Михаил Игнатов – Перековка. Перевернутое Небо (страница 10)
— Далеко. Пусть, — отыскав восприятием описанную мне беседку, указал. — Туда.
Через вдох мы все уже были в воздухе. Самума подхватил под руку Карай. Его летающего меча, который так много значил для нас обоих, отыскать не удалось. Видимо, как и прочее, оказалось среди мусора. Даже мечи сейчас они сжимали те, что раньше принадлежали големам или слугам.
Больше всего я сейчас переживал о том, что охрана земель Древних не может быть возложена только на големов. Что в Миражном, что в Тысяче Этажей поместья Древних, улицы, залы, кварталы и этажи были накрыты ещё и формациями, и Массивами.
Кто сказал, что Массив Пути, к которому мы спешим, будет беззащитен?
Мы и впрямь перелетели полное зелени и воды ущелье, опустились в ста шагах от беседки, под крышей которой и ждал нас Массив Пути.
— Ищите ловушки, — мрачно приказал я.
— Да, глава, — кивнул Карай и шагнул вперёд, напряжённо вглядываясь перед собой.
— Здесь нет ловушек, господин, — торопливо склонился в поклоне Риван.
— Это замечательно, — процедил я, а собратья, вглядывающиеся перед собой, даже не повернули к нему головы.
Но это и правда оказалось так. Мы добрались до беседки, и Карай тут же сообщил:
— Всё пространство внутри занято очень сложным Массивом. Да, очень похож на Массив Пути.
— Похож, — усмехнулся Риван. — Ваши новые слуги не очень хороши, господин.
— Ты подозрительно повеселел, Риван, — с угрозой сообщил я ему.
— Это веселье обречённого, господин, — ответил он мне. — Вы уходите, а я снова остаюсь в этой тюрьме, — скривившись, он ухватился за висок и простонал. — Простите за правду от этого слуги, господин.
Миг я глядел на его мучения, а затем рассёк печать над ним. Раз, другой, третий, едва она восстанавливалась.
— Ох! — выпрямился, вытирая испарину, Риван. — Спасибо, господин, за вашу милость.
Я молча шагнул вперёд. Удивительно, но почти все мои вещи отыскались в первых двух кольцах, что я получил от слуг. Самые важные для меня вещи. Обломки моего первого, памятного мне Пронзателя и Верного, картина с Файварой и Толой, чайный набор и, что было главнее всего сейчас, перстень дракона.
Его я и надел сейчас на левую руку.
В воздухе тут же протаяли серебряные надписи, среди которых взгляд словно сам выхватил первую.
Зал Созерцания.
Я скрипнул зубами, ещё раз сжал правую руку, бередя рану, заставил список точек прибытия скользить, скрыв этот дарсов переход.
Но список оказался очень короток, буквально десяток именований, которые быстро пролетели перед глазами, вновь вынеся в центр Зал Созерцания.
Ни одного Павильона, тем более Южного и Ингредиентов.
Повелительный жест рукой с перстнем и короткая мысль-приказ:
—
И… ничего.
Я скрипнул зубами, повёл рукой, ещё раз, теперь выписывая перед собой приказ по буквам.
Разблокировать.
Ничего. Пустота. Ни единой новой строки, которая бы показала — мой приказ выполнен.
Переход в зал Южный Павильон Низших Ингредиентов.
Вновь ничего.
Переход в Исток.
Надпись передо мной дрогнула, изменилась, но облегчённый вздох застыл на губах, не успев с них сорваться.
Дарсово отродье.
— Глава? Вы что-то сказали? — шевельнулся за плечом Карай.
Я, пытаясь справиться с отчаянием, злостью и ненавистью, даже не повернул к нему головы, не толкнул мыслеречь, успокаивая. Меня бы кто успокоил. Заперты. Заперты в центре земель безумного духа.
Нам здесь что, всех големов перебить? Так мы справимся.
Но это не откроет нам выхода через Массивы Пути. Дарсов безумный дух оставил мне только несколько путей, только те, которые ведут меня туда, куда надо ему. К ритуалу, который не принесёт мне ничего хорошего, уверен.
Ну и что, что нет выхода, нам что, первый раз? Мы — искатели, лучшие искатели Империи. Мы проложим путь отсюда. Снесём все преграды на пути, всех големов, все ловушки и все препятствия.
Безумный дух мёртв, а значит, всем этим больше никто не управляет, никто больше не готовит засады и ловушки для идущих, а с наследием Древних мы справляться умеем.
— Глава? — вновь позвал меня Карай.
И утихшая было злость вспыхнула с утроенной силой.
Глава? Хорош глава, который мало того, что умеет меньше своих подчинённых, так ещё и раз за разом приводит их в ловушки. Прошлая ошибка обошлась во сколько?
«В девять мёртвых», — ответил я себе, погружаясь всё глубже в размышления.
Во сколько обошлась эта?
«Шестеро», — скрипнув зубами, сказал я.
Седой привёл ко мне Орден, чьи искатели были лучшими искателями Империи. Привёл, чтобы возродить Орден. И что я сделал? Уничтожил больше половины его искателей.
Слабак. Ничтожество. Твой отец был кузнецом. Что бы он сказал, видя, как ты пытаешься перековать этот Меч? Что так ты пережжёшь его, превратишь сталь в прах, а не возродишь. Разве можно возродить прах и пустоту?
Я делал что мог. Не моя вина, что безумный дух не принялся за меня первым.
А если бы даже и взялся первым? Ты бы сумел выкрутиться, не имея опыта смерти остальных? Не зная, что безумец попытается сделать с тобой?
Он бы объяснил.
Объяснил? Он? С чего бы, если бы ты был первым и самым никчёмным? Много ли он объяснил Ховалу?
Но я победил безумного духа и спас остальных собратьев.
Спас? О да, всего троих. Да и чтобы говорить — спас — нужно хотя бы вывести их отсюда.
Вывести… Вывести. Вывести отсюда собратьев любой ценой. Любой…
Я заскрипел зубами, сбросил с себя чью-то руку и вскинул правую ладонь. Рассечь воздух слева направо, провернуть ладонь, вниз и вновь вправо, вверх и влево, отдёрнуть руку и застыть.
Передо мной медленно гас серебряный сложный символ, и похожий, и непохожий на символ Древних. Я такого символа не знал, а значит, не мог его и…
Надпись портала мигнула, сменяясь.
В воздухе добавилось трёхзначное число, которое тут же на глазах начало уменьшаться.
— Да что с тобой такое, Леград! — дёрнул меня за плечо Самум.
Что со мной? Ничего хорошего. А уж от вопроса — с кем я сейчас спорил — с собой или не с собой, так и вовсе холодит и пальцы немеют. Почему «ты», а не «я»?
— Не сейчас, — отрезал я, впился взглядом в Ривана. — Ты знал, что внешние и внутренние переходы не связаны?
— Нет, господин. Вы никогда не делились таким с этим ничтожным слугой. Я лишь знаю, что для слуг их словно и не существует, этих внешних путей.