Михаил Плотников – Не с любовью пишется раздельно (страница 123)

О самых вкусных помидорах, тактильной памяти, филологической свободе, трехлитровых банках и их философской связи

А вы когда-нибудь мыли руки помидорами?

Не спешите делать большие глаза и крутить пальцем у виска.

Все не так запущено.

Именно руки и именно помидорами!

Нагретыми жарким осенним степным волгоградским солнцем помидорами…

Устав срывать их с мохнатых кустиков и складывать в ящик.

Нет?

Тогда миру еще есть, чем вас удивить!

Надо просто взять самый большой,

самый теплый помидор и разломить его на две части.

Легким неторопливым движением.

Без рывков.

На секунду замереть в нерешительности, задавшись практически шекспировским вопросом: «Съесть или не съесть?».

Слегка ошалеть от красоты блестящих на разломе и на солнце капелек-кристаллов, так похожих на цветной снег из сказки.

И потом медленно выдавить сок на руки.

Выбросить ненужную оболочку.

И сразу совершить знакомые рукодвижения.

Рука руку сочно моет.

И через пару минут руки ваши… абсолютно чистые. Должны быть красными и липкими.

В помидорных зернышках.

Но нет.

Чистейшие.

Можно даже не облизывать.

Гарантия!

Мне почему-то всегда не нравилось слово ТОМАТЫ. Нет в нем всей теплоты и красоты этого чуда природы. И цвета нет, вернее – цветов: желтого, розового, алого, зеленоватого.

Слово ПОМИДОРЫ вкуснее. На слух, на вкус, на запах, на цвет.

У нас дома делали

томатный сок,

томатную пасту,

томатный соус.

В магазине лежали консервы

с килькой или горбушей в томате.

Но главными были… помидоры в томате.

Иногда мы их называли помидорами в собственном соку.)

Домашнего приготовления, прошу отметить!

Томаты в томате?

Вы себе можете такое представить?

Яблоки в яблоках или картофель в картофеле?

Я не могу.

Ни с кулинарной, ни с филологической точек зрения.

Я томатоненавистник и помидоролюб.

Томатофоб и помидорофил.

И не стесняюсь в этом сознаться прилюдно.

Вернемся, однако, к нашим помидорам в томате.

К тем самым, к маминым…

Не в рассоле или маринаде, а именно в томате.

Мама консервировала небольшие, продолговатые и крепкие плоды разных сортов в трехлитровых банках, заливая помидорки (вкусненькое словечко, согласитесь) свежевыжатым томатным соком с разными специями.

Это было волшебное лакомство.

Не закуска, не дополнение к водке или мясу! Самодостаточное кушание!

Закатывали банки в сентябре и октябре, в самый разгар помидорного безумия.

Но есть разрешалось с декабря.

На зиму ж заготовки!

В те годы свежих помидоров зимой не было.

Вернее сказать, что они были, но мы об этом только догадывались.

Где-то очень далеко, в другой жизни.

Утверждать, что кто-то от этого сильно страдал, было бы большим преувеличением.

Давайте допустим на пару минут, что наступил декабрь. И в кухне, на обеденном столе появляется столь знакомая многим трехлитровка.

Лучше, если холодная.

Неописуемой внутренней красоты.

Банку надо было обязательно наклонить, чтобы убедится, что все на месте.

Лавровый листочек, чесночные зубчики, горошины перца.

Теперь внимательно следим за моими руками.

Все строго по схеме.

Это очень важно.