Михаил Теверовский – Загоняя овец (страница 38)
Ник говорил и говорил, а Рик молчал и слушал, даже когда алкоголь ударил в голову, и ему иногда хотелось что-нибудь добавить или возразить – он всё равно молчал. Он молчал и смотрел на Ника, который, кроме того, что был бледнее, чем обычно, и слегка с осунувшимся лицом, да пара новых залысин, – но это был всё тот же Ник, которого он знал более десяти лет. Тот Ник, который был лучшим другом их с Лили семьи. Тот Ник, который не отвернулся от него даже тогда, когда он, Рик, сам отвернулся от всех.
– Ничего себе, уже три часа! Время всё летит и летит, – встрепенулся Чойс, когда внезапно на его телефоне заиграл будильник. – Через час придёт доктор, типа обследует меня… интересно, насколько он будет рад моему подпитому состоянию?
Роунс стоял уже в коридоре, когда вспомнил ещё об одной вещи, которую хотел сделать. Он нырнул рукой в карман брюк и протянул Нику «проспоренную» сотку.
– Погоди, это ещё что? На лекарства мне типа скидываешься? – недоумённо посмотрел на него Чойс, стараясь сфокусировать взгляд.
– Размечтался. Это за наш спор. Новый мэр пришёл, а про новые камеры даже ещё и разговор не идёт.
– Правда? Он же в своей предвыборной речи камеры упоминал раз десять…
– Что поделать, мне не повезло, – улыбнулся Рик, пожимая плечами.
Рик обещал зайти к Нику в гости обязательно на следующей неделе в районе среды-четверга. Но во вторник Ника Чойса не стало. Он уснул вечером в понедельник и попросту не проснулся следующим утром.
Роунс сидел в своей гостиной и смотрел на расставленные им самим же на читальном столике бутылки алкоголя: вино, виски, коньяк, шампанское, мартини и пара бутылок пива. Трёхдневная щетина покрывала его лицо.
– Выпить или нет? – будто обращаясь к кому-то, задал в пустоту вопрос Рик.
Он понимал, что если начнёт, то уже не сможет остановиться. Буквально с час назад Роунс вернулся с похорон бывшего напарника. Как и завещал Ник, его похоронили на центральном кладбище. Его могила заняла последнее место внутри их семейной оградки, где были похоронены когда-то уже давно его родные. Всё прошло тихо и спокойно, несмотря на достаточно большое количество гостей: начиная от бывших коллег и друзей и заканчивая Дианой с детьми и внуками Чойса.
– Итак, старший детектив Роунс остался один на один с серийным убийцей, объявившимся в тихом городке… – устало пробормотал Рик, откидываясь на спинку диванчика и чувствуя на душе безмерную тяжесть.
Конечно, был ещё Том Зоредж, но Рик не мог полностью положиться на него, хоть и верил, что из него получится очень неплохой детектив. Когда-нибудь. Также радости не добавляло и новое письмо, принесённое с почты утром в полицейский участок. Оформленное точно так же, как и предыдущие послания убийцы. Рик запомнил каждое его слово, выложенное из вырезанных букв.
Было принято решение попробовать ещё раз поймать психопата на живца – несколько сотрудниц под охраной проинструктированных полицейских должны были вновь разгуливать по ночам в малонаселённых местах. В прошлые разы он не попался в эту ловушку, но когда-то он должен будет ошибиться. Не может быть иначе. Чем больше он чувствует своё превосходство над следствием, тем больше должна быть вероятность его ошибки! Роунс всей душой верил и надеялся в это. Конечно, он и без этого письма испытывал внутреннее самопожирание из-за того, что упускал что-то, что могло бы уже давно остановить убийцу… Именно поэтому Роунс захватил к себе домой все копии из архива по делу «ночного убийства». Оставив бутылки пылиться, Рик в своей комнате запустил компьютер и разложил по порядку имеющиеся отчёты и показания. Его ждала бессонная ночь. Нужно было всё ещё раз просмотреть, найти те моменты, которые он мог упустить. Было ли это одержимостью? Возможно. Но Роунс не мог иначе. К тому же он чувствовал, что просто обязан предотвратить то, что замышляет убийца.
До самого утра Рик перебирал дело, выпив за ночь не меньше десяти кружек крепкого кофе, несмотря на то что его абсолютно не клонило в сон. Он вновь изучил от первой до последней буквы дело по убийству Елизаветы Лоу, Сьюзи Смит и Карен Гилмор, но не нашёл ни единой упущенной детали. Единственное, что мог предположить детектив, – убийца знал Стивена и Елизавету, но остальных жертв – нет. Они были никак не связаны, только если не разозлили его, нечаянно толкнув при выходе из торгового центра или уколов его тонкую натуру косым взглядом в автобусе. Роунс решил, что остальных жертв убийца не знал, нападал на беззащитных в безлюдном месте. Но уже не раз поднимаемый вопрос с новой силой врезался в сознание детектива: почему тогда не срабатывают их ловушки?
Глава 4
Элис шла по асфальтовой дорожке, отбивая каждый шаг звонким стуком каблуков. В левом ухе из наушника играл плейлист тематической подборки саундтреков из кинофильмов, которые Элис, как и её брат, просто обожала. Уже неделя прошла, как она сдала свой джип в автосервис – коробка передач начала как-то странно заедать при переключении на задний ход. Что было безумно обидно, так это то, что ей обещали всё сделать в лучшем виде к выходным, но потом обнаружились ещё и какие-то неполадки с тормозной системой, и теперь машину должны были вернуть только к завтрашнему дню, в среду. Теперь же Элис шла пешочком из частной клиники, в которой подрабатывала психологом. Идти до дома было минут пятнадцать, не больше. Поэтому она и решила не ждать автобус, который по расписанию должен был подъехать только минут через двадцать. Обычное дело в расписании с ночными рейсами… Хорошо ещё, что Эрик всё это время отвозил и привозил детей из садика, предлагал и Элис звонить, как только будет нужно, но она только поблагодарила его за это предложение, так ни разу и не воспользовавшись им.
Уже стемнело. Путь через небольшой парк освещали только одинокие фонари, расставленные в нескольких метрах друг от друга. Перед Элис шла влюблённая парочка, крепко взявшись за руки и о чём-то увлечённо болтая. Элис посмотрела на экран телефона – всё же она слишком задержалась, согласившись попить чаю со своей подругой, медсестрой. На дисплее отобразилось время: 22:35. Элис разблокировала экран и закопалась в различных плейлистах, ей хотелось поставить что-нибудь повеселее. Рок-н-ролл, джаз? Просто рок? Она остановила свой выбор на кантри. Вернув телефон в карман, она поправила волосы и только в этот момент увидела, что парочка куда-то исчезла. Возможно, они свернули по одной из тропинок, примыкающих к этой дорожке, но Элис вдруг как-то стало неуютно и одиноко. Она потёрла плечи, как будто попыталась согреться и на всякий случай, помня сошедшие с ума СМИ, а также всех подруг и, разумеется, Рика – из-за непойманного до сих пор маньяка, Элис выключила музыку, нажав на кнопочку на наушниках, и перекинула провод через шею, чтобы они не мешались.
До неё донеслись уверенные шаги, приближавшиеся к ней. Вздрогнув, Элис резко обернулась. Её рука нырнула в сумочку, в поисках шокера, подаренного ей братом. Но она не могла нащупать его пальцами. Вглядываясь в приближающуюся фигуру, она отошла чуть в сторонку, сделав вид, что просто что-то ищет в сумке – ей не хотелось показаться больной паранойей, если этот человек просто, как и она, спешил домой. Действительно, уже почти поравнявшись с ней, он просто направлялся дальше, не обращая на неё никакого внимания. Тем не менее сердце Элис учащённо билось, всё ещё не успокоившись и не вернувшись в привычный ритм. В какой-то момент ей показалось, что, кажется, она знает этого человека, силуэт был уж больно знакомый. И если она не ошибается – он точно не сделает ей ничего плохого. Она подумала окликнуть его, но, боясь, что ошибается и человек ей на самом деле незнаком, решила не делать этого. Элис застегнула сумочку, закрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы окончательно успокоиться. В следующий же момент она почувствовала чьи-то сильные руки в перчатках, схватившие её голову за затылок и подбородок. Раздался хруст, и Элис провалилась в непроглядную тьму.
Глава 5
Пару минут назад минула полночь. Роунс в очередной раз засиделся, вновь и вновь пытаясь сопоставить известные полиции факты по делу «ночного убийцы». Он потёр глаза – по ощущению несколько сосудиков полопались от постоянного напряжения в последние дни. Но Рик не мог остановиться, он чувствовал именно одержимость. И никак не мог противиться ей. Он вспомнил, что с неделю назад судья, мистер Уильям Пай, ушёл на пенсию – почему бы не запросить у его преемника постановления и ордера по подозреваемому Оливеру Худу?