Михаил Елисеев – Нашествие Батыя на Северо-Восточную Русь (страница 3)

После смерти Всеволода Юрьевича положение Суздальской земли пошатнулась, поскольку в ней началась ожесточенная борьба за власть между братьями Константином и Георгием Всеволодовичами. Это противостояние закончилось 21 апреля 1216 года грандиозным побоищем на Липице, где Константин победил, а Георгий потерпел поражение. Но хотелось бы обратить внимание вот на какой момент. Дело в том, что в усобице, которая началась в суздальской земле после смерти Всеволода Большое Гнездо, были виноваты совершенно другие люди, а не князь Георгий. Виновны были три человека – великий князь владимирский Всеволод III, его старший сын ростовский князь Константин и Мстислав Удатный, возмутитель спокойствия и поджигатель княжеских усобиц на Руси.

Перед смертью Всеволод разделил княжество между сыновьями, дав Константину как старшему стольный Владимир, а Георгию Ростов. Однако Константин этому решению воспротивился и заявил, что ему нужны оба города. А Георгий пусть идет в Суздаль. По большому счету, в данной ситуации прав был именно Константин, поскольку мыслил как государственный муж. Он резонно полагал, что сохранив в одних руках два крупнейших города княжества, тем самым сумеет избежать дробления Владимиро-Суздальской земли на более мелкие уделы. Сохранив свою власть в Ростове и Владимире, Константин изначально становился сильнее всех своих остальных братьев, вместе взятых, и при любом конфликте мог легко подавить их выступления.

Всеволод с сыном не согласился. Судя по всему, князь на старости лет свято уверовал в собственную непогрешимость, но с другой стороны, считал, что только он имеет право распоряжаться судьбой великого княжения. Всё, чего Всеволод достиг в жизни, он достиг сам, потом и кровью добиваясь поставленных целей. В юности будущий властелин Северо-Восточной Руси даже побывал в роли изгоя, поскольку на Руси ему места не нашлось. Изгнанный своим братом Андреем Боголюбским, он некоторое время был вынужден вместе с матерью жить в Византии. Поэтому Всеволод на Суздальскую землю смотрел как на личную вотчину, которой только он может распоряжаться по своему усмотрению. Константин этого не понял и пошел на обострение конфликта. За что и поплатился.

Всеволод был очень жестоким человеком и никогда не гнушался пролить кровь близких родственников. В свое время он велел ослепить племянников Мстислава и Ярополка. Но Константин был ему сыном, и поэтому старый князь поступил по-другому – он объявил своим наследником второго сына, Георгия. Чем и спровоцировал грядущую междоусобицу. Хотя Константин знал, на что шёл, когда противился воле Всеволода и раздувал с ним конфликт.

Георгий Всеволодович стал великим князем в обход старшего брата по воле отца своего, а не по старшинству. Поэтому, вполне естественно, что после смерти Всеволода Константин решил стать великим князем. Но и Георгий, который получил власть абсолютно законным путём, не видел теперь оснований с ней расставаться. Вялотекущая борьба шла с переменным успехом, и казалось, что ей не будет конца, но внезапно всё изменилось. Конфликт вспыхнул с новой силой, когда в него вмешался Мстислав Удатный, знаменитый воин и смутьян, большой любитель поправить свои дела за чужой счет. Затем грянула битва на Липице. Именно Мстислав и Константин несут персональную ответственность за 10 000 суздальских ратников, убитых в этой битве. Князья могли остановить бойню и отозвать своих озверевших дружинников, которые рубили беглецов и резали пленных. Но Константин с Мстиславом этого не сделали.

В результате столь сокрушительного поражения Георгий Всеволодович оказался на княжении в Городце, что подразумевало ссылку. Однако Константин, чувствуя, что его земной путь подходит к концу, вскоре вызвал брата, дал ему Суздаль и назначил своим наследником. Константин Всеволодович прекрасно понимал, что как только он отойдёт в мир иной, то его малолетние сыновья Василько, Всеволод и Владимир верховной власти не удержат. Поэтому поступил очень мудро, назначив своим преемником Георгия и отказавшись навсегда за своих детей от великого княжения. Этим он сумел сохранить за потомками Ростовский удел. Правда, с мечтой о едином и неделимом княжестве пришлось расстаться, но иного выхода у Константина уже не было.

После смерти старшего брата Георгий Всеволодович снова стал великим князем. Судя по всему, он заботился о племянниках, и они в свою очередь относились к дяде с уважением. Недаром в страшную годину нашествия Батыя князья Константиновичи как один встали под его стяги. Единственный конфликт между великим князем и племянниками произошёл в 1229 году, причем главным провокатором здесь оказался младший брат Георгия, Ярослав, известный на всю Русь своим неуживчивым и склочным характером. Но Георгию Всеволодовичу удалось задушить смуту в самом зародыше и, не прибегая к силе, убедить родственников в их неправоте. Константиновичи покаялись, а Ярослав притих, опасаясь открытого вооруженного противостояния.

Во время своего правления князь Георгий держал родню крепко, и даже его поднаторевший в интригах брат Ярослав предпочитал давать выход своей неуёмной энергии в других землях и княжествах. В отношениях с соседями Георгий Всеволодович с одинаковым успехом использовал как мирные средства, так и грубую силу, и при нём Владимиро-Суздальское княжество достигло наивысшего расцвета. После страшной битвы на Липице в апреле 1216 года и до самого монгольского нашествия Суздальская земля оставалась самым спокойным регионом Руси. Именно там выросло целое поколение, которое понятия не имело о том, что такое княжеские усобицы. В то время, когда в Южной и Юго-Западной Руси князья сражались друг с другом за волости и уделы, гибли люди, горели города и сёла, на Руси Северо-Восточной стояла тишина. Крестьяне пахали землю, торговля процветала, строились новые города, возводились белокаменные соборы. По воле Георгия Всеволодовича на Волге были основаны города Юрьевец и Нижний Новгород, причём основание последнего явилось воистину судьбоносным событием. Уже за одно это деяние потомки должны быть благодарны князю Георгию. За годы его правления люди забыли о войнах, и лишь иногда княжеские дружины ходили войной на Волжскую Болгарию, мордву и в Прибалтику. И всегда возвращались с победой.

В походы владимиро-суздальские дружины водили два человека, которые пользовались исключительным доверием великого князя – его младший брат Святослав и племянник Василько Константинович. Помимо того, что были они хорошими воинами, их объединяло ещё кое-что общее. Дело в том, что тот и другой, в меру возможностей, украшали главные города своих уделов: Святослав – Юрьев-Польской, а Василько – Ростов. В 1230–1234 годах князь Святослав Всеволодович построил в столице своего княжества Георгиевский собор, ставший последним белокаменным строением на Руси перед монгольским нашествием. Что же касается Василька Константиновича, то при нем в Ростове было закончено строительство белокаменного Успенского собора, которое продолжалось целых 17 лет.

Василько удостоился от летописцев самых восторженных отзывов: «Был же Василек лицом красив, очами светел и грозен, храбр безмерно на охоте, сердцем легок, с боярами ласков. Кто из бояр ему служил, и хлеб его ел, и пил из его чаши, и дары получал, тот из-за преданности Васильку никакому другому князю уже не мог служить. Крепко любил Василек слуг своих, мужество и ум в нем жили, правда и истина с ним ходили. Был он сведущ во всем и искусен, и княжил он мудро на отцовском и дедовском столе» (Из Лаврентьевской летописи[6]).

Не менее ярко нарисовал образ этого легендарного князя и другой ученый книжник: «Был же Василек лицом красив, очами светел, грозен взглядом, необыкновенно храбр, а сердцем легок» (Из Тверской летописи). Ещё более восторженным панегириком разражаются составители Никоновского летописного свода: «Василко Констянтиновичь Ростовский храбр зело, и лицем красен, и очима светел, и телом велик, и мужествен и крепок зело, и к священником много почитателен, и иноком любезен и советен, и к всем милостив, и щедр и даровит, и к боаром и слугам ласков, и бе всякому рукоделию изучен и хитр зело, и бе отнуд памятозлобен, и к согрешающим прощателен, и никто же по животе его можаше служити иному князю, не могуще забыти любви и ласки его» (т. 10, с. 112).

Недалеко ушел от летописцев и В.Н. Татищев: «Сей князь Василько был телом велик, лицом красив, очи светлые, храбр в воинстве и силен, весьма знающим был многие писания, рукоделия и хитрости, милостив ко всем и незлопамятен, виновных, наказуя словами, прощал»[7] (с. 730). Что и говорить, все характеристики сугубо положительные, и далеко не каждый князь на Руси столь лестных слов удостоился. В Ростове Василька действительно очень любили, и это особенно проявилось после его трагической гибели, когда скорбел весь город. Перед нами образ рыцаря без страха и упрека, щедрого князя и храброго воина. А ростовская дружина всегда была одной из лучших в Северо-Восточной Руси, недаром в ней служили такие прославленные воины, как Александр Попович.

К началу 1237 года Владимиро-Суздальское княжество находилось на вершине могущества как в военно-политическом, так и экономическом плане. Но все эти успехи не пришли сами по себе, а напрямую были связаны с именем того, кто стоял во главе государства – великого князя Георгия Всеволодовича. «Был Юрий милостив безмерно, помня слово господа: “Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут”. Поэтому он не дорожил своим имуществом, раздавая его нуждающимся; он строил церкви, украшая их иконами бесценными и книгами, и много городов основал, прежде всего Новгород второй на Волге в устье Оки, и многие церкви воздвиг и монастырь святой Богородицы в Новгороде. Особенно же почитал он иноков и священников, наделяя их всем необходимым. Поэтому и бог выполнял его просьбы, и было мудро правление его» (Из Лаврентьевской летописи). Но самое главное заключается в том, что возразить против этого абсолютно нечего, поскольку двадцатипятилетние правление князя Георгия действительно было временем наивысшего расцвета и подъёма Владимиро-Суздальского княжества. Однако…