Михаил Гундарин – Рискованная прогулка (страница 28)

Я могу раздавать:

Снег годится к упадкам,

Дождь обязан летать.

А когда непонятно,

Дождь иль снег с мокротой,

Пусть и падают кратно,

И летают дугой.

Полумёртвому саду

Глубоко всё равно,

Дождь поёт серенаду

Или снег пьёт вино.

Календарь двери отпер —

Выпьем и запоём.

В сад всем выписан ордер.

Там быть лучше живьём.

МИХАИЛ ГУНДАРИН

Георгий Иванов

Как будто сбрасывают доски

С высокого грузовика.

Или на мелкие полоски

Рвёт равнодушная рука

Вверху полотнище тугое,

Невидимые паруса —

Так о печали и покое

Непоправимое такое

Твердит нам дальняя гроза.

ВЛАДИМИР БУЕВ

Георгий Иванов. Быть может,

Поэт он. Впрочем, да, поэт.

Сомнение, однако, гложет

На всех Георгиев предмет.

Победоносец — вот Георгий!

Пиши о нём стихи, поэт!

А не о тех, кто дальнозоркий,

кто супостатами согрет

и кто эстет-иноагент.

МИХАИЛ ГУНДАРИН

Карантин

Ноябрьским снегом, как пружина,

ещё зелёная трава

зажата в землю. Такова

одна из функций карантина.

Как будто капля парафина,

или собачья голова,

сползает по небу едва

луны поддельной половина.

Всё это так, посмертный бред…

И в нём, накинув капюшон,

курить выходишь на балкон,

и видишь — пьяница-сосед

случайной тени говорит,

что смерть нам только предстоит.

ВЛАДИМИР БУЕВ

Балкон

Я умер и при этом пьяный,

но голова моя светла.

Жаль только… выгорел дотла

мой мозг из-за дурных компаний.

Собачьи головы и мётлы

то ли с луны сползают, то ль

на конских шкурах трут мозоль

(хоть пьян мозг мёртвый, но расчётлив)

Стою я на балконе ада,

соображая, где котёл,

не понимая, в чём прикол?