Михаил Делягин – Светочи тьмы. Физиология либерального клана: от Гайдара и Березовского до Собчак и Навального (страница 80)
В качестве анекдота можно вспомнить порой инкриминируемое ему «челябинское книжное дело»: издание в 1996 году 88-страничного сборника правительственных распоряжений и постановлений, способных помочь потерявшим свои деньги вкладчикам финансовых пирамид. На издание 10-тысячным тиражом скромной брошюры, составителями которой числились Христенко и связанные с ним люди, было потрачено из бюджета 50 млн. руб. По непонятным причинам печаталась она в Екатеринбурге, смета на ее издание должным образом не утверждалась, стоимость печати была завышена, по оценкам, более чем в полтора раза, а вырученные за ее издание 20 млн. руб. не вернулись в кассу профинансировавшего ее издание государственного фонда.
Казалось бы, классический скандал, – но максимальная оценка нерационально потраченных денег составляет 50 млн. неденоминированных рублей, – то есть 50 тыс. руб. после деноминации 1998 года или менее 10 тыс. долл. по курсу 1996 года.
Даже если учесть его обесценение с того времени и забыть реалии середины 90-х, сумма на скандал не тянет.
В то же время стоимость недвижимости, которой владеет семья Христенко, качественно превышает официальные доходы и его, и его жены. В 2007 году Христенко купил в элитном поселке «Остров фантазий», расположенном на берегу Москвы-реки в черте Москвы, квартиру в 218,6 кв. м., которая стоила около 2,5 млн. долл. – его официальный заработок за несколько десятков лет.
«Остров фантазий» попал в скандальные хроники, когда расположенный рядом поселок «Речник», где жили существенно менее обеспеченные граждане, был снесен, так как строительство «на особо охраняемой природной территории парк „Москворецкий“» якобы полностью запрещено. На шикарный «Остров фантазий», расположенный на той же «особо охраняемой территории» этот запрет, разумеется, не распространялся.
У жены Христенко Голиковой через год после свадьбы, в 2004 году, если верить официальным декларациям, появилась в Москве квартира оценочной стоимостью в 2,4 млн. долл., что также непосильно для нее, если судить по официальным заработкам.
Гарантированно превышает их общий официальный доход и стоимость аренды поместья в гольф-клубе «Пестово», которое они снимают (2 га земли и два дома общей площадью около 1,3 тыс. кв. м.).
В официальных декларациях о доходах Христенко, по сообщениям СМИ, отсутствуют данные о вознаграждениях за работу представителем государства в советах директоров огромного числа крупных и успешных российских корпораций. То ли он работал там бесплатно, то ли скрывал данные о своих доходах.
Возможно, он является скрытым владельцем части крупных российских компаний, хотя слухи о владении 20 % Магнитогорского меткомбината так и остаются опровергаемыми слухами. Хотя в этой сфере возможно появление новостей: так, в начале 2015 года выяснилось, что его бывшие заместители в Минпромэнерго Реус и Дементьев являются миноритарными акционерами компании «Научтехстрой плюс», учрежденной «Фармстандартом», производителем лекарства «арбидол», которое активно продвигала жена Христенко по время пребывания по главе Минздравсоцразвития России.
Но, так или иначе, официальное имущество Христенко качественно превышает его доходы, – а скандалов, связанных с ним, нет.
И это представляется еще одним проявлением его аккуратности, педантичности и эффективности как менеджера.
Христенко представляется едва ли идеалом исполнителя высшего уровня, не забывающего о себе, но четко исполняющего волю руководства. Принадлежность этого руководства к либеральному клану и полное принятие им самим либеральной парадигмы обеспечили ему исключительное аппаратное долголетие, а стране – исключительную разрушительность многих из тех преобразований, в которых он добросовестно принимал участие.
Скорее всего, это просто провинциал, приехавший в Москву заработать и не обремененный никакими заботами об экономике страны и общественном благе. В госаппарате о нем говорили как о близком к идеальному примере активного конформизма с нацеленностью на сохранение должности (как инструмента зарабатывания денег) в прямом смысле слова любой ценой.
Богатства же его семьи позволяют предположить, что общество еще узнает много интересного, а возможно, и страшного о «челябинском клане» и его действиях, – в рамках как объемлющего его либерального клана, так и его собственной политико-хозяйственной деятельности.
Кузьминов
Могильщик российского образования
Специалист по натуральному хозяйству и экономической мысли
Ярослав Кузьминов родился в 1957 году в Москве, в семье жестко ортодоксального марксиста, заведующего кафедрой политэкономии в Академии общественных наук при ЦК КПСС.
С первого курса Кузьминов занимался научной работой, изучая натуральное хозяйство с точки зрения экономики и уделяя основное внимание его институтам. С третьего курса преподавал экономическую историю и историю экономической мысли в экономико-математической школе для старшеклассников, затем возглавил ее. Работал в комитете комсомола и в совете молодых ученых, где познакомился с Гайдаром и будущим заместителем министра образования Асмоловым.
Окончив экономический факультет МГУ в 1979 году, 10 лет преподавал на кафедре истории народного хозяйства и экономических учений, в кружке при котором занимался с начала учебы. Стал соавтором нескольких учебников по экономической истории (описывал докапиталистические экономики и становление капитализма в разных странах) и истории экономических учений (описывал ранние социалистические теории, анархизма и «вульгарный марксизм» конца XIX – начала XX века).
В 1984 году защитил кандидатскую диссертацию по экономике общины, в которой констатировал, что натуральное производство использует естественно протекающие природные процессы, результат слабо связан с усилиями и материальными вкладами производителей, а сами производители однородны. Если эта однородность сохраняется, возникает община, если нарушается – иерархические структуры азиатского или феодального типа. Кузьминов показал, что экономические отношения в натуральном производстве (доэкономическом по своей природе в силу спорадичности обмена) в основном состояли в страховании рисков натурального хозяйства.
Увлекшись своей аспиранткой Набиуллиной, молодой преподаватель Кузьминов после ее беременности ушел из семьи, оставив двоих детей. Это вызвало жесткую реакцию парткома, и ему пришлось покинуть экономический факультет МГУ.
Однако для будущей карьеры Кузьминова это сыграло колоссальную роль, так как, похоже, именно через новую жену он познакомился с Ясиным, верным паладином которого стал на всю жизнь.
Изучение процесса перерастания общества, живущего натуральным хозяйством, в классовое подвело Кузьминова к изучению отчуждения труда, происходящее в процессе трансформации общества. Отсюда было рукой подать до критической оценки социализма, в котором отчуждение труда, несмотря на все усилия, сохранялось. В 1989 году он со своей новой женой Набиуллиной стал соавтором книги «Отчуждение труда: история и современность» (другие соавторы – Вадим Радаев, сейчас его первый заместитель в Высшей школе экономики, Татьяна Субботина – сотрудник Всемирного банка).
Изучая развитие экономической мысли (по его инициативе в 1989 году стало выходить первое издание в области истории экономической мысли и экономической истории – альманах «Истоки»), пришел к вполне естественному выводу, что даже частичная канонизация экономической теории мешает ее развитию, ведет к «окукливанию» и вульгаризации.
В 1989 году Кузьминов перешел в Институт экономики АН СССР «под крыло» к его директору академику Абалкину и, вероятно, Ясину, где работал старшим научным сотрудником и заведующим сектором историко-экономических исследований. При этом Кузьминов два года был одним из директоров фонда «Культурная инициатива» Сороса, в котором занимался проектами поддержки образования – и впервые соприкоснулся с ним как с объектом управления.
В том же 1989 году участвовал в создании «альтернативной», по тогдашней моде, кафедры экономической теории в легендарном физтехе, на которой экономика преподавалась без доминирования марксистско-ленинской политэкономии. Это было внове, и кафедра пользовалась бешеной популярностью, в результате чего обычные преподаватели остались без студентов. Партком пожаловался в ЦК, и Кузьминов был уволен из МФТИ.
В следующем году он открыл такую же межфакультетскую кафедру на физическом и историческом факультетах МГУ – и история повторилась.
Тогда Кузьминов вместе с Ясиным, который работал под руководством Абалкина в Комиссии по экономической реформе при Совете министров СССР, начал продвигать идею создания экономического колледжа по западным стандартам; в 1992 году она переросла в создание полноценного вуза – Высшей школы экономики.
Они едва успели: Кузьминов был назначен ректором ВШЭ 27 ноября 1992 года, буквально последним постановлением правительства, подписанным Гайдаром (а последним подписанным им распоряжением, насколько можно судить, он отписал своему институту огромный комплекс зданий в Газетном переулке, рядом с Кремлем и Тверской улицей).
Во главе кузницы либеральных кадров