Михаил Липарк – Лик Ветра. Том 3 (страница 38)

Весна пришла на землю Туурина и маленькие сугробы, образовавшиеся за время всего Долгоночия под пение вернувшихся с юга птиц, превращались в лужи и высыхали.

Последняя неделя прошла для жителей в суматохе с непрекращающимися вокруг города слухами о приезде короля Дордонии Рогара Вековечного к их любимому и правящему уже три десятилетия владыке. Самые невероятные предположения выдвигали за обычной светской беседой представители разных сословий и все они неизменно приходили к одному выводу – король с юга жаждет найти союзника в преддверии войны с кровожадным странником из Дастгарда, который совсем обезумел и теперь собирался завоевать весь север.

Свита Рогара Вековечного уже въехала в ворота, ограждавшие дворец, и крытая повозка катилась по самой широкой улице. Знамена, на которых лев вцеплялся в глотку дракона бессильно висели на безветренном просторе дворцовой площади. Кони в яблоках синхронно ступали по мощённому камню среди всадников в серебряных доспехах и закрытых шлемах, на щитах которых был изображен медведь, вставший на задние лапы и пожираемый пламенем.

Конвой подъехал к широкой и, бесчисленным количеством ступеней ведущей наверх, лестнице и из повозки вышел король Дордонии. Он тут же бросил взгляд наверх и вспомнил всю историю Туавинхалла – дворца в самом сердце Старгорда, откуда короли востока правили своим народом с незапамятных времен.

Много легенд ходило вокруг двухэтажного здания на высоком холме, которое можно было хорошо разглядеть даже из порта столицы. У подножия, гостей короля Индуина встречали две каменные статуи в виде грифонов, размахивающие своими исполинскими крыльями. По всему склону, за которым могли наблюдать путники, когда поднимались на вершину, росли цветы самых разных расцветок, которые своими кустами вырисовывали два герба по обеим сторонам лестницы, на одном из которых был изображен лев, а на другом орел. Гладкие низкие ступени ложились одна за другой к огромным воротам, открывающим, изнеможённым долгим подъемом, вход в сам дворец.

Стражники с изогнутыми мечами на поясах, предупрежденные о появлении важного гостя, смиренно поклонились и распахнули двери. Рогар, приказав паладинам ждать снаружи, вошел в широкий длинный тронный зал.

Большие чаши, в которых горел огонь, стояли друг на против друга как бы обозначая путь, по которому следует пройти, чтобы оказаться у трона местного правителя. Рогар видел, как за этими чашами на полу сидят какие-то люди и не обращая на него внимания отпивают ароматный напиток из маленьких чашечек, потом закрывают глаза и пребывают в таком состоянии словно познают другие стороны бытия, недоступные ему самому.

Наконец король Дордонии подошел к пьедесталу, на котором стоял трон, а на нем с пышным головным убором вместо короны, восседал король Туурина.

– Приветствую тебя, владыка, – произнес Рогар Вековечный и еще раз окинул глазами пространство перед собой.

Две фигуры грифонов, но на этот раз выкованных из металла, стояли по разным сторонам от пьедестала и изрыгали из своих клювов тонкие струйки воды, ложащиеся в небольшие чаши перед собой и тем самым награждая непрерывным журчанием весь тронный зал Туавинхалла. Огонь в чашах горел почти бесшумно и источал приятный пряный аромат, а две девицы, сидящие на коленях у короля, ласкались в его огромных мускулистых руках.

– Рогар Вековечный собственной персоной, – медленно проговорил Индуин и кивнув головой заставил обнаженных девушек встать и уйти на один из ковров, где сидели другие гости короля и придавались забвению.

– Ведь мой приезд не стал для тебя неожиданностью, не правда ли? – Рогар оглянулся, как бы намекая на то, что чувствует себя нежданным гостем. – Я отправил своего гонца больше двух месяцев назад.

– Я получил известия вовремя и именно поэтому сегодня двери Туавинхалла открылись перед тобой, король. В письме ты изложил свою просьбу довольно скудно, повтори ее здесь и сейчас. Я готов к обсуждению.

Рогар всегда испытывал к тууринцу букет самых отрицательных эмоций, как, впрочем, ко всем остальным правителям. Его раздражало огромное эго владыки с востока, его самодовольство, излишняя самоуверенность, а один тот факт, что Индуин смел думать, что он самый властный и великий среди правителей Неймерии сам по себе выводил повелителя южного королевства из себя. Но сегодня лев, так называли Рогара представители других домов, стал заложником ситуации и был вынужден считаться с тем, кого ненавидел не меньше остальных.

– Что ты слышал о Сарвилле Кхолде, владыка? – дордониец держал в руке свиток и время от времени махал им, помогая себе выражать эмоции.

– Ты писал о нем в один из дней Затухания. Но тогда мне не было дела до того, о чем ты просишь. Недавно же подданный твоего королевства спалил деревню, с которой я брал дань. Ни одна собака не простила бы мне, если бы исчадье, рожденное на моих землях, за которые я отвечаю, после всех своих грехов свободно разгуливало по Неймерии, оставив меня в дураках и продолжая устраивать ад на земле.

На лице Рогара мелькнула гримаса суровости, но он тут же постарался ее скрыть.

– Да-да, я говорю о тебе король, – не унимался Индуин. – Из-под твоего крыла вышел этот странник и теперь творит беззаконие. Я надеялся, что мне почудилась твоя наивная просьба встать на сторону Дордонии, но теперь, когда ты стоишь передо мной, я чувствую, что ошибался в возможностях твоего ума. Говори же. Не трать мое время попусту.

Рогар сжал губы и неприятно ухмыльнулся.

– Сарвилл Кхолд – это лишь вершина айсберга. Магия – вот истинное зло. Скажи мне, владыка, отчего сгорела твоя деревня? Вопрос слишком простой, чтобы ждать ответа. От огня. Только спрашивал ли ты себя, каким образом этот огонь мог возникнуть? Однако я думаю, что тебя мало волнуют мирские проблемы и поэтому не буду глубоко погружаться в мотивы, что двигают мной. Давай вернемся на тридцать лет назад и вспомним почему ты позволил Инквизиции спокойно разгуливать по своим землям?

Тууринец молчал. Он и не думал отвечать на вопросы гостя, продолжая самодовольно смотреть с высоты своего трона и ни одна морщинка на его лице не дрогнула под пристальным взглядом Рогара Вековечного.

– Маги тебе тоже мешали править спокойно. Я хочу сказать, что знаю, что у тебя была причина не останавливать защитников. Когда Инквизиция отправилась в свой первый поход, остановить орден могли лишь Туурин и Творс. Запад выбрал свой путь и смерть Драго Уйлетана вряд ли положила конец вечной борьбе между нашими государствами. Но Туурин был в силах разбить Орден Защитников в отличие от Холденфелла, но не сделал этого. И ты знаешь почему, владыка. Мне продолжать?

– Все пошли вон отсюда! – приказал Индуин, сидящим повсюду в тронном зале.

Люди лениво повставали со своих мест и словно их рассудок был затуманен теми травами, заварку из которых они все это время не торопясь выпивали, вразвалочку побрели к выходу.

Рогар дождался, когда стражники закроют дверь снаружи и продолжил.

– Внутри этого свитка есть очень интересные сведения. До тех пор, пока я не прочел его, я еще мог спать спокойно. Теперь это не так просто.

Король Дордонии развернул свиток и побежал по нему глазами, изредка поглядывая исподлобья на правителя, который теперь напряженно сидел в своем троне и внимательно наблюдал за ним.

– Истинные наследники Туурина при первом появлении людей на материке были магами Земли. К сожалению, волшба передается вместе с кровью, поэтому и до сей поры на троне должен был восседать волшебник. Пусть не по своим действиям, но по своему наследию. Когда великий король Индуин вдруг открыл двери перед Орденом Защитников, мне сразу показалось это крайне интересным. Как маг по крови может желать смерти своих собратьев? Я изучил историю Туурина, до которой раньше мне не было дела и узнал, что смена власти в восточном королевстве произошла задолго до того, как моя семья сменила прежних правителей в Дордонии. Просто о смене власти в Туурине никто не знал. Она произошла, так скажем, незаметно.

– Ты можешь не заканчивать историю, король. Я знаю ее еще лучше этого куска кожи.

– Прости, я не могу. Ты должен знать, что я не из тех, кого ты так просто можешь облить грязью и после сидеть, наслаждаясь собственной значимостью. И вот этот пергамент сообщает интересные сведения. Право, письмо имеет свойство перемещать нас во времени, ты не задумывался, король? Или ты все же так и не научился читать за несколько веков?

Глаза Рогара заблестели злым блеском.

– Этот пергамент хранился в библиотеке Шаарвиля, в которую до определенного времени я заглядывал довольно редко. И вот среди высоких запыленных кип я обнаружил этот свиток. В нем говориться, что у первого короля Дордонии Турина Холда был родной брат по имени Туурин Холд, предки которого и правили на востоке. У братьев были теплые отношения и поэтому в библиотеке своего замка я нашел много интересного и про восточное королевство. Например, тут написано, что однажды некто, представившись правителем Туурина Дориалом Холдом, инкогнито явился в замок своего дальнего родственника Шаарвиль, якобы со своей женой королевой Де Фиаллавель и сыном. Неожиданный гость, одетый словно бедняк, был в ужасных ожогах. Нищий, сраженный какой-то заразой, бредил о том, что его предали, а на троне Туурина нынче сидит самозванец. Бедняге не поверили и выгнали из замка, отправив гонцов в Старгорд удостовериться в том, что Дориал Холд живой и здоровый продолжает править страной из своего дворца и с негодованием просит казнить наглеца, посмевшего использовать его доброе имя в своих корыстных целях. Бедняка казнили, хотя, судя по записям, ему и так оставалось жить недолго. Женщину же и ребенка, явившихся со уродом в Шаарвиль, пощадили с тем условием, что они признаются, что все это был хитроумный план и на самом деле они не принадлежат и никогда не принадлежали знатному роду.