Михаил Ремер – Король Истван. Книга 2. Огненный Вензель (страница 11)

– Думаешь, у Унна нет оруженосца? – ехидно поинтересовался Истван.

– Такому великому воину как Унн одного мало! – жарко замотал головой коротышка. – В любой битве больше трофеев получает тот, у кого больше оруженосцев. Чтобы обчистить врага, нужна ловкость и проворство. Даже десяток плутов не способны сравниться в мастерстве со мной одним. Бывало, я даже ухитрялся вытащить кое-какие ценности из карманов сражающихся, ещё до тех пор, пока их не повергли! – гордо выпятил грудь он. – Подумаешь, обшарить лежащего солдата! Это всякий может.

– А оружие?! Разве оруженосцы не обязаны носить оружие своего хозяина? – поинтересовался Давид.

– Ни один воин ни за что не расстанется со своим топором.

– Тогда почему вас так называют? – удивлённо спросил Истван.

– Ну, – пожал плечами разведчик, – Мне-то откуда знать?

– А не боишься, что, пока будешь карманы обшаривать, тебя самого топором огреют? – не унимался Истван.

– В сражениях не до того! В сражениях только и успевай, что за врагами следи, да оружием работай!

– А, если хозяин твой погибнет?

– У нас не гибнут. Если только в рабство заберут. Сильный воин или крепкий раб, работа всегда найдётся.

– Ну так что с оруженосцем тогда происходит?

– Нового хозяина искать приходится, – уныло ответил карлик.

– Зачем?

– Чтобы кормил, чтобы защищал.

– От кого? – поразился Истван.

– От других оруженосцев. Оруженосец без хозяина – ничтожное существо. Каждый обидеть его может. А так, хозяин всегда вступится.

– Но зачем хозяину вступаться за оруженосца? – не понял Истван.

– Как зачем? – разведчик даже подпрыгнул от удивления. – А кто тогда ему будет таскать ценности?

– Как же у вас всё непросто! – поразились путешественники.

– Да просто всё! – воскликнул разведчик. – Чем сильнее воин, тем больше его боятся. Чем больше у воина оруженосцев, тем он сильнее. Чем проворнее его оруженосцы, тем больше трофеев получит их хозяин. Чем больше трофеев получит наш хозяин, тем он богаче и сильнее, – закончил он своё путанное объяснение. – Лишь бы не на кухню! – чуть помолчав, уныло продолжал разведчик. – Или нет. Лишь бы не аттилгов ловить, – от этой мысли он даже вздрогнул. – Хуже этого – только разведка в земли ведьм.

– А что, у варваров и ведьм война?

– Ещё какая! – воскликнул пройдоха. – Варвары разузнали, где Поющий холм. А у ведьм, говорят, – хижины из золота. И в каждом, – обжигающая стихия! А у варваров – пророчество: когда явится древнее божество и подарит секрет обжигающей стихии, тогда они вернутся в родные земли!

– Метишь в божества? – усмехнулся Давид. – Или это так, или я скормлю тебе твою собственную шерсть, – вспомнив Яромира, усмехнулся юноша.

– А ты бы не хотел почета?! – оскалился в ответ лохматый комок. – Болваны только славы не хотят!

– И что? Действительно хижины золотые? У ведьм? – усомнился Давид.

– Мне почем знать? – насупился собеседник товарищей. – Не возвращался ещё никто. Хитрые бестии эти.

– Приехали! – оборвал их разговор охранник.

Сорвав покрывало, здоровяк бесцеремонно швырнул клетку в болотную жижу. Сорвав крышку, он легко сгрёб всех троих пленников в охапку и, закинув их на плечо, куда-то потащил. Придя в себя, Давид попытался оглядеться, чтобы понять куда же занесло их на этот раз. Судя по всему, их привезли в какое-то поселение. То тут, то там на поперечинах, переброшенных между невысокими бугорками, ютились неуклюжие конусообразные постройки. Между ними, чвакая болотной жижей, слонялись жуткие заросшие существа, облачённые в тяжёлые каменные доспехи. Юркая то тут, то там, перепрыгивая через кочки, крича и противно хохоча, носились туда-сюда невысокие безобразные существа, точь-в-точь как пленённый разведчик. Улучшив момент, они наскакивали сзади на воинов, и, мгновенно обшарив их карманы, с визгом бросались прочь. Иногда между существами завязывались схватки; едва лишь оказывалось, что одному из оруженосцев удалось поживиться хоть чем-то, вся свора кидалась вслед за ним. Горе тому растяпе, который не успевал укрыться за пазухой своего хозяина! В один миг на него набрасывались несколько карликов, и в ту же секунду бешенный клубок голов рук хвостов и ещё невесть чего, выплёвывая клоки окровавленного тряпья и шерсти, начинал носиться вокруг хижин. Как правило, такие потасовки разнимались воинами. Не церемонясь, они швыряли в него всё, что попадалось под руку: камни, топоры, ветки, да и просто сгустки вязкой болотной жижи до тех пор, пока драчуны не разбегались прочь, подвывая и держась руками за пострадавшие части тела. Довольно хохоча, воины разбредались прочь, и всё начиналось с начала.

В этот миг детина подошёл к самому большому их шалашей и, чуть потоптавшись у входа, зашёл внутрь.

– Моё почтение, Унн! – рявкнул охранник, обращаясь к широкоплечему воину, сосредоточенно точившему тяжёлый каменный топор. – Пленники для тебя! – стряхивая свою ношу на грязный пол, довольно прорычал он.

– Мой почтение Унн! – потешно вскочив на ноги и подобострастно поклонившись, расплылся в слащавой улыбке разведчик. – Не угодно ли вам испытать меня в качестве преданного оруженосца?

– На кухню всех троих, живо! – бросив беглый взгляд на пленников, негромко скомандовал Унн.

– Я умею обчищать карманы и приносить много сокровищ! – отчаянно заверещал карлик. – Я был лучшим оруженосцем Огрралла!

– Оруженосец Огрралла? – презрительно усмехнулся Унн. – Тогда лучшего места, чем кухня тебе не сыскать. Но сначала – Янаб!

– А мне? – с надеждой в голосе поинтересовался охранник.

– Ты им и устроишь Янаб, – утвердительно кивнул головой в ответ тот.

– Унн, я могу быть смотрителем или разведчиком! Я не хочу Янаб!!! – надрывался пленник, но воин, сосредоточенный на заточке орудия, уже не слушал. – Только не кухня, прошу тебя!!! Не надо Янаба!!! – раскачиваясь в такт мерным шагам охранника, выл карлик.

Пленников затолкали в широкую приземистую хибарку, ютившуюся на окраине поселения. Охранник живо стащил с себя доспехи и всю свою рванину. С наслаждением швырнув всё это в один из бурлящих источников рядом со стенкой он, ничуть не церемонясь, раздел пленников. Удостоверившись, что все вещи плещутся в кипящей воде, он вдруг резко распахнул едва заметную дверку в небольшую комнатку посреди хибары и ловко впихнул туда пленников.

– Не надо, пожалуйста, не надо! – попытался вырваться разведчик.

– Молчать! – проревел охранник, поднося огромный кулак к физиономии карлика. – Сейчас будет Янаб. У Унна хорошее настроение, потому вам оказана великая честь, о которой многие воины нашего поселения могут только мечтать. Во всём слушаться меня, иначе худо будет! Всем ясно? – тяжело оглядел он ребят. Те лишь перепугано закивали головами в ответ.

– Приступим, – закрыл он дверь изнутри.

Тотчас крохотное помещение наполнил тяжёлый влажный воздух, от которого сразу же закружилась голова.

– Глубоко не вдыхать, – скомандовал охранник. – Если тяжело, садись на пол! – Давид с Истваном поспешно спустились вниз. Здесь им стало значительно легче. Впрочем, тяжесть, навалившаяся как только закрылась дверь, быстро ушла, уступив место какой-то непонятной лёгкости. Уже через несколько минут мокрые от выступившего пота, ребята робко поднялись на ступеньку выше. – Пока достаточно! – раздался голос охранника. В тот же миг дверь распахнулась и пленники снова очутились в предбаннике. – Отдыхаем и опять – греться! – довольно проворчал здоровяк, с наслаждением потягиваясь и хрустя суставами. Не прошло и нескольких минут, как ребята снова очутились в парилке. В этот раз воздух в ней оказался гораздо горячее. Стараясь не прикасаться к обжигающим доскам полок, Истван и Давид, пригнув головы, снова устроились на полу. Только теперь они смогли хотя бы чуть разглядеть укутанное полумраком крохотное помещеньице. Справа от них в три яруса располагались полки, на каждой из которых мог устроиться детина не меньше охранника. Эти полки тянулись от стенки до стенки комнатки шириной не более трёх с половиной шагов. Чётко по центру – дверь. В левом углу громоздилась гора пышущим жаром круглых камней над которой прямо на потолке нависала дублёная шкура какого-то животного. Рядом стоял деревянный тазик из которого торчали два конца туго скрученных веников.

Что-то легонько забурлило внутри каменной горки. Этот шум всё нарастал и нарастал, пока не стал похожим на звук кипящей в чайнике воды.

– Что это? – испуганно посмотрели пленники на расплывшегося в блаженной улыбке охранника.

– Гейзер. Он сейчас проснётся, – простонал разведчик, пластом бросаясь на пол.

– Ложись! – выкрикнул Давид, следуя примеру карлика.

Едва друзья попадали на пол, свистящая струя водяного пара рванула из конуса каменной горки. Мощь её была такова, что если бы охранник не убрал кусок кожи, тот наверняка был бы сорван и унесён прочь. Через несколько секунд свист начал утихать и струя пара заметно ослабела. В этот момент охранник закрыл люк, не давая остаткам раскалённой влаги вырваться прочь. Тяжелый обжигающий жар ватным одеялом лёг на спины. Даже несмотря на то, что пленники лежали в самом низу, казалось, что они вот-вот потеряют сознание от нестерпимой духоты и спёртого воздуха внутри помещения.

Едва лишь раскалённый воздух осел на полках и стене парилки, варвар извлёк из кадушки два устрашающих размеров веника.