Михаил Леднев – Древний мир / Код ушедших: Книга вторая. Принцип неопределённости (страница 13)

Мысли прервало почти бесшумное появление Ханумана. Капуцин не материализовался с фанфарами – он просто оказался сидящим на сундуке с инструментами, как будто был там всю ночь. В его лапах был свежий, сочный плод какого-то незнакомого фрукта, а на морде – выражение делового интереса.

– Ну что, двуногий? Спрятался от своих хозяев?

– Они не мои хозяева, – отрезал Виктор, садясь. Каждый мускул ныл, но слабость отступала. – И да, спрятался. Временно. Что с лагерем?

– Скучно, – Хануман откусил кусок фрукта. – Сидят. Жгут костёр. Один ходит с палкой, которая пищит, но не находит ничего интересного. Скучают. Возможно, скоро уйдут.

– Возможно, – недоверчиво повторил Виктор. Консорциум не был организацией, которая «скучает». Они ждали. Либо сигнала с более мощных сканеров, либо… пока заражение не проявится сильнее в ком-то из носителей. – Ты отлично справился. Теперь моя очередь.

Он поднялся и подошёл к рабочему столу, разбудив на ходу Лоренца. Пора было платить по счёту.

Идея короны родилась из комбинации прагматизма и театральности. Простая блестящая безделушка не впечатлила бы капуцина надолго. Ему нужно было нечто, что подчёркивало бы его статус и могущество. И Виктор решил дать ему… его собственное могущество, но в материальной форме.

Он взял лучшие обломки сплава Консорциума – лёгкие, прочные, с красивым матово-серым отливом. С помощью вибрационного отбойника, работающего на минимальной мощности, и абразивных кристаллов Земли он начал придавать им форму. Это была не ювелирная работа, но его навык Грубой инженерии (5) и новообретённые основы Кристаллографии (1) позволяли добиться приемлемого результата.

Основой короны стал гибкий обруч из трёх переплетённых металлических полос. К нему крепились семь «шипов» – не просто декоративных, а представляющих собой миниатюрные антенны, слабо настроенные на фракцию Воздуха. Без источника энергии они были бесполезны, но вибрировали на едва уловимом уровне, создавая вокруг носящего лёгкий, неуловимый ореол искажённого восприятия – муаровый узор для чувствительных органов. Для обычного глаза это выглядело бы как рябь в воздухе вокруг короны, иллюзия неуловимости.

На главном, центральном шипе Виктор закрепил крошечный, но яркий фракционный кристалл Огня, заключённый в решётку из того же свинца, что и его амулеты. Он не давал энергии, но медленно тлел изнутри, как уголь, давая красноватое мерцание.

– Эффектно, – проворчал Лоренц, наблюдая за работой. – Но зачем такие сложности? Он же просто обезьяна.

– Он – существо с врождённой магией иллюзий, – не отрываясь от работы, ответил Виктор. – Эта корона будет усиливать его природные способности, хоть и минимально. Антенны создадут фоновый шум, который он, возможно, научится модулировать. А главное… – он закончил пайку последнего шипа, – она даст ему то, что он хочет: власть, блеск и чувство превосходства. И он будет обязан нам за инструмент, который увеличивает его силу. Это не подарок. Это инвестиция.

Последним штрихом стала внутренняя отделка. Лоренц, по просьбе Виктора, выжег на внутренней стороне обруча простейший глиф комфорта – чтобы металл не натирал и не перегревался. И глиф прочности, чтобы творение не развалилось при первой же драке.

К полудню корона была готова. Она лежала на столе, с виду – грубоватый, но внушительный аксессуар в стиле «постапокалиптический шаман». Шипы торчали под разными углами, кристалл тлел, а сам металл отливал холодным, матовым блеском.

Виктор взял её и повернулся к Хануману. Капуцин давно перестал делать вид, что ему неинтересно. Он сидел, не сводя глаз с процесса, и теперь его взгляд был полон жадного любопытства.

– Договор есть договор, – сказал Виктор, протягивая корону. – Корона для царя. С шипами. И с искрой внутри.

Хануман медленно, с неожиданной торжественностью, принял её. Он повертел в лапах, примерил на голову. Корона села идеально. И тут же произошло нечто: воздух вокруг его головы действительно задрожал, как над раскалённым камнем. Его и без того неуловимый силуэт стал ещё более размытым, нечётким. Кристалл Огня отразился в его чёрных глазах, зажёг в них новые огоньки.

– О-хо-хо… – протянул капуцин, и в его голосе прозвучала неподдельная, почти детская радость. – Чувствуется… сила. Лёгкость. Блеск! – Он вскочил и принялся скакать по пещере, его тень отбрасывала причудливые, искажённые тени на стены. – Теперь царь – настоящий царь!

Лоренц смотрел на это с лёгким недоумением, но Виктор был доволен. Эффект превзошёл ожидания. Корона не просто украшала – она влияла на магию носителя. Хануман, сам того не осознавая, уже учился взаимодействовать с созданными антеннами.

Прыжки закончились так же внезапно, как и начались. Хануман замер перед Виктором, и его выражение стало серьёзным, почти деловым.

– Хороший подарок, двуногий. Лучший из тех, что у царя были. Поэтому… – он вытащил из-за щеки смятый, но целый листок плотной бумаги и бросил его на стол. – Взял у тех синих плащей. Из их книги.

Виктор развернул листок. Это была не бумага, а тонкий пластик. На нём был нанесён схематичный чертёж и записи на языке Консорциума. Лоренц, заглянув через плечо, ахнул.

– Это… карта? Схема местности?

– И не только, – проборматал Виктор, вглядываясь. Он узнавал контуры. Северо-восточный лес. Их Укрытие (помечено как «Аномальная зона 7, низкий риск»). Чаша Молчания («Объект «Печать», статус: стабильный»). И… прямоугольник в стороне от основных дорог, ближе к горам. «Объект «Альфа-6». Статус: карантин. Доступ: ограничен, только для групп «Дезинтегратор»».

Рядом с прямоугольником мелким шрифтом были пометки: «Периметр: активные сенсоры движения, фракционные барьеры (тип «Металл/Поглощение»). Внутреннее строение: предположительно 3 уровня. Цель: ликвидация аномального ядра (Стабилизатор «Дельта»). Риск: фракционное заражение персонала (отмечены случаи неконтролируемой кристаллизации). Приоритет: сдерживание. Решение о штурме отложено до получения протокола «Клеймо».

«Протокол «Клеймо». – Виктор запомнил этот термин. – «Дезинтегратор». Группы специального назначения для работы внутри заражённых зон.

Хануман не принёс просто безделушку. Он принёс план. Пусть и устаревший, пусть и неполный. Он принёс слабости врага. Их страхи. Их нерешительность.

– Они боятся своего же детища, – констатировал Лоренц. – Не могут уничтожить, боятся заходить.

– И это делает «Альфа-6» идеальной мишенью для нас, – сказал Виктор. – Они не будут его защищать в полную силу. Они его сдерживают. Значит, внутри может быть… пусто. Или почти пусто. Только автоматические системы и, возможно, то самое ядро.

– Ты хочешь туда проникнуть? – Лоренц посмотрел на него как на безумца. – С твоим состоянием? С нашими силами?

– Не сейчас. Не завтра. Но когда-нибудь – да. И для этого нам нужен не щит, – Виктор положил ладонь на грудь, где под тканью пульсировал амулет. – Нам нужно оружие. И транспорт. Чтобы подойти быстро, обойти их сенсоры, проникнуть внутрь и… либо забрать ядро, либо перезапустить стабилизатор, либо взорвать всё к чертям.

Его взгляд упал на эскиз «Плота» – летающей доски. Он перестал быть просто средством передвижения. Он стал инструментом для специальной операции. Нужны были кристаллы Воздуха. Нужна была точная оптика. И, что самое главное, нужна была база, где можно было всё это разрабатывать и тестировать без угрозы быть обнаруженным. «Анклав» из далёкой мечты превращался в насущную необходимость.

– Хануман, – обратился Виктор к капуцину, который тем временем любовался своим отражением в полированной поверхности щита. – Корона – это первый платёж. Ты хочешь апельсиновый сад? Чтобы такие фрукты росли у тебя всегда?

Хануман медленно повернул голову.

– Конечно хочет.

– Тогда нам нужно место. Безопасное. Большое. Где можно выращивать деревья, строить, ковать. Место, которое будет нашим. Ты знаешь такие места? Не просто пещеру. Что-то… с историей. С каменными стенами. Может, старую крепость? Заброшенную усадьбу? Руины повыше в горах?

Капуцин почесал за ухом, сдвинув корону.

– Руины… есть. Далеко. Над лесом, где орлы гнездятся. Камни старые, не твои и не тех, в синих плащах. Там… тихо. И высоко. И ветер свистит в дырах. – Он помолчал. – И там растут дикие яблони. Почти как апельсины, только кислые.

Горная крепость. Высоко. Отдалённо. С естественными укреплениями. И с источником пищи. Звучало… идеально.

– Покажи нам дорогу, когда будем готовы, – сказал Виктор. – И сад будет. Не один.

– Сначала сад, потом дорога, – с обезьяньей логикой парировал Хануман. – Царь не ведёт к пустому месту.

Виктор усмехнулся.

– Договорились. Начнём с пары деревьев у входа в Укрытие. Как символ.

Так, посреди заражённого леса, между инженером и капуцином был заключён новый договор. Не просто о выживании или развлечении. О строительстве. О будущем. Корона была лишь первым кирпичом в фундаменте их странного союза. А следующим шагом будет не поиск укрытия, а закладка крепости.

Но перед этим Виктору нужно было решить ещё одну проблему. Его собственное тело было теперь полем битвы. И если он хотел выиграть войну, ему нужно было не просто заглушить симптомы, а найти способ вычистить врага изнутри. Или… подчинить его себе.

Он посмотрел на свои руки. В них была не только сила инженера. В них был «Откат». Уникальная способность перезапускать реальность. Возможно, пришло время использовать её не для побега от неудачи, а для… внутренней перезагрузки. Рискованно. Безумно. Но что в этом мире было иным?