Михаил Николаев – Чуйка (страница 32)

Ольга доела банку Игоря и улеглась на траву. Степан в очередной раз обозрел окрестности в монокуляр и обнаружил примерно в километре быстро приближающуюся сутулую фигуру. Циклоп шёл по следу.

– Всё, ребята, уходим. Где ваши пропуска?

– Вот они. – Ольга протянула ему две пластинки.

– Внимание, уходим в следующем порядке: Оля, обними меня и держи свой пропуск у меня за спиной, а я буду держать Игоря и ломать наши с ним пластинки его пальцами. Игорь, поможешь мне, у меня только одна рука действует. На счёт три ломаем. Раз, два, три!

Через миг они стояли в центре небольшого островка, с трёх сторон окружённого непролазными топями. С четвёртой стороны клубился плотный белый туман. Степан совсем уже собрался было вести через него Ольгу, но почувствовал, как резко активизировалась чуйка. На той стороне их поджидала опасность.

Глава 13

Крот

– Оля, не снимай тюбетейку, – предупредил Степан девушку. – Я чувствую, что там что-то не так. Постой здесь и подержи Игоря, а я потихоньку выгляну на ту сторону, оценю обстановку и вернусь.

Войдя в туман, Степан осторожно пошёл вперёд, не поднимая ног из воды, чтобы не плеснуть ненароком, а выйдя наружу, вообще остановился. На Земле был день, а может быть даже вечер. Не разберёшь. Небо плотно затянуто тучами, через которые не мог пробиться ни один лучик солнца. Хорошо ещё, что из этих туч пока ничего не лилось.

Минивэн стоял на прежнем месте, но уже не в гордом одиночестве. Правее, на свободном от леса участке берега, расположился небольшой вертолёт с красным крестом на борту. Чуть дальше, на самой дороге, замерли два массивных чёрных внедорожника. И никого вокруг, как будто все вымерли.

Присутствие медицинского вертолёта было на руку – можно сразу отправить Игоря в Санкт-Петербург. Вот только на заставе неоткуда было узнать о его травме. Значит, вертолёт левый.

Степан достал монокуляр и тщательно осмотрел опушку леса. В одном месте он обнаружил торчащий из-за упавшего дерева ствол обмотанной тряпками снайперской винтовки, в другом – за кустами просматривалась чья-то спина в зелёном камуфляже. Среди жёлтой осенней листвы это выглядело нарочито непрофессионально.

Рассмотреть что-нибудь в минивэне из-за тонировки не удалось, но зато Степан заметил в боковом стекле со стороны водителя белое пятнышко с дырочкой в центре.

Больше вопросов у него не было. На берегу их ждала засада. Серьёзная, но недостаточно профессиональная для его уровня. А тот факт, что его до сих пор не обнаружили, говорил в пользу определённых выводов. Засада была организована людьми, не имеющими ни малейшего представления о шапках-невидимках. А значит, у них с Ольгой имеется реальный шанс оставить этих людей с носом. Выйти из тумана можно только в одном месте, но вовсе не обязательно сразу лезть на берег. Засаду можно и нужно обойти по болоту. Степан прикинул маршрут, повернулся и бесшумно растаял в тумане.

– Там засада, – сообщил он, выйдя на островок. – Наших, похоже, перебили. На берегу медицинский вертолёт, два чёрных внедорожника и снайперы. Придётся уходить по болоту, но как это сделать, я пока с трудом себе представляю.

– Так нас ведь не видно даже в снайперскую оптику, – удивилась Ольга. – Тихо пройдём по воде и свернём в лес.

– Нас не видно, – согласился Степан. – Зато очень хорошо видно стоячую воду. Ты сможешь пройти так, чтобы её не потревожить?

– Не знаю, никогда не пробовала. А ты?

– Я могу, но очень медленно. Чтобы отойти хотя бы метров на сто, мне потребуется не меньше получаса.

– Стёпа, а ты метлу с собой случайно не захватил? – спросила Ольга.

– Нет. Ты умеешь ей пользоваться?

– Конечно, умею! Каждая женщина хоть чуть-чуть ведьма. Я не чуть-чуть.

– А вот с этого момента, пожалуйста, поподробнее!

– Стёпа, что ты так напрягся, я пошутила! Кое-какие задатки у меня есть, разумеется, потом расскажу, но я абсолютно нормальный человек и ничего такого не умею. А пользоваться метлой нас учили, это входило в курс переподготовки.

– Ладно, потом расскажешь о своих умениях. Что будем делать?

– Раз нет метлы, буду использовать другое средство передвижения.

– Хочешь сесть мне на шею? Я не против, но как бы меня не засосало с дополнительным весом.

– Нет, я не это имела в виду. Сесть тебе на шею я всегда успею. У нас есть Игорь!

– Игорь, вы не против того, чтобы покатать на себе Ольгу? – спросил Степан у пограничника.

– Почту за честь, – прошептал тот. – Только пусть не садится, а сразу ложится и ножки свесит. Да, и хватит мне выкать, давай переходить на «ты».

– Не бойся, я аккуратно, – обрадовалась девушка. – Я лёгкая и ногу твою не потревожу.

– Игорь, ты точно выдержишь? – уточнил Степан.

– Будет очень тяжело, я всё-таки мужчина, но постараюсь справиться с собой, – пошутил Игорь.

– Оля, залезай, – скомандовал Степан, опуская коврик и придерживая снизу рукой, чтобы он не коснулся земли.

Он ничего не видел, но чувствовал по движениям коврика, что Ольга уже залезла и устраивается поудобнее. Когда возня прекратилась, он поднял коврик на уровень своих плеч, проверил, где с него свешиваются по бокам ноги девушки, после чего закрепил петлю репшнура у себя на левом плече. Достал из кошеля и раздвинул шест.

– Всё, вступает в силу режим полной тишины, – предупредил он обоих. – Что бы ни случилось, вы не должны издавать ни одного звука. Когда можно будет шевелиться и говорить шёпотом, я предупрежу.

Степан медленно зашёл в туман, опираясь на шест, опустил в болото сначала один сапог, потом другой и пошёл вперёд мелкими шажками, не поднимая ног из воды, доходившей ему до коленей. Слой ряски на поверхности был очень тонким. Он легко расступался перед ногами и сразу смыкался за ними. Колебаний воды ряска почти не сдерживала.

Вода – очень подвижная субстанция. Любое движение вызывает на её поверхности волны, расходящиеся во все стороны концентрическими кругами. Плавные медленные движения почти не беспокоят водную гладь. Ключевое слово – почти. Недаром существует поговорка, что почти не считается.

Степан умел ходить в воде, практически не беспокоя её. Движения должны быть очень медленными, равномерными и непрерывными, без каких-либо рывков, остановок и смен направления.

Дно было мягким, илистым, слегка пружинило под ногами, но не засасывало их. Потревоженный ил поднимался к поверхности тёмными пятнами, потом медленно рассеивался и оседал. При съёмке с беспилотника этот след был бы хорошо виден, но разглядеть его сбоку, находясь лишь чуть выше уровня воды, было невозможно даже в оптику.

Окончательно выйдя из тумана, Степан ещё раз осмотрелся с помощью монокуляра. Оказалось, что на Земле всё-таки был не день, а вечер, и видимость за время его отсутствия успела значительно ухудшиться. Снайперская винтовка торчала на прежнем месте, но её ствол теперь смотрел в другую сторону. Там, где Степан в прошлый раз видел спину в камуфляже, сейчас никого не было, но несколькими метрами левее хорошо различался сигаретный дым. Чуть дальше слегка шевелились тонкие ветки кустарника, в котором кто-то тихонько шебуршился. Наблюдение за порталом продолжалось, и в нём было задействовано не менее трёх человек.

Степан пошёл влево, не отдаляясь от полосы тумана и не приближаясь к берегу. Пошёл – это хорошо сказано. Больше подходило бы определение: пополз, но стоя на ногах не ползают. Вначале каждый шаг занимал почти минуту. Потом, по мере сгущения темноты и удаления от точки выхода, он ускорился до двух шагов в минуту. Двигаться быстрее всё ещё было нельзя – по поверхности начинали разбегаться круги.

В одном месте нога упёрлась во что-то мягкое. Степан, холодея от предчувствия, опустил руку в воду и приподнял к поверхности обнаруженный предмет, не вынимая его из воды. Предчувствие его не обмануло – это был труп. Степан повернулся боком, чтобы скрыть происходящее от глаз Ольги, и приподнял мёртвое тело выше. Побелевшее лицо было ему хорошо знакомо, а аккуратная дырочка на виске красноречиво свидетельствовала о причине смерти.

Степан медленно, чтобы не плеснуть, опустил труп Александра обратно. Сейчас его всё равно с собой не забрать, а завтра надо будет сюда обязательно вернуться, чтобы поквитаться.

Ольге он решил ничего пока не говорить – неизвестно, как она себя поведёт, узнав о гибели своего друга. Хотя почему не известно? Вполне понятно. Наверняка не сможет сдержаться. Пусть подольше пребывает в неведении.

Степан двигался очень медленно, но его мозг работал на полную катушку, занятый размышлениями о том, что за структура могла организовать на них засаду и кто её мог навести. То, что это был кто-то с заставы, он понял сразу. Никто из посторонних не мог знать, что он ушёл через портал на поиски пропавшей группы.

В кабинете генерала присутствовало шестеро. Они знали всё. Сам генерал отпадает. Если не верить ему, то тогда вообще никому нельзя доверять. Степан хорошо разбирался в людях и мог отличить актёрскую игру от искреннего поведения. Генерал никогда с ним не играл. Остаются пятеро.

Александр? Мог он кому-нибудь сообщить эту информацию? Очень сомнительно. Разве что Ольге, но её на заставе не было. Постоянной девушки Александр не имел, а проболтаться случайной не был способен в принципе. Сказал кому-то из своей группы? Возможно, кстати. Но чтобы тот слил своего друга и начальника, по сути, приговорив его? Очень сомнительно. Значит, Александра тоже можно исключить.