Михаил Гундарин – Рискованная прогулка (страница 24)

ВЛАДИМИР БУЕВ

Хулинаньё

Когда к речному устью

Пришли гурьбой мы всей

Прославить чтоб искусство

Пустили в синь огней

И тут же всплыл из мрака

Бросая матюки

Суровый мент-макака

И мне разбил очки

В глазах полно осколков

Зрачки пронзают тьму

Толпа вокруг примолкла

Мне ясно почему

По куполу без ласки

Мне лупит этот мент

И баклажана краски

В глазах эквивалент

МИХАИЛ ГУНДАРИН

Незнайка на луне

В коммунистических, нервущихся

И шляпе с аццкими полями

(И это всё моё имущество),

Я там, над вами вверх ногами.

Что за нелепая утопия!

Но детство всякое нелепо,

Как насморк или плоскостопие —

Мороженое вместо хлеба.

Пускай бредово, но продуманный

В подробностях, до каждой спицы,

Давно поломанный, полуденный,

Вам этот мир всё так же снится.

ВЛАДИМИР БУЕВ

Незнайка просто спит

В бреду я или в грёзах сладостных,

Не знаю: в лапах я Морфея.

Но жить в отключке крайне радостно,

Над бренным миром гордо рея.

Я в шляпе с траурными перьями.

И не слетает шляпа эта,

Хоть головой я вниз. Поверьями

Я вею древними. Воспета

Душа поэта, как утопия,

Коль хлеба хочется с мороженым.

Но сон фантомен, он лишь копия

Реальности, на ноль помноженной.

МИХАИЛ ГУНДАРИН

Тренье слизистых, пенье медных,

Шелестение остальных.

Целый мир — от его победных

До его никаких —

Умещается между бедных,

Беглых гласных имён Твоих.

Здесь безумие, и паденье,

И любовь моя, и вина —

Просто звуков сосредоточенье,

Неудавшаяся тишина.

Нам оставлено только зренье,

Жизни судорожная волна.

Что же я всё хочу услышать

Предназначенное не мне?

Мир таится полночной мышью,

И в мучительной тишине,

Как оборванная афиша,

Бьётся небо в моём окне.