Михаил Плотников – Не с любовью пишется раздельно (страница 159)
Хотя мы в чужие семейные тайны ни ногой.
Тем более, что нынче и теперь.
Когда той жизни уже нет.
И уже не будет.
Вы сейчас так далеко.
В когда-то чужой для всех нас стране.
Нас разделяют океаны.
И трансатлантические маршруты.
Ничего личного.
Перелеты до́роги.
А мы не так богаты.
Ну и скучаем не так уж сильно.
Скучаем, конечно.
Сильно.
Но в меру.
У нас разного цвета паспорта.
И буквы разные. И символы.
Денежки тоже вроде разные.
Но тут мы находим консенсус.
Если находим денежки.
Но это уже обычное дело.
Справедливости ради замечу, что и у меня самого паспорта разного цвета.
Так интереснее жить.
И чуть проще пересекать границы.
Настал момент, когда у Вас ко мне дело.
Вам понадобились мои знания и опыт!
Берите весь.
Для Вас ни жалко.
Вы публично спросили меня за пельмени.
С некоторой обидой и надежной в голосе.
Скажите, чем Вас и детей Ваших, и супругу Вашу, дай им всем здоровья Всевышний, так обидели американские пельмени?
Эти полуфабрикаты не пахнут родными Винницей и Харьковом?
Не пахнут!
Даже если на них написано, что они русские, украинские или белорусские.
Маркетинг и жажда наживы правят бал.
Мы тут в курсе всех событий.
Понимаю, тут уж ничего не поделаешь.
Они пахнут Брайтоном или Майами?
Вообще без запаха?
Я Вас опять понимаю.
И даже сочувствую.
Это плохо.
Печальна картина сия есть.
Они не пахнут ни Винницей, ни Харьковом, ни Черновцами, Витебском или Бобруйском.
Не пахнут Рязанью и Екатеринбургом.
Где еще живут наши люди?
Тем и не пахнет.
Родиной.
Нет аромата.
А что это за пельмени без аромата Родины?
Вы выстрелили в самое сердце.
Вы попали в самое незащищенное место.
Вам удалось взять меня за живое.
Поверьте, не многие могут поставить себе это в заслугу.
И мое живое, за которое Вы потрогали через океян, трепещет.
Ибо пельмени это вселенная, где я счастлив.
Дорогой мой уже американский друг!
Старший товарищ!
Как и обещал, выкладываю только для Вас с детишками рецепт приготовления пельменей.
Они будут хоть ненадолго ароматизировать Вашу жизнь.
Жаль, что не смогу сам раскатать,
перемолоть,
слепить,
сварить
и помочь съесть.