Михаил Гундарин – Рискованная прогулка (страница 26)
цветастый халат, обнажённую грудь…
Такова поэзии мерзость, её назначенье.
ВЛАДИМИР БУЕВ
Походя похоть
Явился к бабе без шампанского. Чего хотел?
Будь рад, что вообще впустила на порог.
Свою всю водку выпить возжелал — полный беспредел.
С боем на кухню отправлен — такой вот пролог.
Столетним дедам и без водки негоже цеплять
девиц помоложе, пусть им уже семьдесят пять.
Но если в атаку пошёл, то иди до конца,
иначе и в сто пятьдесят не увидишь венца.
Мелькание телека, стих из ума не идёт:
то рысью несётся, то встанет, то еле ползёт.
Зачем я явился сюда, позабыл — вот мученье.
А, впрочем, всё явственно осознаю.
Я грудям с халатом цветастым гимн с одой пою,
но орган сто лет, как забыл о своём назначенье.
МИХАИЛ ГУНДАРИН
Осеннее утро (похмельный сонет)
Неизвестному времени суток
Мы, как в юности, отдали долг.
Наша кровь, словно сказочный волк,
Из темницы выводит рассудок
Издыхая, несёт в промежуток
Между часом, чей бубен умолк,
И вечерним, звучащим, как шёлк,
Ох, не близким…. Теперь не до шуток!
Поднимайся с постели, дружок,
Делай кислого пива глоток,
Принимайся за дело по новой.
Ты, царевич, один, ты один,
Вбитый в сердце осиновый клин,
Шерсти клок на рубахе шелковой.
ВЛАДИМИР БУЕВ
Утро туманное
Вот читаю я Мишу, пытаясь
Вспоминать, где был сказочный волк,
Кто, рассудком чужим восхищаясь,
Из тюрьмы ум спасать ведал толк.
Но, наверно, в мальцовстве я сказки
Очень редко и плохо смотрел:
Смысла в куцых парнячьих отмазках
Про долги потому не узрел.
Поднимаясь с постели, дружок,
Мины кислой (мол, не новичок)
Не раскрашивай в краски лимона:
Мол, ты хан, падишах иль султан,
Или круче ещё — Дон Жуан,
Дескать, нужен гарем для гормона.
МИХАИЛ ГУНДАРИН
С работы
Хорошо говорить и плыть
По снежному и чужому,
Наматываясь, как нить,
В направлении к дому.
Этим вечером столько лет,
Как я трезв и в дороге,
Как витрина, ломаю свет,
Обиваю пороги.
Нужно вольную дать огням,
Чтоб о нас рассказали,
Догорев, побывали там,
Где мы будем едва ли.
ВЛАДИМИР БУЕВ