Михаил Леднев – АСТАР-ПРИМА СТРАЖИ МИРОВ ВРАТА БЕСКОНЕЧНОСТИ (страница 6)
Где-то впереди, там, куда они летели, полыхнуло багровым. Пустота содрогнулась, по фиолетовому пузырю побежали ряби – будто по воде бросили камень.
– Что это? – Кант впервые заговорил. Одно слово, но все поняли: это вопрос, и вопрос серьёзный.
Лоренц уставился на свои приборы. Кристаллы на поясе вспыхивали красным.
– Нестабильность, – выдохнул он. – Кто-то пытается заблокировать врата. Демон. Он знает, что мы идём.
– Сильно знает? – уточнил Хануман, пряча апельсин обратно в карман.
– Достаточно, чтобы попытаться нас убить.
В следующую секунду пузырь тряхнуло так, что Лоренц выронил блокнот. Страницы разлетелись в пустоте, закружились вокруг, как белые птицы.
– Мой блокнот! – заорал он. – Там расчёты! Там теория! Там…
Договорить не успел.
Пустота вокруг них взорвалась.
Из ниоткуда – или из везде? – попёрли твари.
Виктор не сразу понял, что это. Просто тьма вдруг стала плотнее, обрела форму, плоть, зубы. Огромные, размером с автобус, чудовища с телами из чёрного дыма и пастями, полными рядов акульих зубов. Они вываливались из пустоты десятками, окружая фиолетовый пузырь со всех сторон.
– ТЕНЕВЫЕ ГОНЧИЕ! – закричала Тень. В её голосе впервые за долгое время мелькнул страх. – ОНИ ЧУЮТ ЖИВОЕ!
– Откуда они здесь? – Виктор уже вскинул руки, магия закипала в ладонях.
– ОНИ ЖИВУТ В МЕЖДУМИРЬЕ! ПИТАЮТСЯ ПУТЕШЕСТВЕННИКАМИ!
– Приятного аппетита, – Хануман вжался в спину Канта. – Только не нами!
Первая гончая ударила в пузырь.
Удар был такой силы, что Виктор пошатнулся – мысленно, потому что тела он всё ещё не чувствовал до конца. Пузырь прогнулся, но выдержал.
– Держу! – крикнул он. – Но долго не продержу!
– Сколько? – Тень уже вытаскивала клинки – теневые, такие же чёрные, как враги.
– Минуту! Может, две!
– Мало.
Вторая гончая ударила с другой стороны. Третья – снизу. Четвёртая, пятая, десятая – они налетали со всех сторон, вгрызаясь в магическую защиту, раздирая её когтями.
– Они прогрызут! – Лоренц вцепился в Канта. – Они прогрызут пузырь, и мы вывалимся в междумирье! Без защиты! Без…
– Лоренц, – перебил Кант. Голос спокойный, как скала. – Помолчи.
Лоренц заткнулся.
– Виктор, – Тень шагнула к краю пузыря. – Открой проход. Я выйду.
– С ума сошла?!
– Я – тень. Я могу драться с ними в их стихии.
– Ты погибнешь!
– Я – конструкт. Меня можно восстановить.
– НЕТ! – рявкнул Виктор так, что пузырь вздрогнул. – Никто никуда не выходит. Держимся вместе. Кант, готовь молот. Лоренц, ищи слабость. Хануман…
– Я уже придумал! – Хануман вылез из-за спины Канта. В руках у него был апельсин. Один. Самый большой, какой только нашёлся.
– Ты собрался кормить их апельсинами? – осведомился Лоренц.
– Я собрался их отвлекать! – Хануман зажмурился, сосредоточился.
И гончие замерли.
Все разом.
Они смотрели на Ханумана. Вернее – на то, что он создал.
Над его головой висело солнце.
Не настоящее, конечно. Иллюзия. Но какая! Яркое, слепящее, золотое – шар чистого света, разгоняющего тьму междумирья. Гончии зашипели, заворочались, закрывая морды лапами. Свет жег их, плавил дымные тела, обращал в ничто.
– ОНИ БОЯТСЯ СВЕТА! – заорал Лоренц. – ОНИ ЖИВУТ В ТЬМЕ! ХАНУМАН, ТЫ ГЕНИЙ!
– Я знаю! – Хануман сиял ярче своей иллюзии. – Держитесь, сейчас я их…
Он не договорил.
Потому что из глубины междумирья пришло ОНО.
То, что было больше, чем гончие. То, от чего даже тьма съёживалась.
Демон.
Не тот, которого они победили в сердце звезды. Другой. Старше. Злее. Он не имел формы – просто сгусток черноты, в котором угадывались очертания пасти, когтей, глаз. Много глаз. Все они смотрели на Ханумана.
– Маленькая обезьянка играет со светом, – голос демона звучал прямо в головах. – Маленькая обезьянка умрёт первой.
– Я не обезьянка! – Хануман побледнел под шерстью. – Я капуцин! Это вид! Мы почти люди!
Демон засмеялся. От этого смеха пузырь пошёл трещинами.
– Виктор! – крикнула Тень.
– Вижу!
Виктор ударил.
Он вложил в удар всё – огонь, лёд, молнии, саму суть своей силы. Фиолетовый луч пронзил пустоту, врезался в демона… и прошёл насквозь.
– Бесполезно, – прошептал Лоренц. – Он бесплотен здесь. Это его стихия. Надо выманить его в реальный мир.
– Как?
– Я открою врата прямо сейчас! – Виктор уже плел заклинание. – Рискнём! Ворвёмся в Эртейн с разгону!
– А если врата откроются не туда?
– Тогда мы умрём. – Виктор посмотрел на команду. – Но здесь мы умрём точно. Выбирайте.
– Я выбираю жизнь! – Хануман подпрыгнул, создавая ещё одно солнце – поменьше, но ярче. – Открывай!
Виктор рванул реальность.
Буквально.
Он вцепился в ткань междумирья обеими руками – магическими, конечно – и рванул в стороны, раздирая пространство, как гнилую ткань. Где-то там, за пределами пустоты, ждал Эртейн. Ждал и звал.
– ИДЁМ! – заорал Виктор.
Пузырь лопнул.