Михаил Плотников – Не с любовью пишется раздельно (страница 87)
Контракт того, тю-тю, финиш! Конец!
В это день я де-юре перестал работать директором на «Русском Радио Волгоград» и больше не выходил в эфир на «Новой Волне» (есть такая прекрасная радиостанция в Волгограде, с которой все в 1994-м и началось).
Пост сдал – пост принял.
Выработал парень свой радиоресурс в родном городе.
И не только радио. Весь, абсолютно весь. До самоненависти.
До самого донышка, «до последней в песне строчки», как верно подмечено любимыми «Чайфами».
До отвращения к работе. До рвотного рефлекса.
Больше не мог. Агонизировал.
Не было уже никакого драйва.
Да и радио уже было сыто мной по горло. Его мною рвало.
И город. И его рвало – и на меня, и на радио.
Мы и рассчитались друг с другом.
До последней копеечки.
Навсегда.
И так стало мне хорошо! И до сих пор хорошо без него. Просто и хорошо. Надеюсь, что это взаимно.
Помню, как за пару месяцев до этого дня в популярной тогда газете «Городские Вести» была напечатана статья о праздновании Дня Молодежи.
Ежели не изменяет память, то написала ее Ekaterina Goryacheva
Про нас там тоже была пара слов.
Почему-то кажется, что все запомнил дословно.
Приговор звучал так.
«Открылся занавес.
На сцене появился привычный Плотников, который привычно весело и профессионально общался с привыкшей к нему публикой».
О каком обжаловании может идти речь?
Уже тогда стало понятно, что все – «пиздец, я теперь Властелин Колец», как пели и поют до сих пор мои друзья из еще одной группы «Жуки».
И ведь правда в каждом слове.
Надо уходить, надо бежать прочь.
Немедленно. Иначе.
А что иначе я не знаю.
Даже предполагать не стану.
Все пошло по плану.
Автор этого плана до сих пор неизвестен.
Никакой горячки и никаких обид.
Со мной расстались на удивление радостно и непринужденно мои партнеры. Аж покоробило немного.
И сейчас мне кажется, что им без меня было проще.
Они выдохнули и стали добрее ко всем остальным.
И немного богаче. И конкуренция ушла. Погулять. Теперь все послушные.
А шел мне уже от рождения 35-й годик.
Не мальчик. Планов вроде много, а на деле – шиш с маслом.
Пребывал я в легком смятении, граничащим с тяжелой грустью.
Плюс в жизни личной тоже был период так себе.
И решил смотаться в столицу.
К друзьям. Водочки попить, картинку перед глазами сменить. Разведку разведать.
Теперь кажется, что все было легко и просто.
На самом деле я ехал в никуда.
И ни к кому.
Без определенных планов и надежд.
Зараженный звездной болезнью в ее самой тяжелой и практически смертельной провинциальной форме.
Но точно – я ехал не за работой.
Это было бегство. Бегство.
Не скрою, что мысли о переезде в Златоглавую и Первопрестольную возникали в голове и раньше.
Но трусоват был.
Страшновато было как-то все бросить. Нажитое непосильным трудом. Идиот.
И всех бросить боялся. Родителей в первую очередь.
Волгоградская синица в руках была, как казалось, надежнее журавлей в небе над главным городом страны.
Принцип «лучше первым в деревне, нежели вторым в райцентре», ра-ботал на все 100 %.
Это самый вредный посыл для человека.
Это обречение себя на медленную смерть.
Не смейте так плохо о себе думать!
Не смейте!
А созреть-то надо.
Поздним оказался мой урожай, еще бы чуть-чуть и в мусорные баки его.
Да еще мои московские друзья, люди не бедные и честно – циничные говорили, что в 35 лет столицу уже поздно завоевывать.
Приезжай, погуляем, да и вернешься восвояси.
Искренне так говорили.
С пониманием.