Михаил Шуваев – Пункт назначения – бесконечность (страница 21)
– Похоже, НЛО сбил орбитальную станцию МКС.
Воцарилось молчание. Первым пришел в себя полковник:
– Это Воган! Подробности?
– Полковник, пока мало что известно. Вроде НЛО не стрелял, а просто протаранил станцию и расколол ее надвое.
– Экипаж?
– Нет информации…
– Полковник, срочно прикажите вашим людям доставить исех нас вместе с «гобоем» на обсерваторию Ля Барилетт. Мы их предупредим о приезде, – повернулся к Вогану Дени.
– Это вроде где-то рядом?
– Да, полковник, километров пятнадцать.
В проеме двери показалась тусклая физиономия Брэндона – он сильно переживал потерю друга.
– Брэндон! – окликнул его Дени. – Давай с нами!
– Конечно, профессор! – просветлел ирландец и побежал собираться.
Дени обернулся и взглянул на Дюмона:
– Ален, тебе придется остаться и контролировать выход коллайдера на рабочую мощность. После мы свяжемся и решим вопрос о передаче энергии на обсерваторию. Надеюсь, ее оборудование выдержит.
Через час у шлюза Колле собралась целая колонна: три армейских грузовика, в которых сидели ученые и были погружены различные ящики и контейнеры, джип «Ламборгини» Вогана и две бронемашины «Пиранья», битком набитые до зубов вооруженными гвардейцами. За погрузкой пришла проследить и Джоди Циммерманн.
– Все готовы? – садясь в джип, обернулся полковник. – Тогда вперед!
Военно-научная колонна покатилась на северо-восток, в сторону отрогов гор Юра, туда, где на высоте 1528 метров гармонично встроилась в великолепный пейзаж швейцарская обсерватория Ля Барилетт.
НЛО, протаранив МКС, мгновенно переместился на восемьдесят километров в сторону и замер на этом удалении. Визуально наблюдать его было практически невозможно, но на дисплее радара засветка была. Собственно говоря, корабль чужих протаранил МКС своим защитным полем, а не корпусом, это и в иллюминатор было видно, и на видеозаписи потом. Но сейчас некогда было особо следить за действиями чужих и рассуждать о защитных полях – надо было спасать экипаж развалившейся надвое станции.
С большим трудом Сергею и ЦУПу удалось связаться с МКС. Информация Богатырева была неутешительна: половина солнечных батарей уничтожена, от сильного толчка в одном из модулей взорвался кислородный баллон и разгерметизировал отсек. Пришлось срочно задраивать переходной шлюз. Серьезно ранен Грэгсон – он без сознания. Счастье, что хоть трое из космонавтов оказались в момент удара в одной части станции. Хуже другое: Пьер остался один на меньшей, отвалившейся.
– Сергей, – хрипел и потрескивал в наушниках голос Богатырева, – одна спасательная капсула осталась на оторванной части, другая, та, что рядом, не отвечает на автотестирование. Придется ее расстыковывать вручную. Пьер сообщил, что его фара в полной исправности. ЦУП, можем ли мы, надев скафандры, переправиться на осколок Пьера?
– Алексей, вряд ли это возможно, с учетом состояния Тони и того, что две части все дальше и дальше уходят друг от друга…
– Алексей, – вмешался Царев, – предлагаю следующий алгоритм действий: ты, Ронни и Тони переходите из своей части станции на борт «Клипера». Пьер делает то же самое чуть позже.
– Это невозможно, господин Царев, – сквозь сильные помехи послышался голос Пьера. – У меня нет здесь ни скафандра, ни исправной шлюзовой камеры.
– А спасательный высотный костюм есть? – это прорезался из Хьюстона Стив Варсон.
– Сейчас посмотрю, в модуле «Спектр» должен быть.
– Пьер! «Куру» на связи! В модуле «Спектр» высотный костюм есть. Предлагаем тебе постараться самостоятельно его надеть, перейти в спасательную капсулу и одному совершить спуск на Землю. А уж получится он плавным или баллистическим – посмотрим… В любом случае мы поможем с пилотированием.
– Стойте, а как же Алекс, Ронни и Тони? – возмущенно спросил Пьер.
– Они перейдут в «Клипер», у них и скафандры и шлюз есть.
– Согласен с таким планом, – донеслось из Хьюстона.
– Да, наверное, это оптимальный вариант, – согласился из ЦУПа Погодин. – И Сертиз и Ванхаймер тоже его поддерживают.
– Пьер, это говорит Янник Блан.
– Приветствую вас, мой полковник! – откликнулся француз.
– Пьер, предложение, которое ты сейчас услышал, дельное и, похоже, единственно верное. Я как представитель генштаба Франции и Аэроспасьяль его поддерживаю. Предлагаю тебе согласиться на него.
Возникла пауза.
– Пьер, это Богатырев. Все верно, соглашайся, другого пути нет.
– Хорошо, я готов. Диктуйте мне мои действия, – прошелестело в динамиках.
– Так, Алексей, пока мы переведем Пьера на запасную частоту и будем ему подсказывать. Вам же необходимо прямо сейчас надеть пустотный скафандр на Тони…
Спустя сорок минут из люка МКС вывинтился Ронни, закрепился и нырнул в люк по пояс, доставая бесчувственное тело Тони. Спустя еще двадцать минут над комингсом показался шлем Богатырева. Все трое были одеты в скафандры «Орлан», так как в других практически кончился кислород, а дозаправить они не успели. Реактивных ранцев у них не было, но они захватили пиропатроны. Скрепившись друг с другом и одним фалом со станцией, Ронни и Алексей завертели головами, стараясь найти позицию «Клипера», который Должен был находиться в ста метрах.
– Включаю посадочные огни, – крикнул им Сергей.
– Ага, вижу! – откликнулся Ронни.
Аккуратно поддерживая Тони, они выстрелили несколько пиропатронов и медленно поплыли в сторону «Клипера». За ними неспешно разматывался закрепленный на комингсе люка страховочный фал. Через три минуты они достигли «Клипера», и Ронни, ловко извернувшись, умудрился закрепить фал прямо рядом с люком шлюзовой камеры.
– Сергей, открывай, гости! – невесело усмехнулся Алексей, отстегивая фал, соединявший всю троицу с МКС.
Бережно запустив в люк Тони, Ронни тоже следом влез в кессон челнока. Спустя пятьдесят минут Григорьев отрапортовал:
– Экипаж МКС на борту «Клипера». Все в порядке. Состояние Грэгсона стабильное.
– «Клипер»! Теперь подойдите поближе к Пьеру, он скоро будет готов стартовать.
– Есть подойти к Пьеру!
«Сидя» в центральном ложементе, Сергей заработал джойстиками управления двигателями. «Клипер» стал медленно разворачиваться носом к постепенно удаляющейся части МКС, где находился Барсак. Ронни и Алексей расположились в креслах справа и слева От центрального ложемента командира, чуть позади. Алексей – в кресле второго пилота, Ронни – штурмана бортинженера. Вскоре они приблизились к слегка кувыркающемуся обломку МКС.
– Пьер, это «Клипер», как у тебя дела?
– Да вот, учусь одеваться сам, – довольно спокойным голосом ответил Пьер, пыхтя и сопя, влезая в высотный скафандр. – Сейчас, ребята, еще две минуты, и я буду готов.
– Не спеши. Время есть, запас высоты и кислород тоже, – подбодрили из ЦУПа.
– Все, готов! Перехожу в капсулу!
В динамиках послышались возня и тяжелое дыхание.
– Перебрался, задраиваюсь!
– Пьер, теперь слушай меня, – сухо проговорил Погодин. – Проверь герметичность люка… Хорошо, закрой шлем… хорошо… проверь ремни безопасности… Давление… Теперь проверяем…
Все это время «Клипер» висел рядом с обломком. Наконец экипаж услышал:
– Ну, Пьер, с Богом. Автоматика сама все сделает, а если придется перейти на ручное – ты прошел спецтренажер и, надеюсь, не забыл принцип управления фарой. Подожди… Если ты расстыкуешься через двадцать одну минуту, то предположительное место посадки будет Франция. Устроит?
– Хорошо бы на Елисейские поля, а еще лучше – на крышу «Мулен Ружа»! – взбодрился Пьер.
– Тогда включаю обратный отсчет! Полковник Блан, предупредите ваши спасательные службы!
– …три, два, один, расстыковка!
Экипаж «Клипера» мог наблюдать, как спасательная капсула – фара – медленно отделилась от станции. После того как она отошла на расстояние в несколько десятков метров, у нее заработали маневровые двигатели, которые переориентировали фару, а затем направили вниз. Создавалось полное ощущение, что капсула не снижается, а падает на Землю. Причем все быстрееи быстрее.
– Командир, – обратился к Сергею Ронни. – Корабль чужих начал снижение параллельно фаре.
После секундного раздумья Григорьев запросил ЦУП: