Михаил Кан – Хроники будущего (страница 15)

Он отмахнулся и в этот раз. Я занял правое кресло второго пилота рядом с Гарри. Майк поднялся на борт следом и прогремел ботинками в сторону спасательного отсека.

Я включил внутреннюю связь, дождался ответного сигнала от своего напарника и щёлкнул клавишей общей связи.

— Майк, приём.

— Майк у аппарата.

— Ха-ха, смешно. Борт?

— Норма.

— Электроника?

— Норма.

— Каналы управления?

— Основной, резервный, механический — норма.

— Питание?

— Сто процентов. Резерв девяносто восемь.

Я посмотрел на него.

— Почему не сто?

— Потому что девяносто восемь.

— Спасибо.

— Не за что.

Наверное, за это я и любил с ним летать. Когда вокруг начинали кричать, Майк становился ещё спокойнее. Он никогда не говорил «всё будет хорошо». Он говорил: «Температура в норме», «до земли сто восемьдесят метров», «у нас три минуты».

Его «циферная» манера общения странным образом успокаивала.

Мы поднялись в 06:51.

***

Сверху город выглядел совершенно здоровым — я всегда удивлялся этому.

На земле хватало одной перевёрнутой машины, чтобы картина мира для обывателя неузнаваемо преобразилась. С высоты полёта всё было иначе. Чтобы увидеть бедствие отсюда, оно должно было вырасти до размеров целого квартала.

Мы набрали пятьсот метров и ушли на юг.

Диспетчер говорил чётко, вбивая в голову информацию гвоздик за гвоздиком:

— Семнадцатый, подтверждаю: авария на ЮТУ-4. Столкновение грузовых платформ на нижнем уровне. Повреждение распределительной секции. Автоматика закрыла три тоннеля. Есть заблокированные люди.

— Сколько?

Пауза.

— Оцениваем.

— Пожар?

— Локальный.

Мы с Майком переглянулись — если диспетчер говорил «локальный», значит, горело прилично.

— Что с системой отключения? — спросил я.

— Работает.

— Тогда почему питание не снято?

Снова пауза.

— Разбираются.

Это плохо.

Внизу проплывали жилые кварталы. На нескольких перекрёстках стояли беспилотные автобусы — ровными рядами, как брошенные игрушки.

— Видишь? — спросил я.

— Да.

— Почему стоят?

Майк вывел транспортную сеть на боковой экран.

Красные линии быстро расползались от южного узла.

— Центральная система выводит транспорт из энергетического контура.

Через несколько секунд он добавил:

— Есть основания считать, что система работает корректно.

«Есть основания»… Меня резануло выражение. Кто так вообще выражается?

— Майк, а можно по-человечески! Я же не с роботом тут разговариваю!

— Нашёл время придираться, — глухо буркнул Майк. — Я говорю, что система работает штатно. Не вижу, в чём может быть проблема.

В наушниках треснул голос диспетчера:

— Семнадцатый, обновление. Возможен каскадный сбой распределительных блоков.

— Что это значит? — Вопрос был адресован уже диспетчеру. Что за манера разговаривать со мной на «птичьем» языке?

— Мощность с повреждённого сектора должна была уйти на резервный контур. Резервный контур её вернул.

— Почему?

— Не знаем.

Я задумался. Майк сориентировался быстрее: открыл на своём табе схему энергосети и принялся скроллить её по секциям.

— Они друг друга видят как резерв.

— Кто?

— Секции. Если повреждённая считает исправную аварийной, а исправная считает повреждённую аварийной, обе будут пытаться сбросить нагрузку друг на друга.

— До тех пор пока?

Он посмотрел на меня.

— Пока что-нибудь не перегорит.

Почти сразу впереди вспыхнуло.

Белая линия пробежала вдоль земли на несколько сотен метров. Всполох было видно даже сквозь облака.