Михаил Самарский – Двенадцать прикосновений к горизонту (страница 13)

Я:: (

Лилька: У меня скоро будет ребёнок.

«Угадай»! Ничего себе. Кто ж такую новость просто так угадает?

Я: Поздравляю!

Лилька: И я тебя поздравляю.

Я мысленно усмехнулся.

Я: А меня-то с чем?

Лилька: Не тормози, братик. Ты скоро станешь дядей.

Я::)

Лилька: Только пока никому не говори. Я сама скажу.

Я: Хорошо. А когда родишь?

Лилька: Летом.

Я: Мальчик или девочка?

Лилька: Ещё не знаю.

Я: А ты кого хочешь?

Лилька: Мне всё равно. Ладно, пока.

Я: Пока, Игорю привет!

Лилька: Тебе тоже от него привет!

Я забрался на спальник и стал думать. Не пойму, что происходит. Такое впечатление, что моя поездка то ли мне снилась, то ли я её видел. Вот честное слово, как будто это происходит со мной уже не впервой. Странное ощущение. Необычные совпадения. Что бы это значило? Как это понять? Как расшифровать? И вдруг я снова вспомнил о книге «Путешествие из Петербурга в Москву». Моё сочинение можно смело назвать «Путешествие из Москвы в Ростов-на-Дону». И следующее «прикосновение» тому доказательство. Только у Александра Николаевича ось кибитки переломилась, а с нашей машиной случилось что-то другое. Хотя какая разница – ни там, ни тут ехать дальше было нельзя. Но об этом – уже в следующем прикосновении.

Водитель молча остановил машину и вышел на улицу. Я стал всматриваться в происходящее за окном. Или луна такая яркая, или утро приблизилось, но вдруг я увидел на дороге велосипедиста. Меня поразил не сам факт, что зимой по шоссе кто-то едет на велосипеде, а то, во что он был одет: майка, шорты и совершенно несуразный шлем, похожий на шлем русского витязя. «Что-то у парня, видимо, с башкой, – подумал я. – В такой мороз кататься на велосипеде в майке и шортах». И вдруг ему навстречу едет точно такой же кадр. Они встретились, остановились, спешились, обнялись и поехали дальше, каждый в свою сторону, а на том месте, где они только что расстались, неожиданно выросла женская фигура. В руках у неё была длинная указка. Она помахала мне и что-то громко крикнула. Я прислушался. «Ты, Миша, – донёсся до меня знакомый голос, – обязательно на каникулах позанимайся математикой, иначе в третьей четверти скатишься на тройки…» Ёлы-палы, да это же Екатерина Михайловна, наша математичка. Что она здесь делает? Я хотел было заверить её, что обязательно позанимаюсь, только раскрыл рот, но учительница вдруг исчезла…

Прикосновение третье

Проснулся я, когда за окном было темно. Красота! Нет, конечно, не с моим скудословием это описывать – сюда призвать бы Набокова или Тургенева. Но полюбоваться никто не запретит. Это как с моими прикосновениями. Кто-то мне на полном серьёзе говорит: «К горизонту прикоснуться нельзя». Я отвечаю: «Правильно. Это в реальной жизни нельзя. Но кто мне запретит прикоснуться к нему в моих мечтах?» Странные люди. Ведь для чего человеку дана мечта? Для того, чтобы совершать то, чего мы никогда не сможем совершить наяву. Я люблю мечтать, особенно глядя на звёзды. Так размечтался, что и не заметил, что дяди Феди и впрямь в кабине нет. Только это уже точно был не сон. Вспомнив велосипедистов и Екатерину Михайловну, я улыбнулся. Надо же, до чего математика довела меня, задачки стали сниться. И, как всегда, невпопад – зимой могли бы навстречу друг другу и на снегоходах проехаться. Но сон есть сон. Сны – это тебе не диск DVD, не выберешь.

Я прислушался. Двигатель работает. Слышу, шофёр за бортом с кем-то разговаривает. Через несколько минут в кабину забрались и водитель, и ещё пара мужчин.

– Ну а если мы обшмонаем и найдём бабки, что прикажешь с тобой делать? – усмехнулся непрошеный, как я понял, пассажир.

– Пацаны, – оправдываясь, заговорил Федя, – клянусь вам: вот все деньги, здесь около десятки. Но мне ещё нужно доехать до Ростова. Зима, без соляры замёрзнем.

– А это кто? – один из «гостей» отодвинул занавеску и кивнул в мою сторону.

– Да парнишка попросил до Ростова подбросить, бабка у него то ли умирает, то ли умерла.

– Ладно, мужик, не будем тебя напрягать. Мы не беспредельщики какие. Последнее не возьмём. Давай ремонтируй свою тачку, удачи. Может, когда свидимся. Счастливого пути.

После того как незнакомцы покинули «рабочий кабинет», Фёдор спросил:

– Михаил, проснулся?

– Угу, – ответил я и спросил: – Что случилось, дядь Федь? Кто это был?

– Да ну их, – махнул рукой водитель и закурил. – Бандюки. Увидели, фура стоит на обочине, подъехали деньжат рубануть. А у меня денег-то раз-два и обчёлся, около десяти тысяч рублей осталось. Хоть бы до Ростова дотянуть. А тут вот ещё беда: по-моему, угловое полетело.

– Это что ещё такое? – не понял я. – Что за угловое?

– А-а, долго объяснять. Но ехать нельзя. Так что придётся тебе утром новый транспорт искать.

– А как же вы? – удивился я.

– А что я? Буду ждать, когда из конторы запчасти подвезут. Я им позвонил. Но это только завтра к вечеру, – вздохнул Федя, – наверное, не раньше. Так что тебе лучше ехать.

Вот тебе раз. Думал, что к утру буду на месте, а оно вон как получается. Действительно, не загадывай наперёд ничего.

– Ладно, Мишка, – сказал он, – давай укладываться. – Ты в туалет-то пойдёшь? Давай мухой. Чтобы до утра холод в кабину не напускать…

После похода на улицу сон мой полностью исчез. Фёдор сначала даже всхрапнул, потом стал ворочаться.

– Не спишь? – спросил внезапно среди ночи.

– Не-а, – ответил я радостно.

– И мне что-то не спится. Ты извини, Миха, я курну немного? – спросил он.

– Курите, курите, – ответил я. – Что вы у меня спрашиваете? Ваша машина.

– «Ваша», – усмехнулся водитель и вздохнул: – Если б наша. Увы, на такую машину водилой не заработаешь.

– А вы мечтаете о такой машине? – спросил я.

– Не то чтобы мечтаю, но не отказался бы. Одно дело – ты хозяин авто, другое – пашешь на кого-то. Хотя тут есть свои нюансы…

– Какие?

– Да вот хотя бы пример: сломалась машина. Позвонил, заказал, должны привезти. А если бы я был сам хозяином? Кому звонить? Жене? А ведь машину здесь, в поле, не бросишь. Пока найдёшь детали, от неё рожки да ножки останутся.

Возле грузовика кто-то затормозил.

– Кого там ещё нелёгкая принесла? – приподнявшись с сидений, пробормотал водитель и добавил: – А-а-а, куда же без них? Менты пожаловали.

По двери постучали. Федя вышел на улицу, захлопнув дверь. Я прислушался.

– Что стоим? – спросил милиционер.

– Угловое полетело, жду запчасти.

– Никто не подъезжал?

– В смысле? – удивился шофёр.

– Бандиты, – пояснил милиционер.

– Нет, – говорит водитель. – А что с меня взять? Я ведь пустой, ни груза, ни денег. Тут в пору самому с протянутой рукой на трассу выходить.

– Ладно, – сказал милиционер. – Если вдруг подъедут, запомните номера и сообщите на пост ДПС, когда почините машину. Хорошо?

– Обязательно, командир, – ответил Федя и, попрощавшись с гаишниками, забрался в кабину.

Он снова закурил, приоткрыл окно и стал пускать в щёлку дым.

– Дядь Федь, – не выдержал я. – А почему вы гаишникам сказали, что к нам никто не подъезжал? Недавно же бандиты сидели у нас в кабине. Или вы пошутили?

– Да какие шутки, Мишка, – рассмеялся он. – Оно им нужно?

– В смысле? – удивился я. – Ну они же милиционеры. Они этих бандитов арестуют и посадят в тюрьму. В следующий раз никто у вас не будет просить деньги. Всё справедливо…

– Наивный ты хлопец, – усмехнулся Фёдор. – Если бы всё так просто было, Миша.

– А что тут сложного? – не унимался я.