Михаил Гречанников – Сомниум (страница 61)

— Откуда тебе знать?!

— Потому что я лично прослежу за этим.

— Проследишь? — Катя истерически расхохоталась. — И что ты сделаешь? Что ты можешь с ними сделать? А?

Артур не ответил.

— Меня убьют. — Катя оставила опрокинутый бокал на постели, встала и заходила по комнате. — Убьют. Вывезут подальше и убьют.

— Прекрати, — сказал Артур.

И тут же паника отступила. То, как Артур это произнёс, было чем-то вроде приказа, повеления, и ослушаться его было нельзя. Здесь даже эмоции подчинялись Артуру.

— Как ты это сделал? — поразилась Катя.

— Здесь мой мир.

— Ты можешь контролировать даже мои чувства? Погоди, погоди... А вот это вот?

Она ткнула пальцем сперва в сторону постели, потом на себя.

— К сексу я тебя не подталкивал, — улыбнулся Артур. — Я не насильник. Я хотел тебя, ты хотела меня. Всё честно.

— Но сам секс...

— Сам секс — да. Тебе разве не понравилось?

Катя хотела возмутиться, дать ему пощёчину, наорать на него, но это желание быстро пропало.

— Прекрати гасить мои чувства, — нахмурилась она, догадавшись.

— Прекрати истерить. Тебе разве не понравилось?

— Я не должна тебе отвечать.

— А я не должен слушать твои истерики. Всё нормально. Я же сказал, что не дам им причинить тебе вред.

На этот раз возмущения, раздражения даже не появилось. Катя вздохнула и снова села на кровать.

— Но как ты им помешаешь?

— У меня есть парочка идей, — улыбнулся Артур.

Максим или не заметил никаких изменений, или не стал об этом говорить. Сразу после завершения работ Катю сопроводили в комнату и не беспокоили до ужина. В столовой она села одна и задумчиво жевала безвкусный рис, когда к её столику подошёл Богдан.

— Добрый вечер, Екатерина. Я не помешаю?

— Нет, конечно! Садитесь!

Сегодня он казался более напряжённым, чем обычно.

— Признаться, я несколько взволнован, — признался он. — Недавно вы меня спрашивали про сны...

Катя замерла, стиснув вилку в руке так, что пальцы побелели.

— Вы... Вы?..

Она хотела, но не осмеливалась сказать это вслух.

— Сегодня, — тихо сказал Богдан, — во время эксперимента у меня был очень необычный сон. И в этом сне был человек. Не просто человек, а один наш общий знакомый.

— Артур. — Катя утверждала, а не спрашивала.

— Да. Я знал, что вы тоже его видели! — Богдан оживился. — Вы хотели сказать мне об этом ещё в прошлый раз, но, видимо, испугались...

— Да, мне не хотелось выглядеть... ну, сумасшедшей.

— Я вас понимаю.

— Вы кому-нибудь ещё об этом говорили?

— Нет.

— Хорошо. Никому не рассказывайте. Никому! В особенности — охране и Максиму, но я думаю, что никому здесь говорить этого не стоит.

— Согласен.

— А теперь расскажите мне, что вы видели во сне? О чём вас говорил Артур?

— Он сказал мне быть готовым, — серьёзно ответил Богдан. — Готовым к большим переменам. Сказал, что скоро что-то случится, и я должен буду позаботиться о вас.

— Именно обо мне? — удивилась Катя.

— Да.

— А он не сказал, что именно должно случиться?

— Нет, — покачал головой Богдан. — Но я так понимаю, что он готовит побег. Не знаю, правда, это будет побег для всех или только для нас троих.

— Сомневаюсь, что для всех. — Катя вздохнула. — Эх, Артур... А он не сказал, где он? Почему его так долго не видно?

— Нет. Я спрашивал, но он ответил, что не может пока поделиться.

Люди вокруг уже доедали свой ужин. Увидев это, Катя поспешила проглотить рис с котлетой.

— Вы его видели в первый раз? — спросила она перед тем, как уйти.

— Да.

— И вы сразу поверили?

— Что вы имеете в виду?

— Я в первый раз не поверила. Засомневалась, конечно. У вас тогда вот хотела спросить. Но в целом — не поверила. И забыла потом. И только во второй раз поняла, что это не просто сон. А вы поверили сразу?

Богдан улыбнулся:

— К тому моменту, как мы прибыли сюда, я знал Артура уже несколько месяцев. И я знал, что могут сделать так называемые психоинженеры. Сомнения у меня, конечно, были, даже несмотря на реалистичность того сна. Однако... Вы знаете, я очень хочу надеяться на что-то лучшее. Настолько, что я готов поверить в сон. Ведь если не верить, то что у нас останется? Недолгая и безрадостная жизнь в этой тюрьме? Смерть в снегу?

— Вы его тоже спрашивали про исчезнувших людей?

— Да. Увы, я не смог обуздать свою тревогу.

— Но вы же человек. До свидания, Богдан.

Виталик вышел с завода, предвкушая вечерний поход в клуб. Друзья уже ждали его на месте. Заняв своё место в автобусе, он закрыл глаза и расслабился, представляя себе встречу с девушкой. В этот день у него было настроение на ту тонкую блондиночку... Возможно, они даже возьмут её для группового релакса вместе с друзьями. Если, конечно, девушка согласится. Виталик считал, что проституткам дано слишком много свобод. Люди должны делать своё дело и с радостью хвататься за любую подработку, а не воротить нос. Даже если нужно было обслужить четверых грязных мужиков, один из которых любил делать своим партнёрам больно во время секса.

Виталик мечтательно улыбнулся. Автобус выехал с территории завода и ехал по улицам, освещённым белым светом фонарей. Свет в салоне был выключен вплоть до первой остановки. Когда в салоне зажглись лампы, Виталик, бессмысленно пялившийся в окно, вдруг увидел своё отражение и вздрогнул — в стекле отразилось не его лицо. Он оглянулся — соседнее кресло пустовало, в проходе рядом тоже никого не было. Снова взглянув на отражение, он узнал себя — разве что лицо было взволнованное, но это всё же его лицо, не чужое.

— Показалось, что ли... — пробормотал он. — Фух, блин... Ну вообще...

Лицо, которое ему привиделось, принадлежало не ему и не кому-то из его коллег. Это было лицо Артура, который умер в психиатрической больнице давным-давно.

Хоть Виталик и убедил себя в том, что ему «привиделось», на отражение он старался не смотреть. Впрочем, покинув автобус, он быстро забыл о неприятности, ведь его встретили трое друзей с завода. Поздоровавшись со всеми, Виталик поспешил завалиться в клуб.