Михаил Соловьев – Пробуждение. Последний профиль (страница 2)
Он хотел подобрать слова попроще, но Контур уже дал формулировку, и она легла в голове слишком удобно.
– Он предлагает роль, – сказал Макс. – Не доступ. Не переговоры. Роль.
– Какую? – спросил Молчаливый.
– Носитель переписи.
Тишина после этого была хуже любого крика.
Марина первой отвела взгляд.
– Значит, он уже решил, кем ты ему нужен.
– Нет, – сказал Макс. – Значит, он решил, кем я уже почти стал.
Кира подошла вплотную. Так близко, что он видел старую тонкую царапину у неё на щеке.
– Скажи, кто я.
Макс не понял.
– Сейчас. Без паузы. Кто я.
Белый шум сразу сузился в иглу. Контур ждал.
Макс посмотрел ей в глаза.
Внутри уже лежал удобный ответ: свидетель; ключ удержания; последний ручной триггер.
Он сжал зубы так, что заболела челюсть.
– Кира, – сказал он. – Ты Кира.
Она выдохнула.
– Ещё раз.
– Кира.
– И кто ты?
Вот здесь было хуже.
Имя не исчезло. Но стояло дальше, чем должно: как вещь на верхней полке, до которой тянутся мокрыми руками.
– Не думай. Помни, – тихо сказал Молчаливый.
Макс проглотил пустоту.
– Макс.
Строка на запястье дрогнула.
ЛИЧНОСТЬ: 15%
СИНХРОНИЗАЦИЯ: 85%
ПОВЕДЕНИЕ: СОПРОТИВЛЕНИЕ УТОЧНЕНИЮ
Кира увидела, как дёрнулись цифры, и убрала руку с ремня браслета.
– Значит, ещё можно.
– Можно, – сказал Макс. – Пока цена – боль. Потом станет легче. И вот это будет хуже.
Молчаливый поднял с пола карту, нарисованную углём на плотной бумаге.
– Тогда выходим сейчас.
– Я иду с вами, – сказала Ирина.
– Нет.
Она вскинулась.
– Там мои люди. Если он закрепит списки, туннели станут стойлом.
– Поэтому ты и не идёшь. Кто-то должен остаться человеком здесь, пока мы идём туда.
Ирина хотела спорить. Потом посмотрела на листы с именами и поняла: это не отстранение. Это поручение.
Марина коротко кивнула.
– Я остаюсь с ней.
Владимир усмехнулся одними губами.
– А меня вы, значит, берёте, чтобы было кого не жалко?
– Тебя берём, потому что ты раньше других видишь, где ловушка будет выглядеть как шанс, – сказал Макс.
Владимир ничего не ответил. Но впервые за долгое время не превратил это в шутку.
Лёша поднялся на ноги с тихим шипением боли.
– Значит, состав тот же.
Кира поправила ремень рюкзака.
– И договор тот же.
Она не сказала «кнопка». И не надо было.
Макс кивнул.
Белый шум в голове стал ровнее. Контур принял новую конфигурацию группы как входные данные.
КОНТУР: ПРИСУТСТВУЮЩИЕ: 5
КОНТУР: МАРШРУТ МОЖЕТ БЫТЬ УТОЧНЁН
Молчаливый открыл люк.
Оттуда потянуло холодом, мокрым металлом и уличной гарью.
Макс поднял лист со списком, посмотрел на имена ещё раз и положил его обратно перед Ириной.
– Никому не давай писать сверху белым.
– А если белое полезет само?
Макс подумал и ответил:
– Тогда пиши рукой ещё раз. Пока рука помнит нажим, это ещё не их список.
Потом он полез наверх первым.