Михаил Рагимов – Высокие отношения (страница 63)
Пока первые добежали до стены, Высота выстрелил шесть раз.
Перегнувшись через парапет, всадил седьмую стрелу в лицо кнехту, забирающемуся по выступающим камням. Болт вошел точно под шлем, в переносицу. Воин повисел немного, скребя пальцами по истертому граниту. И полетел вниз, ударяясь о камни. Разлетелась вдребезги голова, мелькнули переломанные руки. Хрясь! Упал среди тех, кого стрелы поймали раньше. И что толку было забираться выше, если можно было умереть внизу, не вспотев и не ободрав пальцы?
Высота шевельнул губами, произнеся короткую, в пять слов молитву об упавших с высоты. На долгую времени не хватало — пара каторжников уже были у самого парапета. Еще немного, и окажутся на стене…
Стенолаз завопил что-то яростное. Обрушил приклад одному по голове, чувствуя, как сминается легкий шлем под твердой деревяшкой. Но настырный каторжанин не сдавался. Рычал, ругался, но по-прежнему цеплялся за камни. Хото ударил со всего размаху. Впечатал обтертый приклад в лицо, смяв в кровавую кашу. Враг сорвался, повис на одной руке. Пытался ухватиться левой. Скользил бессильно…
— Да сдохни ты уже! — попросил Хото, пытаясь дотянуться оружием.
Просьба подействовала. И злодей упал, кувыркаясь по покатой стене…
Второго, чьи пальцы уже коснулись края, сбил меч Бьярна, вовремя подскочившего сбоку, развалил голову пополам.
— Не спи, ловчий! — проорал рыцарь на бегу, кидаясь к очередному врагу, переваливающемуся через парапет.
— Я загонщик! — прошипел Высота. Потянулся за заряженным арбалетом. Но рука встретила пустоту. Стенолаз оглянулся. Монашек лежал, подтянув под себя ноги. Таращился стеклянным взглядом. В животе торчала стрела, а через грудь тянулась широкая рана. Рядом лежал и убийца. Безголовой кнехт с топором в руке. Бьярн или Марселин?..
Нет, рыжая сцепилась сразу с двумя. Вряд ли она. Белый, значит…
Хото выхватил саблю, метнулся, поскальзываясь на свежей крови. Ударил бронебойным кончиком сабли в затылок одному из противников Марселин. Тот всплеснул руками, выронил меч. Второго, начавшего поворачиваться в сторону новой угрозы, рыжая пронзила копьем насквозь. Длинный обоюдоострый клинок вылетел из спины, с хрустом перерубив позвоночник и пробив легкую кольчугу.
— Гыр на вас! — радостно заорал Высота. Тошнота и слабость пропали. Даже кисть левой руки, тугоперемотанная грязным бинтом не болталась безжизненным куском мяса.
— Ааагрх! — поддержала его Марселин. Отсалютовала окровавленным копьем.
— Помогайте! — прошипел гигантским удавом Бьярн, зажатый сразу тремя противниками.
Хото перекинул саблю из руки в руку. И швырнул себя в схватку.
Бьярн свалил очередного, ловким ударом снеся тому левое плечо, вместе с рукой и баклером. Свежеобрубленный калека вытаращился на фонтан крови, бьющий из него. Раскрыл было рот в крике. Заслуженный клинок снес верхнюю половину черепа. Пинок в грудь обрушил мертвеца, еще не понявшего, что он умер.
Рыцарь перешагнул через труп, оглянулся. Пошел на очередных кнехтов, оказавшихся на стене.
Те развернулись навстречу новой угрозе, вывели клинки в позицию. Бедняга Рош, получивший по шлему добротный удар, медленно уползал на четвереньках, мотая головой. Его помощник, зажав перерублено горло, с ужасом сипел, глядя на свою кровь.
Старик захохотал сквозь боль, пронзающую ребра. Поднял меч над головой.
— Вы! Ебанные ублюдки! Я вас всех выебу, нахуй! Ко мне, бляди!
Кнехты переглянулись, нехорошо оскалились и кинулись на рыцаря. Слаженно, по отлично сыгранной схеме. Первый бьет в голову, второй в корпус, третий — куда попало, лишь бы противник отвлекся. Бьярн с трудом отбил несколько ударов. Последний скользнул по кирасе, проскочив в ладони от шеи.
— Помогайте! — во всю глотку завопил рыцарь, отмахиваясь от наседающих противников.
Каменным ядром, выпущенным из катапульты, в спину кнехтам ударил Хото. Рассек одному затылок, пробил второму печень, подсек третьего под колени…
Бьярн упер меч в плиты, оперся всем телом, пытаясь перевести дух.
— Не поверишь… Хорек… Я рад тебе…
— Поверю! — оскалился окровавленный Высота и, отсалютовав саблей, кинулся дальше, на подмогу двум братьям из компании Мартина. Разведчики сцепились со здоровенным рыцарем. Тот отмахивался поллэксом, братья колотили его клевцами, дырявя броню. Но перевеса пока ни за кем видно не было.
— Ничего, ребята, ничего, — простонал, пытаясь разогнуться рыцарь, — обождите чуток… Сейчас передохну, да подойду… Вы только дождитесь…
На стену мягко, как огромные мяуры, спрыгнули двое. Бьярн поднял взгляд. Нет, не каторжники, и даже не кнехты. Рыцари Руэ… Тут-то ему и пиздец настал, что и говорить!
— Лучше уж, конечно, помучаться, — выдохнул старик и поднял меч.
Рыцари, переступая тела убитых и умирающих, начали обходить Бьярна.
Старик дрожащими руками поднял меч. Сил не оставалось. Мучительно разболелось правое, калечное, и так и не зажившее толком плечо.
— В сторону, — рыкнул со спины знакомый голос. — Съебал!
Бьярн отшагнул, прижался боком к стене. Навстречу рыцарям-разбойникам шагнул Мартин и Высота.
Ветер развевал черную бороду ди Бестиа. И меч его смотрел в грудь противнику. А стенолаз, чья сабля так и гуляла, выписывая восьмерки, заливисто смеялся, упиваясь собственным хохотом. Так смеются сумасшедшие. Или те, кто почти перешагнул грань меж разумом и безумием.
Рыцарь и ловчий были молотом. Наковальня же стояла за спинами врагов. И неугомонный ветер трепал рыжие волосы — чей-то меткий клинок срубил половину короткой косы.
— Не, это вам пиздец пришел, — ухмыльнулся Бьярн, с трудом разгибаясь. Спина трещала и звенела. Но ничего так не радует, как победа, пусть даже и маленькая…
Рыцарь сделал пару шагов вперед, пнул подкатившуюся голову в глухом шлеме, собравшись, закинул меч на плечо. И встал, подобно статуе, готовый к очередной схватке.
Мартин воткнул свой меч противнику в бедро. Провернув, выдернул. Кровь из перебитой жилы плеснула в лицо. Раненного добила Марселин, вонзив в спину копье. Рыцарь упал на колени, царапая пробитую грудь. Рыжая ударила его ногой в затылок, выдергивая древко. Ди Бестиа захохотал. Теперь он понимал чокнутого стенолаза… Или думал, что понимает.
Стенолаз же, будто опытный дровосек, двумя ударами подрубил шею вышедшего на него рыцаря, распластав ее третьим. Голова укатилось под ноги согнувшемуся Бьярну, звеня по камням шлемом.
Старик прошептал что-то, начал вставать, опираясь на меч…
Но разглядывать долго не получилось. На ди Бестиа кинулись новые противники. Рыцарь и до того не слишком хорошо владел высоким искусством фехтования — всю жизнь его спасали от ошибок тяжелая броня и длинный меч. Здесь же, на заваленной трупами стене, как и на палубе при абордаже, всякая изящность, тем более, забывалась мгновенно. Оставались простейшее. Удар, выпад, меч на меч. Клинок скользит по вражескому, вонзается ему в рот, выходя сквозь затылок. Меч потянуть, освобождая. Слыша, как скрипят зубы по стали…
Внезапный удар под колено сбил с ног. Мартин тяжело упал, выронив меч. Начал подниматься, понимая, что каждый миг промедления делает его на шаг ближе к смерти.
Не успел. Точно раскаленный вертел вонзился в правую ногу. Следующий удар обрушился на спину. Жалобно затрещал хребет. Ди Бестиа схватился за рукоять чужого тесака, развернулся. Успел отбить клевец, летящий сверху, в ключицу
Противник в знакомом багровом доспехе… Ну надо же! Не усидел, самолично явился!
Руэ занес клевец над головой, готовый добить упавшего. В рыцаря врезался кто-то ужасно знакомый, в красном же гамбезоне, в старой кирасе. С жуткой дубиной, окованной железом.
Мартин ворочался, пытаясь встать.
Сиятельный рыцарь Скарлетти ди Руэ и отставной сержант Стьюи Ле Гару сцепились в отчаянной схватке. Клевец и окованная оглобля бывшего монаха так и мелькали. Грохот стоял, будто в день Создания. Еще немного и посыпятся молнии с неба…
Мартин поднялся. Тут же упал. Левая нога и до того не жаловала здоровьем. Правая же, была или насквозь пробита, или все кости стали трухой.
К нему на выручку кинулся Высота. Мартин улыбнулся неугомонному стенолазу, кивнул. И понял, что не может поднять голову. Тьма захлестнула старого солдата. Он повалился лицом вниз. Упал как старое дерево, подточенное острыми топорами.
Ди Бестиа свалился бесчувственным кулем. Так падают мертвецы или те, кто вот-вот умрут.
Высота зарычал, словно бешеный мяур. Стенолаза атаковали два кнехта. Оба с треугольными пехотными щитами. Точно такой достался Бригу. Не спас он стражника… И этих не спасет!
Хото наскочил, запутал блеском клинка. Подпрыгнул, оттолкнулся в полете от стены, резко сменив направление. Приземлился на кромку щита, за которым виднелись перекошенные злостью глаза, ударил сверху вниз коротким движением. Тут же отпрыгнул, чтобы не попасть под падающую тушу мертвеца…
Удар в правое плечо сбил Высоту легко, как невесомое поленце. Стенолаз отлетел, врезался в камни. Пополз по ним. Копье ударило совсем рядом, обдав лицо каменным крошевом. Высота нырнул, проходя в ноги кнехту. Тот поддел его сапогом. Стенолаз снова отлетел в сторону.
Скалящийся кнехт подходил все ближе. А сил, чтобы встать уже не было…
Вдруг кнехт остановился. С удивлением поглядел на оперение болта, торчащего из-под ключицы.