Михаил Плотников – Не с любовью пишется раздельно (страница 98)

Молва часто бежит впереди нас и готовит встречных.

Готовит в хорошем смысле этого слова.

Вот меня часто спрашивают про самое вкусное.

Ну про часто это я загнул. Так, иногда интересуются!

Не в смысле, что приготовил, а как едока спрашивают. Как потребителя.

Ждут, видимо, рассказов о трюфелях и лангустинах, голубиных котлетках и медвежьей печени.

И я бы рад оправдать эти ожидания, но…

Все очень и очень непросто с этим самым вкусным.

Как же нам понять, что вот оно… самое-самое?

Сразу? Да никак. Нет такого шанса. Ни единого.

Фраза «Я не ел в своей жизни ничего вкуснее» представляет собой или временное заблуждение, или минутную слабость, или лесть, прикрытую или нет.

И в этом случае все определяет время. Не минуты или часы.

Года. Десятилетия.

Чем дольше живет в голове послевкусье, тем значительнее блюдо, даже если оно стоит две копейки в базарный день

и приготовлено в солдатской столовой.

Привести убедительный пример?

Я попробую!

Милости просим к моим почти интимным воспоминаниям.

Это очень личное. Будьте готовы.

Ради чистоты эксперимента сразу исключаем мамины куриные котлетки и жареные пирожки с вишней.

Тещин борщ и пельмени тоже не трогаем, ибо святое!

Введем себя в условия экстремальные, хотя и реально существовавшие.

Год 1985-й.

В нашей доблестной воинской части 40478 очередной массовый забор крови – День Донора.

Если поищу, то найду и удостоверение Донора, и Почетный Знак.

Ну и соответственно – праздничный обед. Поддержать нас, обескровленных.

Что-то необычное и по качеству, и по количеству.

Чем баловали точно не помню. Котлеты, мясо?

Вполне возможно.

Не помню, хоть убей!

Однако…Важное!

Все 717-ть дней, что я провел в армии, были кисельными.

Ну почти все.

Кроме Двух Дней Донора,

Одного Нового Года и

Одного Дня Выборов

(кого и куда выбирали не знаю, точно это было зимой, с самого утра и строем).

Кисельным дни были в прямом смысле этого слова.

Третьим блюдом на обед.

И все мимо меня, ибо я кисель до сих пор никогда не пробовал, ни разу.

Больше всего в жизни я не люблю КИСЕЛЬ.

И никогда этого не случится, я его не полюблю никогда.

Даже не попробую. Не крутите пальцем у виска. Принципы, знаете ли.

А ведь в армии каждая капля еды на счету, но я весь кисель отдавал сослуживцам, все 250 мл. Ежедневно.

Умножьте на количество дней! 717-ть минус 10 дней отпуска…

Примерно 200 литров! Две бочки еды! Согласитесь, что достойная цифра!

Вернемся теперь немедленно к столь редким компотным дням.

Армейский компот в нашем прошлом варили из…изюма. Из прекрасного афганского черного изюма.

Так что цвет у нашего компота был тот еще! Сомневаюсь, чтобы изюм мыли перед закладкой в котел. Эстетский был цвет у варева! Насыщенный.

Сахар почти не добавляли. Он, само собой, по рецептуре был, но до котла, огромного армейского котла, обычно не доходил.

Это нам совершенно не мешало.

Компот быстро, я бы даже употребил слово моментально, выпивался военнослужащими. С удовольствием и даже без сахара.

А что оставалось в котле после того, как заканчивался обед Доноров?

Правильно, мои дорогие едоки, правильно.

ВАРЕНЫЙ ИЗЮМ. Увеличившийся в размере почти до натуральных ягод винограда…

нежный, мягкий и сладкий-сладкий.

Изюма было много.

Килограмм 50.

Уж не помню почему да как, но мне досталось!!!

Может уже было положено по званию и сроку службы.

Может заместитель командира части по тылу был в это день добрее обычного.

Само собой, что я был не один. Но мне досталось не все.

Да я бы и не осилил.

Но мои товарищи как-то спокойно на это отреагировали.

Съели по тарелочке и успокоились.