Михаил Кокорин – Перунова роса. Реконструкция истории России (страница 9)

Германия как проект США никогда не будет жить правдой, не переняв пример ГДР, за мохнатой рукой с мягкой шерстью ее руководства прячутся когти все того же диавола, адептом которого был Гитлер. А русские никогда не будут жить диаволом. Мы представители разных миров и царств. Не партнеры, а противники на подсознательном мировоззренческом уровне с исторических времен.

Об этом нельзя забывать. У нас нет своей дорожной карты. Оттого так хреново и обреченно живем. У любого самоорганизованного народа таковая имеется. Примером тому евреи – снимем шляпу перед ними. Пусть шляпы ныне не в моде. Они живут не по моде, а сами по себе. И это дорогого стоит.

Хазарские купцы выбирали тот способ на пути к господству, в котором достигали своих целей. Окружение императора Романа I Лакапина как раз просчитывало вероятные угрозы в своей внутренней политике по мере усиления различных внешних вызовов и пыталось на них реагировать в соответствии со своей дорожной картой. Хазарская община разрасталась, имела свою автономию от местных властей, накапливала богатства, не делясь с казной, не спеша вливаться в ромейское общество, оберегая свою идентичность и самоуправление.

Несмотря на профессиональное мнение историка В.Е. Шамбарова, положительно оценивающего правление представителя армянской царствующей династии, можно склониться к тому, что Роман Лакапин был еще тот самодур. Его внутренняя политика привела к обострению отношений с Хазарией, такой же империей, владевшей многими землями и народами и управляемой монархом, равным ромейскому царю. Хазарский каган Иосиф в ответ на притеснения хазар и разрушение синагог разрушил храмы, убил священников[20], расправился с ромейской общиной, причем жестоко, уничтожив «многих необрезанных»[21], что вызвало гнев императора, вылившийся в локальные столкновения на религиозной почве.

Словом – столкнулись два самодостаточных правителя; кто из них круче, следует крепко подумать. Ромейский убоялся идти на хазарского, увеличил закупки зерна и прочих припасов на случай войны, дал печенегам отмашку не чинить препятствий его торгу с Киевом. От похода на Хазарию для спасения своей общины уклонился, избрал привычный для ромеев вариант склонить киевского князя Олега (уже не Вещего) померяться силами с хазарами. Для заключения военного союза в Киев прибыли императорские послы, убеждали принять их предложение, вручили богатые дары и обещали свою военную поддержку.

Князь не спросил себя, почему ромеи, находясь в ссоре, сами воевать Итиль не хотят, подставляют его. Может, и спросил бы, значения не придал, поскольку хазары находились еще в большей ссоре с самой Русью из-за постоянных набегов за полонами.

Князь собрал совет воевод, на котором объявил:

– Пойду на хазар. По прямой до Итиля недалече. Силами киевской дружины и воев из городов победу справим, ромеи вместе с нами пойдут.

Против похода выступил настоятель киевского святилища Православ – волхв по обычаям славяно-русов благословлял дружину на военные походы.

Здесь следует дать историческую справку о его появлении на совете. Ни одна держава не жила без своего духовного сопровождения. На Руси таким сопровождением до смены прежней духовности были волхвы, как носители знаний о законе и обычае, в соответствии с которыми выстраивался наряд и образ жизни славяно-русов. В городе Асконе на острове Рюген в Балтийском море располагалось святилище Верховного бога Святовита, наиболее точно отражающего его космическую сущность даже на современном русском языке – белый свет, в современной научной транскрипции – эфир. Из-за постоянного давления готов (германцев) островитяне вместе с жителями прибалтийского побережья в поисках более безопасной земли для проживания их родов отошли на восток, осели на реке, известной как Волхов, поставили новый город вместо Асконы, вошедший в историю как Великий Новгород.

Историки почему-то умалчивают о том, что покидая под давлением германцев балтийское побережье и остров Рюген, славяно-русы не могли бросить святилище Верховного бога Святовита, его сборники летописей, предметы культа. Безусловно, что-то досталось Ватикану, но основное привезено в Новгород и испеплено во времена войны с Законом и обычаем славяно-русов или выкрадено.

Есть разные версии о происхождении Волхова, Новгорода и новгородской земли, называемой в летописи Русской. Для закрепления именно этих имен нужен существенный исторический повод и исторические события, каковым и стало постепенное переселение большого народа, почитавшего Верховного бога Святовита и отвечавшего за содержание и сбережение его главного святилища на острове Рюген, народа известного как руны, руги, русы, росы. До их прихода эта земля называлась словенской, поскольку на ней обитали славяне – словене со своим княжением.

Вслед за ними пришел Рюрик с варяжской дружиной. Всех прибывших вместе со словенами летопись называет новгородцами, а землю поселения – Русской[22]. К появлению и происхождению варягов нужно относиться без ревности. Обычные наемники, ничем не отличавшиеся от хазарских наемников – туркмен и других мусульман, составлявших самую боеспособную часть хазарской армии. В сложный период выживания рюгенские русы наняли крещеных варягов в качестве наемной военной силы.

Историк А.В. Гудзь-Марков верно подметил: «Варяги немало послужили Руси в 9-11 вв., но роль их стояла в общем ряду с ролью приглашенных в 9-12 вв. польских и венегреских отрядов, служивших орудием в спорах князей» (Домонгольская Русь в летописных сводах 5-13 вв.).

Туркмены вошли в историю под своим этническим именем. В отличие от них, наемников хазарской армии, варяги впоследствии выступили в качестве духовного сословия, пришедшего на смену волхвов. Они открывали монастыри, участвовали в составлении начальных летописей. Варяги за труды свои праведные отнесли себя к славянам и русам, дав себе сразу три имени: варяги, славяне и русы, чтобы наверняка застолбиться на русской земле в качестве ее основателей, что свидетельствует об их высоком положении в системе киевской власти. Неслучайно одним из основателей русской земли записан варяг Рюрик с братьями, пришедшими на новгородскую землю: «И от тех варягов прозвалась Русская земля».

Однако многочисленным и ведущим народом на этой земле были русы, восстановившие Аскону и Верховное святилище Святовита на новгородской земле. Они дали ей свое название. Православ как раз прошел обучение в их духовном училище, прибыл в Киев из Новгорода. Был молод, муж ратный, посвящен в перуновы воины; крепок, костист, высок – хоть самого поставь в молодую дружину. Киевская дружина такого волхва приняла, к нему прислушивалась.

В жизни люди чаще всего ведут себя, будто спички в коробке: укладываются друг к другу головка к головке, чего не скажешь о Православе. Он не вкладывался в привычную жизнь, сложившуюся при преемнике Вещего Олега: по-иному мыслил, по-иному вел себя, всякую мысль пропускал через себя, прежде чем слово молвить. Как раз на военном совете у него произошел конфликт с Олегом, ожидавшем одобрения молодым волхвом его похода на хазар, – Православ его не одобрил:

– Ты, князь, согласился выступить первым. Император не спешит объявлять хазарам войну. Непознаевши замысла принял его условия. Почнешь войну с хазарами один – Киев недолго потерять. Какая выгода в таком походе? Ромеи сами воевать не хотят, тебя подставляют, убедятся в хазарской силе, бросят и забудут. У нас без хазар есть что ладить. Союзные земли сами собой живут, воевать за императора не пойдут или пойдут без желания. Еси хазары или печенеги на Киев нападут, выхода нет, придут на помощь. Никому не хочется положить животы за ромеев, враждебных не меньше, чем хазары. Пусть они меж собой бранятся, а ты будь в стороне от них. Ныне от хазар угрозы войны нет – занимайся своей землей. Не благословлю твой поход.

По традиции, чтобы участники совета могли определиться в своем мнении, Православ говорил вторым после князя. Его слову участники совета изумились, да и прислушались. На Руси почитали как князя, так и волхва – святителя, как называли по жизни. От его слова зависело, выступит или не выступит дружина в поход. Его слово почиталось за благословение Перуна, защитника русского воинства.

Повторимся: волхвы воспринимались иначе, чем прочие служители, как прошлого, так и настоящего, что нашло отражение в Новом Завете в сообщении о рождении Спасителя, о чем узнали как раз от волхвов; да и в летописном рассказе о смерти Вещего Олега сделана ссылка на предсказания волхвов, совпавшие с ее трагическими обстоятельствами. Это были особые люди, известными им тайными путями получавшие знания из космоса чего ожидать, что нам ныне неведомо.

После выступления Православа участники совета разошлись в решении о походе на хазар. Кто-то поддержал князя, намеревавшегося заключить военный союз с Царьградом на его условиях. Но и Православ не остался в одиночестве: совет склонился не в пользу князя. Выступая супротив воли волхва, князь в случае неудачного похода воспринимался вестником беды, не прислушался к слову вещего человека.

Выслушав совет, Олег отложил заседание для дополнительных переговоров с ромейскими послами, чтобы обсудить возможность менее масштабного участия его дружины в предстоящем походе: