Михаил Обмороков – Шел дождь (страница 3)

Ник прокашлялся:

– Кто? – Голос не слушался.

– Нам нужен Никита Михайлович… – внятно и четко произнес маленький.

– А вы откуда, что нужно?

– Мы представляем корпорацию «Новый мир», у нас важное сообщение для Никиты Михайловича, – так же четко сказал высокий.

От удивления пропали мысли.

– Сейчас, подождите. – Ник наспех ополоснул физиономию и открыл дверь.

– Позволите войти? – спросил тот, что в очках.

– Ну, заходите, – Никита, поколебавшись, впустил посетителей. – Давайте пройдем на кухню, там будет удобнее говорить. Я извиняюсь. У меня гости вчера были.

Те без энтузиазма осмотрелись, но разулись, прошли и уселись на табуретки. Ник остался стоять в проеме двери, прислонясь к косяку и скрестив руки.

Высокий открыл кожаную папку и начал извлекать какие-то бумаги. В это время его коллега поставленным голосом объяснил Нику цель их прихода:

– Итак, мы являемся официальными представителями корпорации «Новый мир», вот наши доверенности. – Высокий протянул Нику два листа глянцевой бумаги с печатями и каким-то гербом. Ник механически протянул руку, но даже не взглянул на документы.

Невысокий продолжал:

– Год назад, 11-го числа 9-го месяца, на официальном сайте компании «Новый мир» вами была заполнена анкета. По результатам предварительного рассмотрения нашими специалистами были отобраны сорок претендентов на участие в проекте, и вы, Никита Михайлович, попали в их число. Нам необходимо ознакомить вас с предварительной информацией, зафиксировать ваше решение о согласии или отказе и взять с вас подписку о неразглашении этой информации.

Ник смотрел перед собой, почти не моргая. Может, это все-таки похмелье? Надо Серегу спросить, где он это пойло брал. Да, за все надо платить…

Он попытался стряхнуть оторопь и взять себя в руки.

– Сдается, вы держите меня за идиота. Сейчас вы предложите мне внести энную сумму на счет этой вашей корпорации, всучите мне красивую бумажку, скажете, чтобы я ждал звонка, и, счастливые, пойдете потрошить очередного лоха. – Ник попытался вернуть себе уверенность и «наезжал».

Полный был совершенно спокоен и улыбался.

– Никита Михайлович, – предельно мягко начал он, – мы прекрасно понимаем всю необычность нашего визита, и ваша реакция вполне естественна, но… звонка будем ждать как раз мы, и никаких платежей от вас не требуется. Более того, если вы дадите согласие, то все расходы на ваш полет в головной офис в Москве мы берем на себя, вот пожалуйста. – Он повернулся к высокому, и тот невозмутимо извлек из папки билет на самолет:

– Билет, первым классом, до Москвы, вылет через два дня.

Полный продолжил:

– Мы понимаем, что вы сейчас неважно себя чувствуете и наше предложение нужно обдумать. Я предлагаю поступить следующим образом: мы оставим вам пакет документов, и вы сможете ознакомиться с необходимой на данном этапе информацией по проекту. Вот наши визитки, можете звонить в любое время. Если возникнут вопросы, мы все уточним. Но вам необходимо принять решение до даты вылета, указанной в билете, то есть у вас примерно сорок восемь часов. Мы будем ждать. Надеюсь, что вы все же согласитесь. Вас выбрали для первого потока, и вы очень важны для нас.

С этими словами они поднялись.

– Извините, чаю вам даже не предложил, – Ник заметно смягчился.

– Ничего, мы, так сказать, при исполнении, – ответил полный (видимо, он был за старшего). – Не стесняйтесь, звоните. Поймите: это судьбоносное решение. – Последние слова были сказаны по-иному, очень серьезно.

Они ушли. Ник посмотрел в окно: шел дождь.

IV

В жизнь вторглось нечто непредвиденное. Судьба стучится в дверь? Та-да-та-та-а. Он пытался думать рационально. Умылся холодной водой. Обнаружил в холодильнике недопитую бутылку пива и задвинул подальше. Кофе – вот что нужно. Выпив полкружки растворимого кофе, устроился с бумагами на диване и стал читать под мерное урчание кота на коленях.

Получалось в целом следующее.

Участник проекта (испытуемый) в течение трех месяцев проходит подготовку – физическую, техническую, специальную. Составляется детализированная история виртуального путешествия с вариантами на выбор – квест, шутер, романтическое путешествие, полет к другим мирам с элементами квеста и шутера и т.п. Прокачанный испытуемый погружается в глубокий сон, подключается к аппаратуре – и всё, как говорится, в добрый путь.

Ржавой иглой царапнуло упоминание о том, что на первом этапе испытаний имели место несколько случаев психических расстройств и один летальный исход. Дальше шли три абзаца про то, что ошибки исправлены, недочеты устранены, технология доработана. Корпорация гарантировала безопасность не на сто, но на девяносто девять процентов.

Цифра в разделе «Вознаграждение» очень приободрила. Никита бегло пролистал техническую часть, не особо вникая в детали, и притормозил, когда речь пошла о мышлении и сознании.

Мышление. Сознание. Что это? Следствие электрохимических реакций в мозгу? Эмерджентное свойство материи? Вы серьезно? Говорят ведь про поток сознания. Ник представил себе реку – большую, полноводную, плавно несущую свои воды, оживляя все вокруг, рождая города и цивилизации. Пусть даже это горная речка, с перекатами и водоворотами, ручей в лесу – все они берут начало в вышине.

Когда он сам начал что-то сознавать? Когда «я» осознало: есть я и есть не-я, это я знаю. Пришлось отматывать в голопузое детство. где-то там были первые проблески. Режущий голос подвыпившей матери, крик папаши. Длинным кадром пронеслись их ссоры, переходящие в рукопашную… Когда сознание окрепло до чтения, Никита с головой убегал в волшебный книжный мир, что, наверное, и уберегло его. Не совсем, конечно. Но среда таки не заела. Вот и теперь предлагают вариант бегства от реальности, правда, уже с максимальным погружением, с головой, так сказать.

Человечество стоит на пороге…» – читал Никита. Да оно все время стоит на каком-то пороге, потом делает шаг и проваливается в бездну. Но внутри него решение уже было принято – сознанием ли, подсознанием ли или по обоюдному.

Ник скинул кота и позвонил Дрону. Тот не ответил ни на звонок, ни на сообщение. Зато позвонил Серега:

– Привет, Никитос! Димона мы довели вчера чин чином. А сегодня мамку его встретил, она говорит, что он на работе с начальником зацепился и, видно, крепко получил в репу.

Через час перезвонил Димка, сказал, что уже в норме и сам виноват. Ладно, решил Ник, сейчас не до этого. Попросил Дрона присмотреть за котом – образовалась, мол, длительная командировка. Потом достал визитку толстого.

…Вечером Никита летел в капсуле первого класса в Москву. Тут, оказывается, можно было лежать, но сна не было. Откинувшись в кресле, он смотрел в иллюминатор.

Часть II. Профессор

I

Самолет набирает высоту. Все, что было пейзажем: леса, озера, парки, дороги – становится ландшафтом, а потом картографическими знаками. И вся суета сует – проблемы, хлопоты, тревоги, желания – уменьшается в масштабе. Роятся крестики самолетиков, ползут крохотные машинки, зажигаются и гаснут россыпи огоньков… Как в муравейнике: муравьишки бегают туда-сюда вроде бы бестолково, но для них-то толк есть.

Там, под пеленой облаков, войны, катастрофы, смерти, рождения, предательство и самопожертвование, горе и радость – много чего там, внизу. А если подняться еще выше, в необъятные просторы космоса, будет ли все это так важно? Что ты Гекубе? Что тебе Гекуба?.. Такая прекрасная, такая холодная, беспредельная Вселенная, со всеми своими белыми карликами, красными гигантами и черными дырами, что ей до крошечной планетки, с крошечными существами, их страстями, заботами и радостями? Вселенная сама по себе, а мы сами по себе. Только разве мы не связаны с этой красотой? И кто, как не я, постигаю эту беспредельность? Для чего нужен ты, космос, если никто о тебе не помыслит, не вберет в себя твою красоту?

Занималась заря. На крытом балконе верхнего этажа научного центра на северной границе Москвы стоял высокий седой человек. Курил, вглядываясь в даль предрассветного неба. Центр – его детище – казался спящим. Но он ни на мгновенье не прекращал работы, готовя человечество к очередному прорыву. Самолет Никиты закладывал вираж над Шереметьево. Они встретятся через пару часов.

…Москва освежила моросящим дождем. В аэропорту ждал микроавтобус, где Ник оказался единственным пассажиром. Он попытался заговорить с водителем, но быстро понял, что тот не расположен к общению за рамками обязанностей. Иллюминатор сменило окно минивена.

Тихий умытый город ждал. Вот сейчас неведомо откуда хлынет на эти улицы поток машин и толпа людей, все наполнится звуками, запахами, движением.

Дождь стучался в стекла автомобиля. И тут что-то произошло. Никита вдруг ощутил, что все это его не касается, он здесь сторонний наблюдатель. Стало легко и как-то не по себе. Может, это и есть свобода? Он как будто снял накипь ненужных действий, переживаний, вверив себя чему-то или кому-то. Внутри было спокойно, тихо и – грустно. Но в этой грусти таилась какая-то незнакомая радость.

Заря уже вступила в свои права, когда они припарковались у здания центра. Никиту провели в гостиничный блок, где были приготовлены апартаменты. Без роскоши, но со всем необходимым. Он разложил нехитрый скарб и начал обустраиваться, когда в номере зазвонил телефон. Ник включил на громкую связь, зазвучал мягкий женский голос: