Михаил Липарк – Касание Воды (страница 54)
— Подозреваемых недоброжелателей в эти темные времена слишком много, чтобы, тыча пальцем в небо, установить единственно верного… — Королева задумалась. — Это может быть послание из Шаарвиля или любой творсиец, не желающий терпеть моей власти в отсутствие императора. Было бы опрометчиво быть определенно уверенной в одном из выводов, исключая второй без каких-либо на то причин. Хотя, если вы спросите меня, я бы поставила на моего мужа.
Санли Орегх опустил голову.
— Король отдал приказ убить моего отца, своего близкого друга. Я понимаю, почему вы подозреваете Рогара Вековечного. Что прикажете делать? Искать истинного убийцу?
— Нет, — как-то очень резко отрезала королева. Паладину показалось, что она не хочет знать правды. — На полу лежит призрак. Человек без имени, без семьи, без прошлого и будущего. Если мы пойдем по следам, которые он оставил, то не придем никуда. Важнее сейчас сосредоточиться на моей защите. Убийцы придут вновь, как только выяснится, что я жива. Планы меняются, господин Орегх. Я прошу вас стать на моей страже немедленно.
— Это великая честь, Ваше Величество, — отозвался паладин.
— Завтра мы сообщим об этом старейшине Туамону. Сегодня я заночую в другой комнате, проводите меня.
Королева взяла ребенка, крепко прижала к груди и пошла вперед, аккуратно обступив истекающее кровью тело преступника.
Они вышли на винтовую лестницу, королева попросила защитника взять факел и пошла следом за ним, указывая путь.
— Сюда.
Они вышли к длинному открытому коридору, ведущему с одного конца дворца к другому. С моря дул ветер, небрежно стряхивая с головы наследницы Уйлетанов капюшон. Пламя на конце факела трепалось, словно знамя из тончайшей ткани при легком бризе. Защитник шел рядом с королевой, посматривая с высоты на кроны деревьев, скупо покрытых желтой листвой.
— Я стоял за спиной убийцы почти с тех самых пор, как он дал вам о себе знать, — начал Санли Орегх как бы невзначай. — Но рубить было опасно, я мог вам навредить.
Королева заглянула под одеяльце, чтобы удостовериться, что малыш еще спит.
— Ведь я жива. Выходит, ваш поступок оказался верен, — ответила она холодно, властно и смотря перед собой.
Санли Орегх больше не пытался затеять этот разговор.
***
— Господин Туамон, не удивляйтесь. Этот человек будет теперь всюду ходить за мной по пятам. Вчера он спас меня от неминуемой гибели. — Королева вошла уверенной походкой и села во главе высокого дубового квадратного стола.
— Мое имя Рихард, господин. Я приехал вместе с королевой.
— Как угодно. Как угодно, — запричитал старик, проходя мимо гостей кабинета и усаживаясь на свое место.
Он поерзал еще некоторое время, прежде чем твердо уселся и вцепился худыми длинными пальцами в увесистую книгу.
— Я осведомлен о досадном событии. Мне принесли весть о покушении на Ваше Величество засветло. Не теряя ни минуты, я взял на себя ответственность отдать приказ не сжигать тело убийцы, а осмотреть его самолично. — Магистр облизал свои сухие бледные губы. — Интересный факт. Интересный факт обнаружился при вскрытии.
Старик суматошно и в то же время уверенно листал страницы в книге.
— Где же это?.. Где же?..
Королева уже долго наблюдала за императорским советником, бросая взгляд то на защитника, то на Туамона.
— Пока вы не отыскали то, что ищете… я хотела обсудить с вами кандидатуру господина Рихарда на место командующего обороной города.
— Конечно… Конечно… Где-то здесь… — Туамон, казалось, совсем не слушал королеву. — Вот! Вот оно и есть. При убийце не было ничего, что могло бы подтвердить его личность, — начал он, распластав пятерню по одной из страниц, чтобы больше не потерять ее. — Я уверен, и вы это выяснили сразу после инцидента. Тогда я осмотрел все тело на наличие татуировок, шрамов и других опознавательных особенностей. Ничего примечательного. Это и стало для меня загадкой. Судя по всему, убийца проник через окно, взобравшись по стене. Пришел убить, а значит, что, скорее всего, делал это не впервые. У таких людей и нелюдей всегда бывают шрамы. Даже самая осторожная кошка хотя бы раз в жизни не опускается на лапы…
Он остановился в рассуждениях и скрупулёзно забегал глазами по странице, не замечая, как пальцами правой руки касается своих губ.
— Где же этот абзац? Вот. Вот и он. Сиадалы, — прочел магистр Туамон первое слово в предложении. — Это преступный синдикат, существовавший еще до времен возникновения Вольных Городов. Древнейшая каста убийц, скрывающаяся от всего мира… Так-так. Вот здесь. Сиадалы обладали уникальной особенностью. Процессы, происходящие в организме сиадала, обладают способностью регенерации всего организма…
— Это значит… — не выдержал Санли Орегх, перебив возбужденным голосом старейшину.
— Нет-нет. Единственным способом убить сиадала является отсечение головы. В этом случае особенность организма заживлять собственные раны не сработает. После убийства данной особи тело необходимо предать огню, а останки распылить в разных концах света.
Старейшина с удовлетворением поднял голову от книги и с нетерпением упрятал замерзшие руки в рукава своей мантии.
— Значит, убийцу подослал кто-то, кто имеет связь с этими… сиадалами.
— И это, как вы понимаете, не случайность, Ваше Величество. Сиадал просто так не выйдет из укрытия. Если мы оглянемся на их историю, то четко уловим одну-единственную суть — эта раса на грани истребления. Господин Рихард, прошу вас, подайте мне те рукописи, что лежат позади вас. Осторожно, прошу. Они живут множество веков и очень ветхи. Благодарю.
Советник взял свиток в руку, но не развернул его.
— Все утро я провел в императорской библиотеке, где собраны вековые записи и все книги от начала времен существования человечества на Неймерии. Мне удалось найти древнейшие записки Силарда Йонгрофа. Это один из первых ученых на континенте. В них говорится, что сиадалы прежде были людьми, однако в былые времена желание познать магию любой ценой побеждало разум. Поэтому некий Сиадал Зубачес однажды убил эльфийского мага и испробовал его крови. Так. Сейчас. Сейчас.
Руки старейшины дрожали пуще обычного, когда он развернул пергамент и принялся читать.
— Испробовав магической эльфийской крови, Сиадал Зубачес потерял сознание и покинул свое тело на целый сезон Затухания, оставив сердцебиение и дыхание вместо собственной души. Очнувшись через девяносто дней весь в поту и пораженный жаром, он потребовал еды и питья. Сколько бы продовольствия ему ни приносили во благо эксперимента и будущего Неймерии, ничего не могло утолить его измученное нутро. Тогда один из моих учеников, Тофаро Слими, поделился идеей дать убийце еще эльфийской крови. Добровольца мы нашли в лице супруги убитого эльфа, пообещав той взамен ее жертвы выдать Сиадала Зубачеса в ее личное распоряжение под строжайшим запретом пыток и мучительной смерти. К нашему величайшему удивлению, кровь эльфийки придала Зубачесу сил. Но утолив жажду из этого доселе неведомого источника, Сиадал сумел разорвать железные цепи и вырвался на свободу… Так. Так. Вот здесь. Угу. Угу. Преступника отыскать мы не сумели, потому как он выпрыгнул прямо в окно с гибельной для любого живого существа высоты, но быстро вскочил на ноги и умчался прочь. Однако укушенный Зубачесом при побеге мой ученик Тофаро Слими, по иронии судьбы и предложивший средство, дающее подопытному нечеловеческих сил, тоже впал в беспамятство, но теперь уже на девяносто один день, и очнулся также чудовищем во плоти.
Затем старейшина аккуратно развернул следующий свиток.
— Мы ставили различные эксперименты, узнав из них о необычайной силе и ловкости сиадалов, названных так в честь первого потерпевшего от эльфийской крови. Узнав о сверхспособностях потерпевших, наш величайший владыка Генор Уйлетан, пусть славится имя его в веках, отдал приказ истребить всех сущностей подобного рода с лица Неймерии и назначил высочайшую награду за голову каждой подобной особи, удостоверившись при этом, что отсечение головы непременно навсегда лишит жизни окаянных. — Старейшина откашлялся и затянул свои собственные слова. — Как вы понимаете, Ваше Величество, гонение нелюдей по всему северу Неймерии и травля вновь открывшегося вида заставила сиадалов уйти в неизвестном направлении. Но есть у меня подозрение, что Зубачес умер собственной смертью, потому как его головы так никто и не принес.
— Господин Туамон. Из всей этой истории я поняла, что идей, после частичного установления личности убийцы, о том, кто истинный заказчик у вас, как и у нас так и не появилось, верно?
— Верно, Ваше Величество. Все верно. Однако я взял на себя ответственность продолжить эксперименты, описанные в древних манускриптах.
Санли Орегх подхватил удивленный взгляд королевы.
— И позволил себе соединить плоть сиадала с его головой в надежде установить, способен ли и в этом случае организм существа регенерировать, — погруженный в собственные слова изъяснялся магистр Туамон.
— И что?
— Мне удалось оживить убийцу, и сейчас он находится в заточении… — Старейшина склонил голову. — Теперь является возможным устроить существу допрос и выяснить имя того, кто желает вам смерти.
Сердце королевы забилось, а руки покрылись холодным потом. Она не понимала, порадовало ли ее известие о воскрешении убийцы или напугало.