Михаил Смирнов – Параллель 4. Осознание (страница 15)
Он повернулся к дяде Вале.
- Насколько я в курсе, у полковника Старинова нет сейчас никаких срочных дел?
- Ну да, если не считать военного переворота в Рейхе и контактов с группенфюрером Мюллером... - пробормотал я.
- Стоп! - вмешалась мама. - Какой переворот, какой Мюллер?!
Полев поморщился: - Лёха, тебя вот как за язык тянут... Потом, Лен, все потом - он повернулся к маме. - Сейчас надо Тольку вытягивать.
- Именно так - кивнул Август. - Для полного выздоровления потребуется примерно месяц, я думаю, полковник Полев сможет спасти мир пока без своего лучшего друга.
Он улыбнулся.
- Кто это собрался в одиночку спасать мир? - раздался батин голос. С виду отец был довольно бодрый, ну, слава Богу!
Глава 4 Остров.
Симпатичный островок. Небольшой, я в первые дни обошел его полностью. Белый песок, задумчивые пальмы, на холме маленькая роща с чистейшим родником. На берегу хижина из бамбука с дырявой крышей, неподалеку ветряк, исправно дававший электричество, даже небольшой холодильник имелся. Райское место! По уговору с Августом, никаких контактов с семьей и друзьями. Никакого спиртного и ограниченный запас сигарет. Я упросил Мастера Параллелей взять с собой ноутбук, все равно в этой Параллели еще нет Интернета. Он поморщился, но согласился. Свой Walther P37 я протащил контрабандой...
Над океаном в лазурном небе бродили ленивые облака, пальмы шелестели, в рощице перекликались какие-то тропические птицы.
Лагуна была мелкая, и я метров двадцать шел по пояс в прозрачной воде, потом поплыл. Через двести метров лег на спину. Перевернутой синей чашкой над головой висело небо, ласковые волны перекатывались через грудь. Хорошо! Когда вернулся назад, бросил на сковородку кусок бекона и разбил пару яиц. Потом сварил кофе и зажег первую за день сигарету. Чтобы меньше курить, вытянул ароматный "Житан" до середины и загасил, часа через два можно будет докурить. Взглянул на часы, время приближалось к одиннадцати. Аккуратно разложил на столе шприц, флакон с препаратом и жгут. Потом посмотрел на свою левую руку. Хорошие вены, прямо мечта наркомана! Игла мягко скользнула в сосуд, я медленно выжал поршень. Как всегда, ударило холодом, и в голове возникла звенящая морозная свежесть, как от нашатырного спирта. Август велел колоть препарат два раза в день, плюс еще две таблетки утром, три днем и три вечером.
Приступы "темпорального шторма", как называл эту дрянь Август, не повторялись, чему я был очень рад. Когда отрубился на пороге собственного дома... В общем, паршивейшее ощущение. Резкий сильный звон, похожий на тот, которым сопровождались прыжки в Параллель, только гораздо сильнее. И вспышка, яркая белая вспышка, после которой все тело свело судорогой. Бррр!
Вчера он приплыл на катере, привёз кое-какую еду и обследовал меня. Я лежал на самодельной кровати, а Мастер Параллелей раскрыл свой чемоданчик, кстати, вполне современного вида, из матового алюминия, и надел мне на голову обруч. Потом присобачил на руки и ноги какие-то механизмы, похожие на больших блестящих насекомых. Они даже стрекотали!
- Все идет так, как я и планировал, Анатолий Михайлович. Отдыхайте! Через пару дней встретимся.
Катер взревел сиреной, и я остался один.
А ночью проснулся. Сквозь дырявую крышу светили звезды, но было что-то еще. Непонятные вспышки, похожие на электросварку. Я вышел наружу, посмотрел наверх и оторопел. Прямо над головой висела странная темная конструкция, электрические разряды с треском пробегали вдоль извилистых линий.
- Это что еще за хрень? - пробормотал я.
- Это не хрень, господин полковник, - послышался знакомый голос - а твой мозг изнутри. Темпоральный шторм выжигает его.
Уже догадываясь, что услышу в ответ, я спросил:
- Ты кто?
Голос усмехнулся.
- Я - это ты. А ты - это я.
Я кивнул.
- Интересно, шизофрения так начинается или как-то по-другому?
Голос рассмеялся.
- Наличие внутреннего голоса еще не говорит о шизофрении, хотя... - он хихикнул. - В общем, Старый, как видишь ситуация хреновая. Но не безнадежная.
- Слушай, а почему это все случилось со мной?
- Ты много на себя взял, полковник - голос погрустнел. - Слишком много. Вот мозг и не выдержал.
- И что теперь? Как жить дальше?
Мой собеседник похоже пожал плечами.
- Не знаю, Старый. Как жить? Да живи так же, как и жил. Твоя жизнь поменялась с момента первой смерти. А что, разве это была плохая жизнь, а? Вспомни! Некоторым людям даже в последний час нечего вспомнить, а мы с тобой много повидали. Не унывать, Старый, все будет хорошо! А теперь дуй-ка ты спать!
И я пошел обратно, а надо мной в утреннем небе с легким шипением рассыпалась сложная конструкция моего мозга.
Утро выдалось пасмурным, на горизонте погромыхивало, наверняка пойдет дождь. После всех мыльно-рыльных и медицинских процедур я вздохнул и посмотрел на дырки в крыше. Придется чинить. Сидя наверху, вспоминал ночной разговор с самим собой. Что это было? Галлюцинация? Или на самом деле я видел свой мозг изнутри? Как бы то ни было, в голове уже не бродили мутные облачка, как в первые дни моего нахождения на острове. И вообще, я каждое утро просыпался в отличном настроении, ничего не болело и не тревожило. Кстати, остров безымянный, почему бы его не назвать как-нибудь? Чисто для себя. Я усмехнулся, выгибая пассатижами край жестяного листа. "Остров одинокого полковника". Я поморщился, слишком претенциозно и напыщенно. Проще надо, Старинов, проще.
А ведь наверняка лет триста назад высокие галеоны с грузом золота из колоний шли, гордо расправив упругие паруса, в Испанию. И где-нибудь, возможно неподалеку, на них наваливался пиратский корабль. Гремели пушки, лилась кровь и закопченные от порохового дыма флибустьеры делили золотые слитки и монеты, чтобы спустить все награбленное в портовых кабаках Санто-Доминго... А может часть сокровищ прикопали на этом островке. Вот представляешь, Старый, после отлива покажется бок потемневшего от морской воды дубового сундучка, а там, под парой старинных пистолетов пиастры, пиастры, пиастры!
Я засмеялся и, укрепив последний лист, слез с крыши. И вовремя, первые крупные капли забарабанили по железу. Я сидел на пороге, жмурясь от брызг, и пил кофе. На сковородке скворчали куски сибаса, которого я зацепил вчера на северной оконечности острова. Океан слегка волновался, крупные зеленые валы набегали на песок и с шипением рассыпались на мелкие струйки. Благодаря рифу, полукругом опоясывавшему лагуну, штормовые волны не захлестывали пляж, лишь обессилено лизали берег. Я пожалел, что не взял маску и ласты, было бы неплохо понырять в спокойную погоду за рифом. Будильник прозвенел, пора было колоть препарат. Так как мне обозвать остров? А пусть будет "остров Старый", исла Вьехо по-испански! Достаточно просто и благозвучно.
"А что, разве это была плохая жизнь, а? Есть что вспомнить, дружище!" Ты прав, мой внутренний голос, вспомнить есть что. Я включил ноутбук и загрузил текстовый редактор. Название родилось сразу, на титульном листе отпечаталось крупным шрифтом название:
ПАРАЛЛЕЛЬ.
" Вот уже три дня я торчу в Ребазе. Погода скверная, постоянно с неба сыплет серая морось, воздух настолько сырой, что хочется отрастить жабры...
К вечеру дождь ослабевает, и я бездумно брожу под отсыревшими тусклыми фонарями. Их отражение в лужах собирается в желтые гармошки, а ветер с моря нагоняет туман и жалобный крик Heultonne[7]. Винни пропал в этом городишке неделю назад, только с другой стороны, а я так и хожу по кругу..."
До обеда я почти полностью написал первую главу. Потом продолжил. Слова и образы послушно ложились на белый лист, я что-то стирал, переписывал заново, исправлял ошибки, и когда густая тропическая ночь упала на остров Вьехо, я начал вторую главу. Потом перечитал написанное. Читал и удивлялся, как будто это происходило не со мной.
- С тобой, Старый, с тобой! - посмеивался внутренний голос. Я усмехнулся, сохранил текст и пошёл купаться.
Так прошли ещё два дня, утром завизжала сирена катера и через минуту я уже крепил швартовы к изъеденному морем и ветром кнехту. После обследования вопросительно посмотрел на Августа.
- Как мои дела, доктор?
Он улыбнулся.
- Гораздо лучше, чем было до лечения, Анатолий Михайлович. Не скажу, что все прошло, но, во всяком случае, есть некоторый прогресс. Приступов больше не было?
Я помотал головой.
- Нет, все в норме. Ем, сплю, вижу хорошие сны. Правда, был один... то ли сон, то ли явь.
Я рассказал Августу про свое ночное видение и разговор с самим собой. Тот задумался.
- Ну, во всяком случае, ничего негативного я не вижу, Анатолий Михайлович. С сегодняшнего дня будете делать инъекции вот этого препарата.
Мастер Параллелей поставил коробку с флаконами в холодильник.
- Возможна небольшая кратковременная тошнота и легкая головная боль, пройдет минут через десять после инъекции. Видел ваших, велели кланяться.
Август улыбнулся.
- Как они?
- Сейчас уже успокоились.
- А что в мире? - осторожно спросил я.
- Да все нормально, полковник Старинов, без катаклизмов.
- А в Германии...
- Анатолий Михайлович, - Август покачал головой - мы же договорились с вами, пока никаких дел.
Потом он посмотрел на открытый ноутбук и удивленно поднял брови.
- Вы стали писать?
- Да вот... Решил заняться графоманией на старости лет - я усмехнулся.