Михаил Смирнов – Параллель 4. Осознание (страница 14)

- Ну, Гельмут, что смешного тебе рассказал этот русский? - спросил Мюллер, закуривая.

Райхе усмехнулся: - Он рассказал анекдот.

- Ну-ка, ну-ка!

- Значит, встречаются три алкоголика, у всех руки трясутся. Один говорит, что мол когда наливал, горлышком бутылки три стакана разбил. Второй отвечает, что чуть не выбил себе зубы стаканом, когда пил. А третий рассказал, что когда пошел поссать, три раза кончил.

Райхе засмеялся.

- И когда уходил, хлопнул меня по плечу и сказал, что все хорошо, но глаза у меня трезвые. Забавный малый! Двое моих топтунов пошли за ним.

- Ни к чему... Ладно, на сегодня все.

Полковник Старинов, Берлин, 27 августа 1950 года, 16:08.

Когда я вышел, в наушнике гарнитуры раздался голос Полева: - Ну что, Старый, можно тебя поздравить, вроде все прошло неплохо. Ждем тебя на Лебенштрассе.

В гарнитуре, которая легко спряталась под отросшими волосами, был чувствительный микрофон. Техникой снабдил нас Крепер. Попутно велась видеозапись на камеру, которую вмонтировал в солонку Винни. Эту солонку на стол поставил кёльнер.

В номере отеля "Мориц" за столом сидели Лёшик и Валентин, смотрели материал на ноутбуке.

- Ну как, все записалось?

- А как же! Правда, когда он поставил глушилку, на пару секунд звук пропал, но я перешел на другую частоту. Все-таки техника 21-го века кроет местную как кролик белку!

Я засмеялся.

- Ну, завернул! Как кролик белку! Ладно, теперь есть у нас компроматик на гражданина Мюллера. Только видеозапись такого высокого качества... Боюсь, товарищ Фитин и господин Старосельский нас не поймут.

- Видео оставим себе, Старый, а звуковую дорожку перепишем на магнитофон. И с видео сделаем несколько интересных фотографий.

- Да, особенно где Мюллер берет мой конверт. Только разрешение фотографий нужно уменьшить и распечатать их черно-белыми.

Винни снисходительно хмыкнул: - Не учи учёного, господин полковник! Что дальше?

- А дальше, Валя, ждём-с! Я думаю, в ближайший месяц ничего не произойдет, заговорщики торопиться не будут. А Мюллер... - я усмехнулся. - Пусть группенфюрер подумает.

Попрощались с ребятами из ДСН.

- Коля, пока делать ничего не нужно. Посматривайте что да как, если начнется шухер, срочно радируйте в КРУ.

Кравченко кивнул: - Сделаем, Анатолий Михайлович. Вы останетесь?

- Нет, господин штабс-капитан, мы пока домой, в Крым.

- Удачи!

Унтер-офицер Корпуса морской пехоты в запасе Алексей Старинов, Гурзуф, 28 августа 1950 года, 15:40.

Утром, первым рейсом мы вылетели из Темпельгофа сначала в Бухарест, а потом уже в Севастополь. Пока папа и Полев докладывали генералу Старосельскому о результатах нашей миссии, я пригнал со стоянки отцовский "меркурий", заправил бак, поменял масло. Около семи вечера папа и дядя Валя наконец вышли.

- О, Лёшик, ты авто забрал со стоянки! - обрадовался отец. - Ну что, едем? Сын, садись за руль, я что-то подустал.

Выглядел он и вправду не очень, глаза запали, отец морщился и потирал левую сторону груди.

- Э, Старый, ты в порядке? - забеспокоился дядя Валя.

- Да нормально всё, Винни, наверное просто не выспался. Поехали!

По пути господа полковники рассказали про беседу с генералом.

- Ну что, - посмеиваясь повернулся ко мне отец - его высокопревосходительство остался доволен результатами. Особенно его впечатлили фотографии и запись беседы с Мюллером.

- Фитин был? - спросил я, вписываясь в крутой поворот.

- Нет, Лёш. Но думаю, наши материалы сегодня же переправят в Москву. Кстати, Старосельский оценил твое участие в деле и пожалел, что такой ценный кадр выбрал гуманитарную стезю вместо работы в контрразведке.

Отец усмехнулся и подмигнул мне, но тут же сморщился и потер лоб.

- Да что ж такое - пробормотал он. - Башка трещит.

Через пятнадцать минут я остановил "меркурий" перед воротами виллы "Селим". Нас уже ждали, мама, улыбаясь, стояла на летней веранде, тётя Наташа с Дашкой выглядывали из окна кухни. В дом мы все втроем зашли практически одновременно. Отец вдруг побледнел и как слепой стал шарить руками по косяку, потом упал.

- Тооля! - страшно закричала мама и бросилась к нему, мы тоже. Дядя Валя с матюгами разорвал у отца на груди рубашку, потом стал хлопать его по щекам и брызгать водой в лицо, но это не помогало, он лежал неподвижно.

Мама прижала ладони к щекам.

- Господи, Валя, что с ним?

Полев досадливо дернул плечом.

- Не знаю, Лен, похоже на инфаркт.

Он наклонился к папе.

- Дышит, но дыхание поверхностное.

Потом взял безжизненную руку.

- Пульс слабый и частый. Надо "Скорую" вызывать!

В общей суматохе никто не заметил, как появился Август.

- "Скорая" тут не поможет, Валентин Николаевич.

Мы со страхом посмотрели на него.

- Позвольте! - Август наклонился над отцом, подержал его руку, потом достал из кармана деревянный футляр, вынул шприц и быстро набрал желтоватую жидкость в прозрачный цилиндр.

- Перетяните руку!

Мама затянула узел у отца на руке, и Август медленно ввёл в вену раствор. Батя порозовел, дыхание стало более ровным и глубоким, но в сознание он так и не пришел.

- Елена Викторовна, нужно перенести Анатолия Михайловича на кровать.

Мы с дядей Валей аккуратно подхватили отца и перенесли в спальню, он почему-то показался мне очень тяжелым.

- Приблизительно через час он очнется, а пока оставьте Анатолия Михайловича в покое. Пойдемте, побеседуем.

И Август развернулся к двери.

Сели за стол. Мама все время нервно сжимала руки, дядя Валя был мрачен, да и у остальных настроение было соответствующее.

- Август, - жалобно спросила мама - что с Толей?

Долгоживущий вздохнул.

- Довольно редкий случай, Елена Викторовна. То, что мы называем "темпоральный шторм". Если не вдаваться в подробности, это реакция человеческого мозга на смену Параллелей и времен. Нейроны мозга не успевают обрабатывать поступающую информацию, которая покрывает его как паутиной. Тот препарат, который я ввел вашему мужу, на время блокирует приступ, но действие его ограничено по времени, около двенадцати часов.

- Постойте, Август, а почему у нас с Дашей такого нет? - спросил я.

- Ваши способности, Алексей, не вызывают такого резонанса...

- А у нас? - перебил его дядя Валя. - Мы ведь тоже скользили по Параллелям, и ничего!

Август покачал головой.

- Не знаю, Валентин Николаевич... Возможно, ситуацию усугубила недавняя смерть Старинова. Но что толку гадать, лечить нужно! Итак: неподалеку от Ямайки есть небольшой островок, необитаемый, он даже на картах не указан. Пока. Мы используем его в качестве санатория, что ли. Предлагаю перенести Анатолия Михайловича туда. Я обеспечу его всеми необходимыми препаратами, и буду следить за его состоянием.