Михаил Фишман – Преемник. История Бориса Немцова и страны, в которой он не стал президентом (страница 151)
Вначале расследование вел Игорь Краснов, опытный профессионал, за хватку и настойчивость получивший в органах прозвище Волкодав и уже прославившийся, несмотря на молодость, расследованием громких политических убийств, совершенных националистической группировкой “БОРН” в конце нулевых годов. Это он вел первые допросы и Дадаева, и Анзора Шаванова, на которых оба дали признательные показания. “Я одного не пойму, – переживала тогда, в середине марта, сестра Дадаева. – Он ведь в Москву улетел с командиром своим и обратно прилетел с командиром. Почему про командира теперь никто не говорит?” 32 Но на самом деле вопрос этот нужно было адресовать в первую очередь самому Дадаеву: очевидно, на том допросе у Краснова он демонстративно отказался от адвоката и брал вину на себя, не упоминая Геремеева и указывая на
Краснов, надо отдать ему должное, не только не отпустил Дадаева и Шаванова под подписку о невыезде или домашний арест, но и пытался добраться до Руслана Геремеева. Первая попытка арестовать Геремеева и Мухудинова была предпринята 7 марта в одной из деревень на севере Чечни, недалеко от дагестанской границы, где были расположены их дома. Ни того ни другого спецназовцы не нашли, зато, как потом писали в прессе, схватили одного из родственников Геремеева, и тот рассказал им, что видел Мухудинова накануне. А через несколько дней Геремеев уже находился во дворце Адама Делимханова в Джалке. Как писала “Новая газета”, там собрались и Делимханов, и сенатор Сулейман Геремеев, и сам Рамзан Кадыров, а село оцепили бойцы батальона “Север” 33.
Туда к ним и явился гонец из Москвы – представитель руководства внутренних войск, как утверждал потом Вадим Прохоров, друг Немцова и представитель его дочери Жанны на суде. (Это вполне мог быть и сам командующий внутренними войсками Виктор Золотов. В далеком прошлом охранник Собчака и близкий соратник Путина еще во времена его работы в Петербурге, в те времена Золотов считался посредником между петербургской мэрией и криминальным миром, а потом, много лет спустя, – между Путиным и Кадыровым.) Гонец привез весть о том, что ФСБ и следователи охотятся за Русланом Геремеевым. И к концу марта его уже в Чечне не было: по данным “Новой газеты”, он, возможно, улетел в Дубай под видом конюха кадыровских скакунов и под чужой фамилией. Исчез и Мухудинов – как в воду канул.
Уже в начале расследования ФСБ и следователи понимали: поводом для слежки и убийства послужило то самое нецензурное ругательство в адрес Путина, произнесенное Немцовым 26 апреля в Киеве. Наверняка у заказчика были к Немцову и свои счеты, но смысл демонстративного покушения на самого известного и самого последовательного политического противника Путина заключался в том, чтобы преподнести ему – как сюзерену, как верховному правителю – голову его врага в знак верности и почтения.
На следующий день после убийства Путин послал Дине Яковлевне, маме Немцова, телеграмму. “Будет сделано все, – писал он ей, – чтобы организаторы и исполнители подлого и циничного убийства понесли заслуженное наказание”. Через несколько дней он выступил на коллегии МВД, сказав, что надо тщательно расследовать резонансные преступления с политической подоплекой: “Нужно избавить наконец Россию от позора и трагедий наподобие той, которую мы совсем недавно с вами пережили и видели, – продолжал Путин, – имею в виду дерзкое убийство Бориса Немцова прямо в центре столицы” 34.
А затем Путин на две недели пропал. Одни издания сообщали, что он в ярости от случившегося. Другие отмечали, что он не является даже на те мероприятия, в которых было анонсировано его участие. “Я считаю, что он дал карт-бланш спецслужбам в расследовании этого убийства, а потом ему доложили, что нить ведет к президенту Чечни, и это могло произвести на него очень серьезное психологическое впечатление”, – рассуждал тогда политтехнолог Станислав Белковский. Если это было так, то Путину действительно было о чем подумать. Отклонить поднесенный ему зловещий подарок означало, что ему придется менять власть в Чечне – и вообще установленный там порядок. Принять – значит унизить собственные спецслужбы и разделить ответственность за одно из самых страшных политических убийств в российской истории.
Скоро ответ созрел. В апреле адвокаты Жанны Немцовой, которую суд признал потерпевшей в деле об убийстве ее отца, стали замечать, что следствие все неохотнее идет им навстречу. 16 апреля, выступая на “Прямой линии”, Путин впервые прокомментировал ход расследования – в том духе, что заказчика в этом деле может не оказаться вовсе, а если он есть, то может и не найтись. Это означало, что решение он принял: расследование убийства Немцова будет замкнуто на исполнителях, выводя из-под удара и самого Кадырова, и его ближайшее окружение. А в конце апреля Краснова заменили на другого следователя. “Это называется устранение путем повышения”, – говорит Прохоров: специально под Краснова в Следственном комитете было создано управление по особо важным делам 35. В итоге он возглавлял следственную группу по убийству Немцова всего два месяца.
Осенью 2016 года под судом оказались пятеро выходцев из Чечни: Дадаев, братья Губашевы, а также бывший полицейский и телохранитель Темирлан Эскерханов и инженер Хамзат Бахаев, который жил в Подмосковье вместе с братьями Губашевыми. Эскерханова и Бахаева обвинили в пособничестве – собирали данные о Немцове, возили убийц на машине (хотя биологических следов Бахаева в квартирах на Веерной не нашли, а сторона потерпевших и вовсе сочтет его вину недоказанной). Пришедший на смену Краснову новый руководитель следственной группы Николай Тутевич пытался предъявить обвинения Руслану Геремееву заочно и объявить его в розыск, причем дважды, – и дважды его останавливало руководство под тем предлогом, что для этого нет достаточных оснований. Впрочем, Тутевич вряд ли был удивлен. У него уже был опыт расследования убийств, которые вели к Кадырову, и он знал правила игры. Ведь это он расследовал громкое убийство Руслана Ямадаева в центре Москвы в сентябре 2008 года: исполнителей посадили – заказчики найдены не были.
Таким образом, Руслан Геремеев остался в статусе свидетеля, но и как свидетель он допрошен не был. Почему, уже в ходе судебного процесса спросит адвокат Прохоров у одного из следователей. Тот скажет, что приезжал к Геремееву в Чечню, чтобы доставить его на допрос, но ему не открыли дверь. Закономерным образом ничем не кончатся попытки адвокатов вызвать на допросы и Золотова, которому формально подчинялся батальон “Север”, и Адама Делимханова, и Сулеймана Геремеева (несмотря на то, что в дополнение к телефонным биллингам в одной из квартир на Веерной был найден электронный ключ от его номера в “Президент-Отеле” 36), и самого Кадырова. “Нам за эти [прошедшие с убийства] шесть лет не удалось убедить следственную группу допросить Кадырова”, – говорит Жанна Немцова. В том, что Кадыров знал о подготовке убийства ее отца, у нее сомнений нет: “Я думаю, что без него такие спецоперации не могут совершаться, если в них задействованы жители Чечни, тем более те, кто служит в батальоне «Север». И конечно же такие вещи без Кадырова просто невозможны, я думаю, что его роль значительно более широкая” 37.
Зато был объявлен в розыск Руслан Мухудинов. Именно его следователи, а затем и Московский окружной военный суд назовут в итоге и организатором, и заказчиком убийства Немцова: якобы это он нанял всех пятерых подсудимых для убийства Немцова за 15 млн рублей, правда, не один, а вместе с некими неустановленными сообщниками. Впрочем, чтобы выйти на них, сначала нужно найти самого Мухудинова, а он исчез. Но зачем водителю и помощнику Руслана Геремеева убивать Немцова? Какой у него мотив? “Суд отвечает: это выделенное дело (очевидно, для этого дело Мухудинова было выделено в отдельное уголовное производство. –
Пятеро арестованных по делу об убийстве Немцова летом 2017 года будут приговорены к долгим тюремным срокам. Самый суровый приговор получит Заур Дадаев – 20 лет тюрьмы. Еще три года спустя, в ноябре 2020-го, издание “Медиазона” расскажет о других возможных соучастниках убийства Немцова, которые не фигурировали на суде в качестве подозреваемых: среди них окажутся еще один полицейский из Чечни и личный помощник Адама Делимханова. Мухудинова так и не найдут, и заказчики убийства Немцова так и останутся безнаказанными. “Говорить: «Я планирую жить долго» – очень опасно. Эта фраза принадлежит отцу, – говорит Жанна. – Но хотелось бы дожить до этого момента” 39.