Михаил Дорохов – Русская Америка. Сухой закон 5 (страница 39)

— Как твоё имя? Кто ты? — рявкнул капитан.

Ответом было молчание. Итальянец сжал зубы и молчал.

— Зуб даю — это один из мафиозо, — хмыкнул «коп-медведь».

— Этого грузите отдельно от остальных, — ядовито произнёс О’Мэлли и его взгляд не предвещал ничего хорошего.

Капитана — ирландца на эту операцию посоветовал сам прокурор Саленс. В личном деле Ричарда О’Мэлли стояло: вдовец. Его жена и ребёнок погибли в одной из перестрелок мафии четыре года назад. Стрельба на улице зацепила тоненькую, хрупкую ирландку с трёхлетним мальчуганом. Да так, что женщину хоронили в закрытом гробу, дабы не видно было обезображенного лица. После этого капитан весь ушёл в службу. Саленс посоветовал его шерифу Фэллону как человека, которого итальянцы не купят. Непреклонный громила-капитан делал свою работу жёстко и чётко. Идеальный исполнитель для операции по зачистке доков от итальянских забастовщиков и гангстеров.

Пока основные силы полиции громили сопротивление на пирсе, другие группы начали прочёсывать территорию. Они действовали как на ночной облаве. Заходили даже в заброшенные тёмные ангары, где пахло ржавчиной и крысиным помётом, светили фонарями в закоулки.

— Эй, там кто-то есть? Выходи с поднятыми руками! — гремел голос в пустом цеху.

— Шериф Фэллон, здесь на втором этаже контора, там свет мелькал! — доложил молодой полицейский.

— Проверить! Осторожно!

Но была и другая группа, действовавшая параллельно. Вслед за полицейскими на территорию порта въехала небольшая колонна из простых гражданских авто. Они припарковались в стороне под навесами погрузочных терминалов. Чуть больше полутора десятка человек в тёмных пальто и кепках, без полицейских значков покинули салоны машин.

Люди из охранного агентства Соколова не собирались идти к пирсу с итальянскими заводилами. Их интересовали совсем другие цели. К ним подходили докеры, те, что были в доверии у Миронова, и быстро давали наводки.

— В ангаре № 14, на втором ярусе, там их логово…

— В диспетчерской вышке трое С ними обычно был человек в сером пальто, он здесь всеми ниточками дёргал.

Один из таких наводчиков, худой докер с перевязанной рукой, подошёл к высокому, аскетичного вида человеку из команды Соколова — Лапшину. Он был одним из «гвардейцев» охранного агентства «Соколов и Ко».

— Сантос-Мару заставили перебраться к 22 причалу.

— Сколько там человек?

— Помимо докеров Карло — около причала постоянно пара людей Анастазии. Команда, считайте, под замком. Их не выпускают на берег.

Лапшин кивнул, сделав знак рукой двум своим людям. Они подошли ближе:

— Сухогруз китайцев на 22 причале. Лексей Иваныч приказал заняться им в первую очередь. Нужно, чтобы поставки «тонгов» из Чайна-Тауна снова возобновились. Берите ещё несколько людей и дуйте туда. Найдите капитан сухогруза. Скажите: от кого вы.

Часть бойцов вскоре быстро растворилась в тумане по направлению к «Сантос-Маре». Они быстро, бесшумно двинулись вдоль береговых выходов к причалу № 22.

Потрёпанный морями сухогруз под бразильским флагом застыл, возвышаясь над складами. Трап был поднят, но на палубе маячили тени. Докеров Карло Беллини не было видно. Похоже, сбежали, не дожидаясь взбучки. Люди Соколова без лишнего шума перекинули на борт с соседней баржи посадочный мостик и оказались на палубе.

— Осторожно, здесь должны быть люди Анастазии.

Из-под плащей показалось оружие.

— Нет здесь никого… — неожиданно раздался трескучий голос со слабым акцентом.

На палубу вышли не итальянские бандиты, а двое китайцев. Один из них, сухощавый, пожилой, с внимательными, непроницаемыми глазами, добавил на неплохом английском:

— Они ушли минут десять назад. Не стали дожидаться, пока их выкинут за борт ваши люди. Скорее всего, попытаются выйти через южные ворота.

— Там их будет ждать полиция, — усмехнулся командир русских.

— Ну, порт большой… Здесь много мест, где можно его покинуть незаметно. Так что, если не дураки, то выберутся.

— Вы — капитан?

— Да, — с достоинством ответил китаец.

— Я от господина Соколова. Он просил передать, что ценит партнерство с вашими… торговыми компаниями. И что сегодняшняя «уборка» в порту не коснётся его партнёров. Ваш корабль и ваш груз в безопасности. Вы можете оставаться здесь или отойти — как сочтёте нужным. Все необходимые бумаги подпишет новый глава стивидорских компаний — мистер Кеннеди.

Из-за спины говорившего вышел мужчина в тёмном плаще и надвинутой на глаза шляпе. Он неторопливо снял её, посмотрел на капитана, улыбнулся и слегка поклонился ему, вежливо обратившись:

— Мастер Чжи.

— Мистер Ву! — обрадовался пожилой капитан.

— Мок Сай Винг и Чин Лём передают вам горячий привет.

— Передайте им и мой, — поклонился капитан, заслышав имена глав «тонгов», чьим поверенным являлся Ву, — Значит, теперь мы работаем с русскими?

— Наши друзья обеспечат безопасность в порту. Они являются инициаторами всего этого… — Ву обвёл рукой порт, откуда доносились приглушённые звуки облавы.

Ву обернулся к «соколовцам»:

— Мистер Соколов… человек слова. Мы это помним.

— Здесь останутся наши люди, на случай, если итальянцы решат выкинуть что-то ещё. В любом случае контроль за входами в порт и нашими пирсами будут обеспечивать мои люди, — кивнул командир «соколовцев».

Тем временем облава набирала обороты. Прятавшихся зачинщиков из числа итальянцев хватали, выволакивали на свет, строили около гаражей. С ними же «паковали» тех, кто активно принимал участие в стачках, и на кого указывали бригадиры других артелей. Большинство уже сдавалось покорно.

К диспетчерской быстро подошло семь «соколовцев». Лапшин коротко скомандовал:

— Ты, ты и ты — в обход к чёрному ходу. Остальные за мной наверх.

Пуля ударила над его головой, выбив кирпичную крошку из стены.

Лапшин инстинктивно пригнулся, но тут же крикнул:

— Быстрее! Быстрее под стену!

Вместо того чтобы ввязываться в долгую перестрелку, бойцы резко рванули в сторону диспетчерской под прикрытием здоровенных деревянных бухт от канатов. Через считаные секунды они уже были с оружием под окнами диспетчерской.

— Сдавайтесь! Никому не нужна лишняя кровь. Ваших докеров уже взяли! — закричал Лапшин, вжимаясь в стену, — Здесь масса гражданских. Мистер Соколов приказал передать, что те из вас, кто покинет порт по доброй воле — уйдут целыми. Он дал слово. Я не буду повторять дважды. У вас единственная возможность выйти отсюда. Иначе вас вынесут под простынёй. Или выведут в наручниках…

— Vaffanculo, Bastardo! — ругательства на итальянском раздались сверху из раскрытой форточки.

— Ну что же… — хмыкнул Лапшин и тихо произнёс, — Больше мы их уговаривать не будем… Готовьте гранаты!

Двое подручных быстро выудили из-под плащей такие же «шары» со слезоточивым газом, как и те, что использовала полиция на пирсе. Каблуки бойцов затопотали по железным ступеням лестницы.

Дверь было отворилась, и оттуда показалась рука с пистолетом, но несколько пуль по двери тут же заставили итальянцев отпрянуть назад, не успев сделать и одного выстрела. Выучка и опыт полевых солдат — ломала на корню сопротивление любителей пострелять в простой бандитской перестрелке.

По команде дверь рванули и внутрь один за другим залетели два слезоточивых «шара». Дверь захлопнули. Послышались тихие хлопки, а затем кашель и злые крики гангстеров.

Окно диспетчерской на третьем этаж разбилось, но облегчения осаждённым это не принесло. Злосчастная дверь распахнулась, и оттуда с рёвом выскочил итальянец, вскидывая дробовик.

Цевьё его «Винчестера» сразу перехватили и рванули вверх, а сам незадачливый стрелок тут же получил несколько чувствительных ударов и подножку. Громила покатился вниз, отбивая требуху на железных ступенях. Внизу его уже ждал один из бойцов Лапшина. С размаху заехав рукоятью пистолета по темени гангстера, он отправил противника в глубокое беспамятство.

Кто-то из итальянцев попытался было вылезти в окно и уйти по металлическим балконам — переходам. Но несколько выстрелов охладили его пыл и загнали обратно.

Через кашель и крики раздалось:

— Сдаёмся! Не стреляйте!

Гангстеров повязали прямо у подножия лестницы и передали в руки полиции. Лапшин, щурясь и прижимая мокрую тряпицу к лицу, заглянул в диспетчерскую.

Оттуда, кашляя, вышли, шатаясь, двое работников порта. Один из них, растирая глаза, возмущённо загудел:

— Что же вы…

— Тихо! — рявкнул на него Лапшин, прокашлявшись, газ всё равно добрался и до него, — Ты что думаешь, они бы тебя пожалели? Заложником захотел побыть? Заткнись и держи…

В карманы брюк служащих порта запихнули смятые пачки купюр.

— Что это? — вытянулось лицо плохо видящего клерка.

— Двести баксов… Каждому! — ухмыльнулся Лапшин, — И чтобы вы даже не пытались возникать по поводу произошедшего. Запомните: вас спасли от смерти. И кто бы что ни спрашивал — говорить только так. Вам угрожали гангстеры, потом вызволила полиция и новая охрана. Вы благодарны и больше ничего не знаете. Повторили!