Михаил Нестеров – Комэск (страница 37)

– Майор Сотников, командир 4-го истребительного авиационного полка ВМФ. Прибыл для получения новых машин и пополнения личным составом!

– Полковник Мороз, Штаб ВВС. Здравствуйте, майор. Что, нравится птичка?

– Не то слово, товарищ полковник! Очень хочется на таком воевать!

– А сами на чем воевали?

– На «И-16».

Подполковник тем временем листал документы, которые достал из своего планшета. Наконец, найдя нужный лист, протянул его полковнику. Тот, посмотрев на документ, сдвинул брови:

– Хм, майор. Не судьба тебе на «Яке» летать! Эти уже распределены, а новых до конца года не дадут. Занимайся пока комплектованием, а там и решать будем, какую технику полк получит.

Сотников растерялся:

– Как же так! Товарищ полковник, это, наверное, ошибка!

– Никакой ошибки, сам смотри! – И сунул под нос командиру полка бумагу. – Видишь, черным по белому написано! До Нового года, что ли, тебе тут сидеть, «Яки» ожидая?

В этот момент не было на свете человека более несчастного, чем майор Сотников. Когда он летел в Кубинку, ему уже рисовались картины, как он ведет целый полк «Яков» на врага, как горят вражеские истребители и бомбардировщики, как мечутся в панике вражеские пикировщики. Он видел себя в кабине этой замечательной машины, он пускал по врагу реактивные снаряды, очереди его пушки и пулеметов вдребезги разносили технику врага. И вот все это оказалось недостижимым и бесконечно далеким. Другие будут водить в бой эти стремительные самолеты, другие будут наносить по врагу неотразимые сокрушительные удары, а он, майор Сотников, будет по-прежнему коптить небо на своем «ишаке», нести потери и писать похоронки на своих мальчишек. Ах, до чего же несправедлива жизнь и тяжела его судьба!

Эти мысли, видимо, достаточно явно отразились на его лице, поскольку стоявший рядом Мороз в глубине души его пожалел, но вида не подал и сурово произнес:

– Ну-ну, майор! Что за упаднические настроения! Отставить эту мерихлюндию! Сейчас идите, размещайте своих людей в общежитии. Затем идите вон туда, – он показал на большое трехэтажное здание, – в комнате № 303 найдете капитана Михолапа. Он поможет вам доукомплектовать полк.

Мороз сделал знак, и подошедший младший лейтенант повел бесконечно расстроенного Сотникова к общежитию.

Домов, в которых проживали летчики, ждущие своего назначения, оказалось несколько. Бросив свои вещи, Синицкий, Бринько и Шаневич пошли искать знакомых, вроде видели кого-то издалека, время до обеда еще было. Олег и Сергей неторопливо разложили свои вещи и обсуждали дальнейшие перспективы, когда в дверь просунулась голова лейтенанта Суслина, по прозвищу, естественно, Суслик. Он был единственным оставшимся в живых летчиком второй эскадрильи кроме ее командира, капитана Шаневича. Суслик сказал, что он местность знает, так как бывал здесь раньше, и берется достать выпивку. Северов отрицательно покачал головой, Малинкин, вздохнув, тоже отказался.

– Ну и дураки! Когда еще будет возможность выпить в спокойной обстановке! Начальству сейчас не до нас. Начальство переживает.

Суслик ушел, а Олег стал показывать ведомому приемы защиты от ножа, вместо него была ложка. У Сергея неплохо получалось, они разогрелись и возились с большим удовольствием. Малинкин разошелся и стал размахивать ложкой, как саблей, со словами «а так, попробуй, отбери», Северов ложку выбил, и она попала прямиком в лоб открывшему дверь Синицкому.

– Хватит дурака валять! Зашибете командира! А если бы Сотников зашел?

В коридоре ржали Шаневич и Бадма, Гоша показал им кулак, а Степан звонко тявкнул.

– Пошли обедать, осназеры пернатые.

Хлебая гороховый супчик, Синицкий сказал, что он действительно нашел здесь знакомых. Гоша с завистью рассказывал, что некоторые получают «Яки», а кто-то даже «Пе-3». И лишь немногим не везет, как и им. Неизвестно, чем могут укомплектовать, а вдруг снова «И-16»?

Неторопливо хлебая суп и разговаривая, они не успели перейти ко второму – гречневой каше с небольшим количеством мяса, как за соседний стол сел Сотников и с грустью обозрел свой обед. Он тяжело вздохнул и принялся также медленно есть суп. Очевидно, почувствовав на себе взгляды своих летчиков, он повернул голову и тихо произнес:

– Посмотрел я личные дела, отобрал кое-кого. Но, ребята, в основном это совсем птенцы-желторотики. Нам таких уже давали, что дальше было, помните?

– А что, времени их учить совсем не дадут? – спросил Бринько.

– Обстановку на фронте ты сам знаешь. Чего спрашиваешь? – И майор снова вздохнул. – Кстати, а где Суслин?

Шаневич демонстративно уткнулся в тарелку:

– Здесь где-то…

– Ладно, всем отдыхать, пока возможность есть. Если что-нибудь натворите, выгораживать не стану! Вон, с третьей эскадрильи пример берите. Физкультурой занимаются, оружие регулярно чистят, языком немецким занимаются. Всегда полезное дело найдут. А некоторые другие, раздолбаи, только и ищут возможность водки или самогона хряпнуть! А уж как хряпнут…

Майор махнул рукой и ушел обратно в штаб, его ждали капитан Михолап и будущее пополнение. Летчики, негромко переговариваясь, стали выходить из столовой, когда Северова кто-то окликнул. Обернувшись, Олег с удивлением увидел Якова Карловича Берга.

Берг был очень обрадован, что видит Олега живым и почти здоровым. Они обнялись, инженер хлопал его по плечам, покосился на повязку на голове. Затем они медленно пошли в сторону аэродрома, Яков Карлович должен был идти туда по делу, а Северов решил его проводить, остальные же решили вернуться в общежитие.

Охрана проверила документы и пропустила к самолетам. Инженер рассказал, что вскоре после того, как Северова сбили третий раз, Берга вызвали в Москву. Его докладные записки действительно попали к Сталину, и теперь Яков Карлович занимался их реализацией. При Ставке ВГК образована специальная Комиссия по техническому перевооружению Красной Армии, в ее составе и работает Берг, теперь уже военинженер 2-го ранга. Олег кратко рассказал свою историю и посетовал, что теперь они всем полком будут ждать у моря погоды и получат неизвестно что, как бы снова не «И-16». Берг хитро улыбнулся:

– Помнишь наш разговор, что двигатель для «ЛаГГа» слабоват и что есть смысл попробовать на него мощную звезду поставить?

– Конечно, помню. Подождите, что, неужели сделали?

– Сделали! Инициативу, правда, Гудков проявил, сам Лавочкин все двигатель от Климова ждал, но потом понял и подключился. Вот, «ЛаГГ-5», первая партия. После фронтовых испытаний будем дорабатывать, а там и до крупносерийного производства дойдем.

– Что за зверь?

– Двигатель «М-82», пока 1500 сил, но Швецов работает, бо2льшая мощность не за горами. Конструкцию немного облегчили, так что скорость 600 км/ч на высоте, 520 км/ч у земли, потолок 9500 метров, дальность 750 км, скороподъемность 900 м/мин., вооружение – две «ШВАК» и два «БС».

– Сильно! – сказал Северов, а сам подумал, что для октября 1941 года это самое настоящее чудо.

Очевидно, построено, что называется, на живую нитку, дорабатывать и дорабатывать, но начало положено. Берг тем временем подошел к головастому самолету, похлопал его по крылу и неожиданно предложил Олегу посмотреть устройство кабины. Летчик посмотрел и впечатлился, конструкторы явно задумались не только над простотой производства, но и над удобством для пилота. А Яков Карлович рассказывал об усиленной бронезащите, увеличенном боезапасе и о том, что планируется значительно увеличить мощность двигателя и увеличить запас топлива, а также использовать больше металла в конструкции.

– Но, сам понимаешь, до этого еще ох как далеко.

Поделился Берг и направлениями других разработок.

– Одна их наших разработок «Су-2», новый «Су-2»! Слышал, наверное, что не очень его любят в войсках. Так ведь не зря же мы, дорогой ты мой, столько говорили еще там, в Боушеве, о модернизации нашей авиационной техники! Поставим новый двигатель, делаем на базе «М-82», но со впрыском и наддувом, мощность как раз около 1900 сил! Цельнометаллический самолет пока не получится, дефицит металла, да и бронекорпус сделать пока возможности нет, но защита экипажа будет, даже 20-миллиметровый снаряд не возьмет! И четыре пушки Б-20, проектируются на основе «УБ»! Кстати, помнишь, мы говорили о том, что между 20 мм и 37 мм пропасть и 23 мм не выход? Сейчас заканчиваем разработку 30-миллиметрового боеприпаса, а там и пушка не за горами! И пикировать самолет будет, получше их «Ю-87» получается! А сейчас готовится целая серия новых и модернизированных машин! Модернизируются пикировщики «Ар-2», создан новый «Ту-2». Завершаем «И-185», это новая отличная машина Поликарпова. А в перспективе и «ЛаГГ-3» выпускать перестанут, когда отработаем «ЛаГГ-5». И еще, Климов заканчивает работу над двигателем мощностью порядка 1500 сил! Все это пойдет на «Пе-2» и «Як-1». Кстати, тебе с «Ил-2» встречаться не приходилось? Их ведь сейчас обратно в двухместные переделывают, стрелок с «УБТ» за летчиком будет располагаться. Разумеется, все это будет не завтра, не раньше 1942 года, но работы ведутся, Ставка жестко контролирует. В других сферах тоже разработки ведутся, но я, сам понимаешь, не особенно в курсе.

Обнявшись на прощание с Бергом, Северов пошел к общежитию в хорошем настроении. Комиссия по техническому перевооружению РККА. Отлично! На прощание Яков Карлович предупредил, чтобы о содержании их разговора летчик никому не рассказывал, но это было лишним, что такое режим секретности, Олегу объяснять было не надо.