Михаил Смирнов – Параллель 4. Осознание (страница 11)

- Да - кивнул Шахт. - Председатель НСДАП Мартин Борман. Только возьмется ли он выполнить эту деликатную миссию? А ведь за партией большая сила, господа. Только в одном гау Берлина не менее восьмисот тысяч членов.

- Я полагаю, Борман займет нейтральную позицию в этом вопросе - сказал Цейтлер. - Поэтому необходимо предусмотреть силовой метод решения наших задач. На армию я могу смело положиться.

- Подчиненные мне полицейские силы Берлина при необходимости смогут блокировать все действия наших противников - заявил Вюнненберг.

- Тогда - подвел итог фон Браухич - нужен план действий с назначенным временем выступления. Я прошу вас на следующей нашей встрече представить конкретные предложения.

После прослушивания записи, Мюллер похолодел. У него было ощущение человека, которому в руку сунули гранату с выдернутой чекой. И тут либо сжимать предохранитель, пока не онемеет ладонь, либо отшвырнуть ее подальше.

Группенфюрер закурил и подошел к окну. Он думал, как ему поступить. На встрече заговорщиков не было ни одного представителя РСХА. Вальтер Шелленберг, начальник VI отдела и, по сути его подчиненный, тяготел с некоторых пор к Канарису, в надежде занять кресло Генриха Мюллера. У них давно не складывались отношения, и теперь группенфюрер ломал голову, не получил ли Шелленберг такую же информацию по своим каналам. В таком случае Мюллер должен был информировать руководителя РСХА Бруно Штирмана первым. И разоблачить заговор против фюрера и Рейха. И что в результате? Мюллер скептически хмыкнул. Влияние придворной камарильи на больного Гесса только усилится, и угроза мировой войны станет реальностью.

"Так, ладно. Второй вариант: я уничтожаю пленку, а "Кальтер" гибнет в автокатастрофе" - думал Мюллер. "Но в случае раскрытия заговора, да хоть тем же Шелленбергом, черт бы его побрал, мне поставят в вину в лучшем случае некомпетентость, мол, проморгал готовившийся переворот, а в худшем... Тюрьма Моабит". Мозг Мюллера работал чётко и быстро. "И, наконец, третий вариант - предложить заговорщикам свои услуги. Их шансы на успех велики, за ними армия, а самое главное, с ними Шпеер и Шахт, генералы экономики Рейха. А успех любого переворота - это деньги".

Генрих Мюллер погасил окурок в пепельнице.

"Но если все пойдет не так, мне придется просить политическое убежище у государства, чья военная и экономическая мощь не уступает Германии..."

Группенфюрер невесело усмехнулся. "Ну что ж, лучше лечь под красных, чем под американцев и недобитых английских шпионов. Но этот вариант нужно хорошенько обдумать, как говориться, с идеей нужно переспать".

Приняв окончательное решение, он нажал кнопку селектора.

- Да, группенфюрер? - раздался голос его секретаря Шольца

- Вот что, дружище, вызовите-ка мне Штокса.

- Слушаюсь!

Герман Штокс, штандартенфюрер СА, заведовал сектором "Крым" и был одним из немногих сотрудников Мюллера, которым он доверял.

- Что нового по Старинову, Штокс? - спросил он вошедшего штандартенфюрера.

- По сведениям агента "Ингрид", семьи Полевых и Стариновых покинули Гурзуф в начале июля, в настоящий момент их местонахождение не установлено.

Группенфюрер хмыкнул.

- Напугал, значит, оберста наш Айсман! Хорошо, пусть "Ингрид" остается на месте. Если Старинов или Полев появятся, немедленно докладывайте мне.

- Слушаюсь, группенфюрер! - Штокс щелкнул каблуками и аккуратно закрыл за собой дверь.

****

В кабинете Старосельского кроме него самого находился еще один человек в штатском, сидевший на диванчике у окна. Невысокого роста, светлые волосы, скуластое лицо.

- Здравия желаем, ваше высокопревосходительство!

Генерал встал из-за стола.

- Рад вас видеть, господа! Прошу садится. Позвольте представить вам...

- Не надо, Сергей Михайлович - я шагнул к поднявшемуся навстречу гражданскому и протянул руку.

- Здравствуйте, товарищ Фитин. Как долетели?

Тот ответил рукопожатием: - С ветерком, господин Старинов!

С 1942 года Павел Михайлович занимал пост министра МГБ СССР. Встреча с фигурой такого ранга означала, что дело действительно неотложное.

- Ну что ж, господа, приступим - начал Сергей Михайлович. - По нашим агентурным данным и данным МГБ в Германии планируется переворот с целью отстранения Гесса от власти или даже ликвидации его. Заговорщиков несколько тысяч человек, во главе - высшие офицеры вермахта, Генштаба, промышленники. Свою организацию они назвали "Союз спасения Германии". Ввиду обострения отношений СССР и Рейха в последнее время, руководство наших стран надеется на смену внешнеполитического курса Германии после победы заговорщиков.

- А если их путч провалится? - спросил Винни. - Что тогда?

Ответил Фитин.

- Тогда, Валентин Николаевич, ситуация обострится крайне, что может привести к мировой войне.

- И первый удар - по Крыму? Из Турции?

Министр МГБ кивнул.

- Поэтому чем больше значимых фигур Рейха будет участвовать в заговоре, тем больше шансов на успех. В связи с этим, господа, хочу сказать, что в подготовке переворота не замечены люди из РСХА. А ведь Имперская безопасность очень серьезная сила со своими армейскими частями и особыми подразделениями. Из руководителей отделов только один человек знает о заговоре - Генрих Мюллер. Но он не доложил об этой информации своему непосредственному начальнику Штирману, хотя обязан был сделать это немедленно. В контактах с людьми из "Союза спасения Германии" он тоже не замечен. Скорее всего, раздумывает, колеблется.

- А что Канарис? - спросил я.

- Канарис и Кребс преданны Гессу. Тем более что нынешнее состояние здоровья канцлера позволяет им манипулировать. Год назад Рудольф Гесс перенес инсульт. Их совместный план "Немезида"...

- Мы в курсе этого плана, господин министр - вмешался Старосельский. - Также у нас есть данные о давних контактах Канариса с ЦРУ. Столкновение двух крупных держав выгодно для США. Правда, наличие дальнобойных ракет и стратегических подлодок с ядерным вооружением янки не берут в расчет. Похоже, они надеются на локальную европейскую войну.

Генерал скептически хмыкнул.

- Но давайте вернемся к сути разговора... Господин генерал-майор не только поделился с нами оперативными данными, но и просил помочь Министерству госбезопасности СССР. У нас уже был разговор по этому поводу. А теперь, Павел Михайлович, слово вам.

Старосельский выжидательно посмотрел на Фитина. Министр МГБ обратился к нам с Винни.

- Нам нужен Мюллер. По некоторым данным он ищет контакты с МГБ, и полковник Старинов, которого вы, Валентин Николаевич, так ловко вывезли из Латакии, представляется ему подходящим для этой роли связником.

Министр МГБ смотрел на меня, а я думал.

- Павел Михайлович, а почему бы Мюллеру не обратиться к коммунистам?

Фитин поморщился.

- КПГ после смерти Тельмана, Анатолий Михайлович, сильно сдала свои позиции. Нынешнее руководство компартии Германии, возглавляемое Теодором Райке, стоит скорее на позициях оппортунизма и постепенно превращается в "карманную оппозицию" Гесса, что раздражает Сталина. Если на прошлых выборах в Рейхстаг кандидаты от КПГ набрали 48 процентов голосов, то сейчас еле наскребли 29. К тому же велика вероятность утечки информации, поэтому Мюллеру проще и безопасней общаться с коллегой, так сказать.

Фитин улыбнулся.

- Смею заметить, товарищ Фитин, что у меня есть свое непосредственное начальство...

Генерал Старосельский перебил:

- Анатолий Михайлович, мы этот вопрос уже обсудили с генерал-майором. Считайте что вы с полковником Полевым временно переходите в его оперативное подчинение.

- То есть вы предлагаете мне выйти на прямой контакт с заместителем руководителя РСХА группенфюрером Мюллером? - я повернулся к Фитину.

- Да.

- А если мне просто открутят в Германии голову?

Ответил его высокопревосходительство:

- Анатолий Михайлович, сейчас в Берлине дислоцирована одна из групп ДСН,[6] которая полностью обеспечит вашу безопасность. К тому же с вами будет полковник Полев, именно поэтому я вызвал вас обоих.

- Со своей стороны - подал голос Фитин - я предлагаю любую спецтехнику, снаряжение, документы, деньги, силовую поддержку.

Я кивнул, потом обратился к генерал-полковнику Старосельскому:

- Сергей Михайлович, сколько человек в берлинской группе ДСН?

- Тридцать, Анатолий Михайлович.

- Если потребуются наши специалисты - вмешался Фитин, - то любое количество...

Я помотал головой.

- Это лишнее. К тому же со многими офицерами ДСН мы с полковником Полевым знакомы лично. Операция щепетильная, лишних бойцов нам не понадобится, обойдёмся десятком. Теперь, господин генерал-полковник, нам нужна спецтехника: миниатюрные фотокамеры, диктофоны, радиосвязь.

- Любое ваше требование, Анатолий Михайлович! - заверил меня Старосельский.

Я повернулся к Полеву.