Михаил Шуваев – Пункт назначения – бесконечность (страница 20)
– …твою мать? Ты в каких облаках витаешь? – Мат одного из техников вернул его к действительности.
– Виноват, замечтался.
– Замечтался… Клапан пять?
– В норме!
– Клапаны шесть и восемь?
– Норма!
Хмурый техник улыбнулся и хлопнул его по плечу:
– Готов! Двигай!
Неуклюже шагая в громоздком скафандре и неся в руке «чемодан» с жизнеобеспечением этой спасательной скорлупы, Сергей наконец осознал, что его миссия необычна, если не сказать больше.
Неожиданно из скупо освещенного пространства возник Царев:
– Сергей, будет, может быть, очень трудно. Но чем сможем, мы поможем. К тому же на МКС Лешка Богатырев, да и американцы с французом вроде не из паникеров, и опыт у них есть. Вы должны справиться! Ну, давай, с Богом!
Сергей подошел к лестнице, которая вела в кабину «Клипера», установленного на «спине» «ИЛа» – предстояло подняться примерно на пятый этаж – такова была высота всего сооружения.
Уже усаживаясь в ложемент пилота, Сергей спросил:
– Андрей, а че здесь стоят под парами «сушки»?
– А, так, почетный эскорт.
– Зачем?
– Не знаю, Петрович приказал. Ладно, хватит болтать! Экипаж, начать подготовку к взлету!
Пока экипаж Озерова вслух читал «молитву», Григорьев, шевеля губами, производил проверку всех систем своего «Клипера-3М». На панели управления все больше и больше светодиодов перекрашивались из красного в желтый, а затем и в зеленый цвет. Сергей почувствовал толчок – «ИЛ» тронулся с места.
– «Полсотни два», готов к взлету? – перешел на сухой официальный тон Озеров.
– «Две сотни пять», готов! – поддержал Григорьев.
Только по приборам Сергей мог определить, что Андрей вырулил на основную ВПП. «Клипер» был закреплен на «ИЛе» таким образом, что визуально наблюдать из кабины взлетную полосу, да и вообще землю, было практически невозможно.
– Я «две сотни пять», прошу разрешить взлет, – прозвучал в наушниках голос Озерова.
– Я «база». «Две сотни пять», взлет разрешаю. Ветер норд-норд-ост семь узлов. Удачи!
– Спасибо! Экипаж, взлетаю.
Пробежав по ВПП более двух километров, «ИЛ» медленно задрал нос и лениво оторвался от бетона. Его позиционные огни стали постепенно уменьшаться и тускнеть в ночном небе. Следом, один за другим, в воздух поднялась пара сопровождающих истребителей «СУ-47 Беркут».
– Сергей, будь готов, через десять минут входим в зону расстыковки на высоте девять и пять, скорость – восемьсот, – голос Андрея звучал спокойно и уверенно. Григорьев познакомился с ним только здесь, в Плесецке, две недели назад и ничего не мог сказать о качествах майора. Однако краем уха слышал, будто Озеров не раз попадал в непростые авиационные передряги и выходил из них с честью. Сейчас от слаженной и синхронной работы Сергея и всего экипажа «ИЛа» под командованием Андрея зависела успешная расстыковка и воздушный старт челнока.
– Андрей, понял тебя. Десятиминутная готовность, – сам себе скомандовал пилот «Клипера» и приступил к подготовке корабля к расстыковке и к запуску двигателей.
Спустя десять минут все были готовы к старту.
– «Две сотни пять», отключаю замки!
– «Полсотни два», отключение прошло! Есть расстыковка! Снижаюсь!
Это был самый опасный момент воздушного старта. В связи с тем, что «Клипер» крепился на «ИЛе» сверху, пилот транспортника должен был быстро, но очень аккуратно, сразу после расстыковки, уйти вниз и в сторону. При этом надо было подбирать газ, чтобы отстать от челнока и не задеть его огромным килем.
– «Полсотни два», мы отвалили. «Беркуты» тоже.
– Понял тебя, «две сотни пять». Даю форсаж! Счастливо!
– Удачи тебе!
Даже в разреженном воздухе на почти десятикилометровой высоте ожившие двигатели «Клипера» и два ускорителя завыли просто оглушительно. Еле заметный силуэт корабля, начавший было клевать носом, дернулся, перешел в горизонтальный полет и стал быстро удаляться, забирая все выше и выше, туда, где светились яркие холодные полярные звезды.
Транспортник начал плавный разворот для возвращения на базу – даже если что и случится, не дай Бог, с «Клипером», помочь он ничем не сможет. «Беркуты» тоже развернулись, качнули своими странными, загнутыми вперед крыльями, прощаясь, и стремительно исчезли во тьме неба. Керосин уже был на исходе, и им придется садиться на ближайшую базу ВВС.
Все системы «Клипера» работали нормально. Бустеры «Мезон» выполнили свою задачу и отстрелились. Корабль набрал необходимую орбитальную скорость, стабилизировался и начал сближение с удивительной парочкой – МКС и НЛО.
Сквозь лобовые стекла фонаря кабины на Григорьева медленно наплывала самая фантастическая картина, которую он когда-либо в жизни видел.
Глава 4. Орбитальный «сход-развал»
В дверь постучали.
– Войдите! – откликнулся Дени.
Тяжелая металлическая створка приоткрылась и пропустила уставшего, голодного и немного растерянного армянина.
– Ашот!
– Дени!
Друзья обнялись.
– Ты голоден? Сейчас перекусишь здесь. Тебе принесут. Извини, но времени нет. – Он повернулся к пульту: – Ален! Бери хиппи и дуй ко мне. Здесь Ашот.
– Понял, сейчас будем.
В комнату постучали, и вошел техник из обслуживающего персонала ЦЕРНа. В руках он держал небольшой поднос, на котором в одноразовой посуде угадывалась лазанья, салаты, фрукты и бутылка Перье. Поставив снедь на стол, техник бесшумно удалился.
– Ашот, ты давай налегай на еду, а я тебя введу в курс дела. Значит, так. О моих разработках ты знаешь. И мне удалось…
Астрофизик жевал и слушал поразительный рассказ друга. Все, что он слышал, с трудом укладывалось в голове: все эти НЛО, «гобои», мгновенно перемещающиеся чужие, американцы, еще кто-то и еще что-то.
В комнату ворвались Ален и хиппи и плюхнулись на стулья.
– Таким образом, – заключил Дени, – мы потеряли наш СИТ, но случайно заполучили «гобой» и более-менее разобрались в нем. Чужие нас вряд ли оставят в покое – секрет «гобоя» еще можно скрыть или уничтожить вместе с нами. Крупные игроки, те, которые нанимали Брэндона, американцев и других, проиграли уже потому, что принцип СИТ выходит из секретной зоны и становится, но еще не стал, достоянием всех. – В комнату заглянул Воган. – Заходите, полковник. Знакомьтесь – профессор Арутюнян.
Воган и Ашот пожали руки.
– Я заканчиваю. Считаю, что чужие, а может быть и еще кто-то, предпримут попытку завладеть своим «гобоем» и уничтожить носителей информации. Поэтому нам надо нанести упреждающий удар.
От этих слов брови полковника поползли на лоб.
– Профессор, какой удар, чем? У вас что, есть в загашнике космическая рогатка, стреляющая астероидами?
– Нет, полковник. Бить будем их же оружием, но уже усовершенствованным нами! А профессор Арутюнян будет, если хотите, «наводчиком» у нашей пушки.
– Каким еще наводчиком? – в свою очередь оторопел Ашот.
– А мы дадим вам космический оптический прицел к рогатке, – улыбаясь, добил армянина Ален.
– Да вы что, сговорились, что ли?! Объясните все толком немедленно! – рассвирепел начальник Генштаба Швейцарии.
В динамиках зашуршало:
– Профессор Армон, вы просили докладывать обо всех значимых ЧП на Земле и в космосе…
– Да. Что случилось?