Михаил Ежов – Жандармъ Его Величества (страница 23)
С одной стороны, я не разгадал ожидания оппонента. Это плохо, но не критично. По крайней мере, я выяснил, что он подыскивает кандидата на… что-то.
С другой — у меня обнаружилась странная способность. И объяснение ей в голову приходило лишь одно: это дар! Та самая магия, о которой толковал на лекции профессор. Галактионов говорил, что некоторые способности до сих пор не встречались, и упомянул среди них управление временем. Кажется, это именно то, что я невольно проделал несколько минут назад!
Сердце колотилось слишком часто, руки слегка дрожали. Меня готовили ко многому, но только не к тому, что произошло за последние дни — смерть, возрождение, новый мир, новое тело, магия. Это было уже слишком.
В конце концов, я только что
Но внутри меня будто что-то сдвинулось. На лице проступила испарина, которую я вытер рукавом.
Пришлось проделать несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, чтобы успокоиться, вернуть сердцебиению привычный ритм.
Вдруг я понял, что вокруг царит мёртвая тишина. Не было слышно даже шелеста листвы. Воздух поглотил все звуки, высосал их из пространства, оставив только пустоту.
А затем длинные тени слегка шевельнулись и поползли по тротуару, будто пятна мазута! Прямо на глазах они меняли форму, отращивая острые щупальца, которые тянулись ко мне со всех сторон.
Я невольно попятился. Налетел ещё один порыв ветра. Холодный, пронизывающий. Он пробрался в рукава и за шиворот, по спине побежали мурашки.
Откуда-то издалека донёсся протяжный собачий вой. А может, и не собачий. Было в нём нечто дикое, звериное, первобытное. Когда он смолк, из-под земли раздался тихий скрежет. Будто кто-то продирался из глубины, старательно работая когтями.
Какого чёрта⁈ У меня галлюцинации, или это происходит на самом деле⁈ И как это понять?
На улице показался извозчик, и я помахал ему, давая знать, что мне надо ехать.
Когда он подкатил, мне сначала показалось, что вместо лица у него белая бесформенная масса вроде теста. Но затем мужик опустил рукой шарф и оказался вполне обычным человеком с красным носом и прищуренными глазами. Фонари вспыхнули ярче, тени приобрели обычный вид, а подземный скрежет ушёл куда-то на глубину, где и пропал.
— Что, барин, загуляли? — понимающе проговорил извозчик. — Забирайтесь. Довезу, куда нужно.
Я вдруг понял, что на улице есть люди. Человек десять шли в обе стороны, не обращая на меня внимания. В доме напротив горело несколько окон.
Потянув носом воздух, я уловил только тонкий аромат цветущей акации.
— На Гороховую, — велел я, влезая в слегка просевшую под моим весом повозку. — Шестьдесят четвёртый дом.
Кучер щёлкнул кнутом, закричал «Но!», и мы покатили вдоль улицы. Когда я обернулся взглянуть на особняк Андертона, мы показалось, что по земле за нами тянутся извивающиеся тени, но наваждение сразу исчезло.
Наверное, какой-то побочный эффект магии, которую я невольно применил. Галлюцинации. Иначе объяснить случившееся я никак не мог. Возможно, нечто подобное описывается в книге Галактионова. Надо всё-таки при случае купить.
До дома на Гороховой добрались быстро. Расплатившись, я сошёл на тротуар. Экипаж покатился дальше, по улице разносился звонкий цокот копыт.
— Что, барин, припозднился? — раздался за спиной мужской голос. Говоривший вальяжно растягивал гласные. — Час-то поздний. Не страшно гулять по темноте? Не ровен час — ограбят.
Резко обернувшись, я увидел две фигуры, выступившие из-под арки дома. В свете газового фонаря блеснуло узкое лезвие.
Глава 12
Я мгновенно превратился в сжатую пружину. Страха не было — только готовность отразить удар и перейти в контрнаступление.
Но опытный агент тем и отличается от боевика, что следует не только инстинктам, но и голосу рассудка. Анализировать ситуацию не менее важно.
Так что уже через пару секунд я сообразил, что место для гоп-стопа выбрано не совсем подходящее. Прямо у моего дома? При свете фонаря? Нет, профессиональные грабители так не поступили бы. Ни в жизни.
Эти двое явно поджидали именно меня!
Значит, либо их подослал Мордвинов, либо это проверка. Ещё одна.
Может, не таким уж и провальным стал мой выигрыш у Андертона. Раз отправил этих молодчиков посмотреть, как я себя поведу. Британец словно давал мне второй шанс — показать себя в критической ситуации. Ему не удалось поставить меня на край с помощью карт, и вот теперь в ночи сверкнул нож. Похоже, Андертону очень нужен новый член «команды». Значит, я был прав: он задумал нечто масштабное, для чего требуется определённое количество исполнителей.
— Сколько времени, барин? — пропел один из силуэтов.
Лица «гопников» были скрыты тенями, которые отбрасывали козырьки их глубоко надвинутых картузов.
— Покажи часики-то, — подхватил второй.
Я мог уложить обоих. Очень даже легко. Моя подготовка по сравнению с любыми их бойцовскими навыками не оставила бы парочке даже призрачного шанса. Но нельзя. По легенде я всего лишь бывший студент. Поднять крик, позвать городового? Тоже не вариант. Андертону не нужны трусы. Он ищет кого-то отчаянного.
— Время уже позднее, — сказал я, перенося вес тела на левую ногу и готовясь к схватке. Придётся изображать неуклюжесть. Может — даже позволить себя слегка порезать. — Шли бы вы домой, судари.
— Гони лопатник, гусь! — прошипел один из «гопников», поигрывая ножиком. Живо! Коли жизнь дорога!
— Может, не так уж и дорога, — ответил я.
Убивать меня точно не станут. А показать, что я готов на всё, надо. Это мой последний шанс втесаться в доверие британца. Если, конечно, парочка от него. Если же это убийцы, нанятые графом, придётся их порешить. Но вряд ли: зачем людям Мордвинова разыгрывать ограбление? Напали бы сразу, без предисловий.
— Экий храбрец! — насмешливо сказал «гопник» и покачал лезвие между пальцами. — А если распишусь на тебе? Небось не так запоёшь!
— Не дури, барин! — гнусаво проговорил второй и достал из-за пояса короткую, но увесистую дубинку. — Денег ещё достанешь, а жизнь одна.
Ишь — философ! Слишком глубокомысленно для ночного грабителя. Да и не стали бы настоящие бандиты меня уговаривать. Нет, это точно испытание от англичанина.
Поскольку из дома я вышел безоружным, придётся справляться голыми руками. Я принял боксёрскую стойку. Кажется, в девятнадцатом веке этот вид спорта уже был популярен. Правда, не уверен, что в России.
— Ладно, как знаешь, — вальяжно пропел тот, который поигрывал ножиком, и тут же сделал выпад, метя в живот.
Движение было быстрым, но недостаточно резким. Меня испытывали, а не пытались ранить. Противник давал мне возможность показать себя. Но действовать слишком хорошо нельзя. Придётся пожертвовать визиткой.
Я отбил его руку, но специально сделал это не очень ловко: конец лезвия задел ткань сюртука, чиркнул по предплечью. Кожу обожгло.
Проклятье! Я собирался позволить ножу вспороть только одежду, однако у нового тела не было моих рефлексов.
Нужно это запомнить и иметь в виду. А ещё — тренироваться.
— Ах ты гад! — воскликнул я нарочито и потряс рукой. — Порезал!
Играть так играть. С тем, что есть. В принципе, для убедительности так даже лучше.
Из-под манжеты показалась струйка крови. Нападавший на мгновение задержал на ней взгляд, ухмыльнулся и попытался снова ткнуть меня ножом.
В этот раз я просто увернулся и тут же нанёс прямой удар в лицо. Раздался важный хруст. Лжегопник попятился, издав сдавленный возглас. Я схватил его запястье, но сдержался и не стал проводить бросок или выкручивать кисть — такой приём мог быть расценен как признак подготовки жандармского агента или сотрудника Охранного отделения.
— А ну, пусти! — крикнул второй парень и замахнулся дубинкой.
Дёрнув его приятеля в сторону, я подставил его под удар. Деревяшка опустилась на череп «гопника». Тот охнул и начал оседать на тротуар.
В начале улицы раздался заливистый свист. Спустя секунду к нему прибавился топот тяжёлых сапог.
Я оттолкнул от себя качающегося после удара по башке налетчика. Пусть уходят.
Второй подхватил его и потащил в подворотню. Повезёт им, если там есть сквозной проход. Хотя они, наверное, проверили местность, пока меня дожидались.
— Назад, барин! — предостерегающе прошипел «гопник», и оба парня скрылись в темноте арки.
Ко мне подбежал слегка запыхавшийся городовой. В правой руке у него был револьвер, левой он придерживал висевшую на поясе шашку.
— Живы? — спросил он отрывисто, окинув меня взглядом.
— Благодарю, со мной всё в порядке, — ответил я, убрав раненую руку за спину. — Хотели часы забрать. Один вооружён ножиком, второй — дубинкой.
— Ништо! — азартно отозвался городовой. — Догоню!
И он отважно ринулся за «гопниками» в подворотню. Некоторое время до меня доносились его топающие шаги. Я решил дождаться окончания этой погони.
Спустя пару минут блюститель правопорядка вернулся.
— Ушли! — сообщил он разочарованно. — Черти! В приличный район забрались, не сидится им на Лиговке-то!
— Ничего, я почти дома. Вы появились очень вовремя.
Городовой коснулся кончиками пальцев фуражки.