Михаил Эм – В мозг (страница 42)

От нахождения в зале непривычной формы закружилась голова. Юрий Петрович рефлекторно оперся на ручку инвалидной коляски. Коляска неожиданно легко подалась вперед и закатилась в горку, то есть на округлую стену, при этом впечатление было такое, что она не собирается оттуда скатываться. Юрий Петрович разжал руки, и инвалидная коляска действительно не скатилась, оставшись на стене в наклонном положении.

– Это не вы удерживаете коляску, Гальего? – спросил Юрий Петрович.

– В каком смысле? – проскрежетал Гальего и тут же осекся, потому что Юрий Петрович продемонстрировал разжатые руки.

Гальего развернул свою коляску на 180° и с изумлением уставился на живот Юрия Петровича. Коляска располагалась где-то под углом в 40° от плоскости, на которой находился Юрий Петрович.

– Почему вы не падаете? – поинтересовался Гальего.

– Нет, это почему вы не падаете? Взгляните на люк.

Действительно, люк, через который они проникли в космическую пирамиду, располагался за спиной Юрия Петровича, на одном с ним уровне.

– Возможно, пирамида накренилась? – предположил Гальего.

– Не говорите глупостей. Я же нормально стою.

– А я сижу!

Юрий Петрович оперся ногой на возвышенность – практически стену, хотя не отвесную, – как если бы он попытался шагнуть, и попробовал перенести тяжесть на эту ногу. К его немалому удивлению, это удалось. В голове что-то неуловимо переместилось – центр тяжести, что ли, а может настройки вестибулярного аппарата, – и Юрий Петрович оказался на одном уровне с инвалидной коляской. Теперь люк, в который они с Гальего зашли, находился по отношению к ним на вогнутой плоскости, под тем же наклоном в 40°.

– По-моему, искусственная гравитация, – сообщил Юрий Петрович.

– Без сомнений, – подтвердил Гальего. – Отодвиньтесь, пожалуйста, от моей коляски, я хочу попробовать.

Юрий Петрович сделал осторожный шаг в сторону. Гальего надавил на колеса, и инвалидная коляска сделала первое неуверенное движение, затем еще одно движение, и еще. Через несколько секунд инвалидная коляска с находящимся в ней Гальего оказалась над головой Юрия Петровича.

У Юрия Петровича возникло стойкое ощущение, что сейчас Гальего вывалится из коляски и ударится об пол – инвалид не был пристегнут. Тем не менее ничего не происходило – не падало даже ружье, которое Гальего держал на коленях.

– У вас голова не кружится? – спросил Юрий Петрович.

– А у вас?

– У меня кружится, когда я на вас смотрю.

– Знаете, что это такое?

– Начинаю догадываться. Локальная гравитация с изменяемым вектором. Вектор меняется в зависимости от того, где субъект находится, то есть в каком месте соприкасается с поверхностью.

– Согласен. Я всегда знал, что вы вменяемый старикан, Юрий. В отличие от Даммера.

– Мне кажется, у нас не та ситуация, чтобы обсуждать коллег по Всемирному Правительству.

– Вы правы, Юрий. Вы правы!

Гальего сделал несколько кругов по внутренней окружности, причем разгонял коляску одной рукой, тогда как другой ухитрялся держать ружье. Для этого ему потребовалось упереть приклад в спинку коляски, зажав его подмышкой. В древнем голоматографическом фильме Юрий Петрович видел такое: мотоцикл – это такая двухколесная повозка – разгонялся по внутренней поверхности шара, составленного из проволочной сетки, и кружился по ней, презирая законы тяготения.

– Я могу! – кричал инвалид, потрясая ружьем. – Дикие времена! Бойтесь меня, прыгунцы!

– Не забывайте, Гальего, мы на боевой операции.

– Что же, я не против. Действительно, можем опоздать. Наши товарищи перестреляют всех прыгунцов и не оставят на нашу долю. В какой коридор предпочитаете направиться, Юрий?

– Хотите разделиться?

– Еще бы! Вы же видите, пирамида идеально приспособлена для инвалидных колясок.

Юрий Петрович только головой покачал.

– Как знаете. Если попадете в беду, вызывайте на помощь. И смотрите, куда стреляете – в пирамиде полно наших людей.

– Не учите меня воинскому искусству, – проскрежетал инвалид и с размаху направил инвалидную коляску в один из коридоров.

Юрий Петрович, находившийся в этот момент под прямым по отношению к Гальего углом, снял с плеча ружье и зашел в другой коридор.

Метров через двадцать коридор закончился такой же шарообразной залой, как предыдущая, – в ней имелись такие же коридоры, ведущие во все стороны, и снова пустые. Юрий Петрович осознал, что геометрическая конструкция слишком напоминает лабиринт. Еще несколько поворотов, и вернуться к люку будет сложно, особенно учитывая гравитацию с изменяемым вектором. Пройдя всего один коридор, Юрий Петрович перестал различать, в каком положении от люка – вертикальном, горизонтальном или наклонном – сейчас движется.

Действующий член Всемирного Правительства прошел по внутренней поверхности шара и заглянул в один из новых коридоров. Это оказался не коридор, а замкнутое помещение, в котором располагались странные – явно неземные – приспособления, изложить назначение и конструкцию которых было затруднительно.

Помещение пустовало. Юрий Петрович вышел из него обратно, и в этот момент из коридора, расположенного над головой, выскочила фигура. Охнув, Юрий Петрович направил ружье вверх, как если бы он собирался стрелять пролетающих уток, но вовремя опознал в выскочившим человека. Это был парень лет двадцати пяти – один из пехотинцев, проникнувших внутрь пирамиды с основной группой.

Парень выбежал из коридора, задыхаясь, перепачканный кровью. Увидев Юрия Петровича, для чего ему пришлось задрать голову, крикнул:

– Скорей! Сейчас они будут здесь!

– Кто?

– Прыгунцы, разумеется.

Доброволец обежал по внутренней поверхности шара прямой угол и принял положение стрельбы с колена. Дуло приходилось задирать высоко вверх, так как коридор находился выше.

– Сюда, что вы стоите?! – выкрикнул парень нетерпеливо. – Вверх стрелять не удобно.

Юрий Петрович совершил противоположный маневр, оказавшись рядом с парнем, и, по его примеру, встал на колено. Колено немедленно отозвалось тупой болью, которая распространилась по всей ноге.

Совершенно неожиданно из коридора вылетел прыгунец – самка, без оружия. Юрий Петрович открыл рот, в это время прогремел выстрел. Самка еще откидывалась назад, с красным пятном на животе, когда из люка под ее телом высунулась прыгунцовская голова, затем ружейное дуло, озарившееся дымной вспышкой.

Парень произвел в сторону прыгунца два или три выстрела, один раз выстрелил даже Юрий Петрович – и прыгунец исчез. Застреленная самка лежала без движения, мертвая.

– Баб впереди себя гонят, суки! – пожаловался парень. – С детьми.

– Правда? – спросил Юрий Петрович.

Парень не ответил, но посоветовал:

– Сядь ко мне спиной, дедушка. Они из разных коридоров могут выскакивать. Если увидишь, сразу стреляй, только с нашими не перепутай.

Юрий Петрович присел на колено спиной к парню, взяв под прицел коридоры, находившиеся у парня сверху и за спиной. Парень держал под прицелом другое полушарие залы.

– А где остальные – в смысле, пехотинцы?

– Стали проверять комнаты, пришлось разделиться, – пояснил парень, сплюнув. – В некоторых комнатах оказались засады. Многих поубивало. Меня в отдельный коридор выдавили, одного. Ничего – думаю, скоро дожмем. Но на отдельных участках прорываются.

Со стороны парня загрохотали выстрелы. Пока Юрий Петрович разворачивался в противоположную сторону – как ему казалось, ужасно медлительно и неловко, – прошло несколько секунд, наверное. Повернувшись, Юрий Петрович увидел несколько прыгунцов, частью самок с грудными детенышами на руках, частью вооруженных мужчин. Самки метали детенышей в сторону людей, с криками:

– Гуманизьм! Гуманизьм!

Самцы в это время стреляли. Стрелял в ответ и парень. Юрий Петрович тоже принялся стрелять в сторону прыгунцов. Грудные детеныши, которыми самки старались обескуражить врагов, а частично прикрыться от выстрелов, валялись на полу, издавая запредельные для барабанных перепонок звуки.

Внезапно парень откинулся на спину и застыл. Юрий Петрович увидел, что из его головы сочится кровь. Юрий Петрович бешено закричал и нажал на курок. Повсюду валялись трупы, вопили ползающие по внутренней поверхности детеныши. Спрятавшиеся в коридоре прыгунцы стреляли в ответ.

В самый неподходящий момент у Юрия Петровича закончились патроны. Пока он перезаряжал магазин, прыгунцы, сообразившие, чем вызвана остановка, выпрыгнули из коридора. Один из них попытался убить Юрия Петровича: медленно, как в плохом голоматографическом кино, направив на него ружье и произведя выстрел. По счастью, прыгунец промахнулся.

Юрий Петрович видел, как второй прыгунец медленно подпрыгивает и, уже в воздухе, поднимает ружье, чтобы произвести точный выстрел. Вскрикнув, Юрий Петрович откинулся в сторону. Выстрел прогремел, но мимо. Вместе с тем магазин Юрия Петровича остался незаряженным.

Прыгунец снова принялся поднимать ружье, направляя его прямо в грудь Юрия Петровича. Другие прыгунцы с ухмылками наблюдали за действиями товарища.

Каким-то наитием Юрий Петрович вошел в…

[…ММ прыгунца. Затем – промотка на десять секунд вперед.]

[Дуло поднятого ружья разделяется, обозначая возможную через десять секунд позицию.]

Юрий Петрович в реале занял положение между возможными позициями наведенного на него ружья. Огненная вспышка – снова промах!