повернулся к Янину:
— Давайте обсудим дело еще раз.
— Пожалуйста.
— Как вы оказались в санатории?
— Я же говорил. Двадцать второго июня мы выполняли задание губернатора по эвакуации ВИП-персоны. Это был пенсионер, но раньше он занимал ответственный пост в силовых структурах. Он находился там на лечении.
— Санаторий много лет закрыт.
— Да, санаторий специально обанкротили, чтобы приватизировать и сделать закрытую лечебницу. Мы прилетели туда на вертолете, потому что началась бойня, и дороги оказались перекрыты. Мы нашли в санатории только инфицированных.
— Как вели себя зет?
— Они не атаковали. Это и удивительно! Мы свободно ходили по комнатам. Сначала нервничали, потом даже как-то расслабились. Там, конечно, было одно старичье… Может быть, дело в возрасте?
В диалог вмешался оператор:
— Вроде похоже на правду. Смотрите! — Он ткнул пальцем в главный монитор, на котором появились здания санатория. — Дорожки ухоженные, кустарник подстрижен, стены восстановлены и окрашены, новые рамы. Богадельня и впрямь принимала клиентов.
Какое-то время все присутствующие любовались блестящими металлическими крышами и красными готическими корпусами санатория.
— Хорошее было место, — сказал Красовский. — Но я почему-то совсем не вижу зет.
— Возможно, мы опоздали, — сказал Янин со вздохом. — Они могли разбрестись кто куда… Но проверить стоит, не так ли? Есть надежда найти вашу аномалию…
Левкин повел беспилотник на снижение с разворотом. Внезапно главный монитор покрылся рябью, изображение смазалось. На телеметрическом экране запрыгали числа, быстро сменяя друг друга.
— Блин! — сказал оператор плачущим голосом. — Я теряю связь. Какая-то бодяга с ретранслятором…
— Уводи его на высоту! — быстро приказал Янин.
Отчаянные меры не помогли. Попав в восходящий поток, «Орлан» опасно накренился. Картинка, ярко мигнув напоследок, пропала.
— Сраная связь! — Левкин в сердцах хватанул кулаком по пульту.
— Мужики, что там у вас? — послышался сдавленный голос Ельченко.
— Мы потеряли дрон, — признался оператор после небольшой заминки. — Скорее всего, ретранслятор виноват. Сигнал вдруг уплыл…
— Это я понял, — сказал майор. — Не парьтесь. Мы почти на месте…
— Докладывайте по возможности.
— Хоккей! Сейчас мы выходим из парка… По дороге прикончили двух мертвяков.
Красовский придвинулся к микрофону:
— Как они выглядели?
— Как обычно.
— Нападали?
— Еще бы! Звери просто… Подходим к старым воротам… Мы у конюшен… Обходим здание…
Красовский напряженно слушал. Ему остро не нравилась ситуация, но что-либо изменить он уже не мог. Конечно, есть вариант отозвать бойцов Ельченко, но тогда так и останется тайной, были в санатории аномальные зообиотики или нет. Стоит рискнуть.
— Внутренний двор, — докладывал майор. — Мертвяков здесь нет… Мы у входа в главное здание…
— Что там? — спросил Красовский. — Осмотритесь, прежде чем переть буром.
— Двери заперты. Как будто изнутри… Дима, ломай!
— Стойте. Почему двери заперты? Полковник, они должны быть заперты?
— Мы с другой стороны заходили, — сказал Янин. — Может, с этой они и заперты.
— Мы внутри! — продолжал докладывать майор. — Куда теперь?.. Ай, мать вашу!..
— Что?! — Красовский вскочил, вцепился пальцами в спинку кресла оператора.
— Мертвяки! — крикнул Ельченко. — Сотня!..
Его слова заглушил грохот выстрелов.
Лаборатория
От пирса до лаборатории Ельченко добрался самостоятельно. Лаборанты кинулись было к нему, но он отогнал их, пригрозив пистолетом. Прошагал, приволакивая ногу, мимо ограждения карантинной зоны. Подростки, толпясь, с любопытствующим испугом следили за ним. В лаборатории майор грузно опустился на табурет и, кривовато ухмыляясь, сказал Красовскому:
— Фигня получилась, док. Извини идиота.
— Раздевайся, — велел Красовский. — Сам справишься? Или помочь?
— Сам. Я ж теперь мертвяк, док. Не надо рисковать лишний раз. Одел бы ты защитный костюм…
— Сколько раз тебе повторять? — безнадежно проворчал Красовский. — Не