Михаил Болтунов – ГРУ. Поединок с «черными полковниками» (страница 7)

Кто-то даже пошутил тогда над ним, мол, хочешь еще один хомут? Пожалуйста. Так, в сущности, и было. Однако, как признался в беседе со мной полковник Калинин, он прекрасно понимал: вряд ли завербуешь толкового агента, если будешь работать с ним только на честном слове. Нужен еще один весомый аргумент – конкретное дело.

Правда, когда Александр Сергеевич «влез» в работу фирмы, понял, что надо в корне менять и политику закупок. Прежде они занимались только розницей, например приобретали за рубежом видеомагнитофоны. Никто не скажет, что это не нужный товар. Но все-таки по большому счету это мелочовка.

А вот, к примеру, закупка оборудования для организации космической связи Белый дом – Кремль или уже в ту пору компьютеризированной системы организации движения судов в проливе Находка, это, как говорят, совсем другой коленкор. Иной уровень отношений. Да, ответственность велика. Это тебе не сотня «видиков». Однако волков бояться, в лес не ходить – так рассуждал Калинин. И оказался прав.

В ходе работы, общения с зарубежными бизнесменами, заключения контрактов нарабатывались нужные связи, укреплялись знакомства, столь необходимые не только в «крышевой», но и в разведывательной деятельности.

«Работа интересная, – признается Александр Сергеевич, – но на износ. Была одна зарубежная фирма, не будем называть ее по имени, хоть с тех пор прошло сорок лет. Долго мы к ней не могли подобраться. Она изготовляла прекрасное оборудование связи. Но подойти к ней было невозможно и на пушечный выстрел. Тем не менее удалось найти тропинку к этой фирме. Мой агент в Германии вышел на доверенное лицо на родине, тот на своего человека в США… В общем, цепочка из нескольких специалистов в разных странах. Комплект аппаратуры состоял из семи приборов. Каждый из них оказался столь ценен, что я сразу же, а не через полгода-год, получил семь оценок особой важности, а потом еще и медаль „За боевые заслуги“».

Ценные контакты нарабатывались годами. Надо было уметь поладить как с зарубежными бизнесменами, так и со своими родными «спецами» из Министерства машиностроения, промышленных средств связи, судостроения. Как разведчику, ему важно было совместить несколько параметров – понять, в чем нуждается наша промышленность, оценить свои возможности, получить заявку от ВПК и, самое сложное, выполнить ее.

Не хвалясь можно сказать, что Александр Калинин всегда был в тройке лучших, наиболее результативных оперативных работников своего направления.

Нельзя забывать и еще одно обстоятельство: это были 70-е годы прошлого века. Все, кто общался в ту пору с иностранцами, находился, скажем так, под присмотром Комитета госбезопасности. И офицеры военной разведки не исключение. А уж тот, кто работал постоянно с иностранцами, и подавно. Как, например, Калинин. «Там ты работал под чужой контрразведкой, а тут под своей», – улыбается Александр Сергеевич.

С годами «топтуны», конечно, попривыкли к нему, пригляделись, а поначалу не успеет он со своим знакомым иностранцем присесть в ресторане «Националь», как глядишь, официант тащит столик, ставит, и садятся рядом с ними соглядатаи с пивом и постными физиономиями. Как бы ни был психологически подготовлен, на нервы действует.

Да, две пятилетки в Москве Александр Сергеевич прослужил мощно, с полной отдачей. В 1977 году у него было десять оценок «особой важности». Результат, надо сказать, очень высокий. Но здоровье пошатнулось. В 1978-м он попал в госпиталь. Сложнейшая операция, полтора месяца на больничной койке. А когда восстановился, его ждала новая, более сложная и ответственная работа – подготовка к Олимпиаде-80. Прекрасно помнит совещание у первого секретаря Московского городского комитета партии Виктора Васильевича Гришина и его обещание, ежели какой срыв, партбилет на стол.

Калинин тогда отвечал за закупки оборудования для нашего телевидения. Сколько нервов и сил было потрачено. Казалось, все рассчитали, продумали, закупили табло, а оно не встает. Кто-то «умник» дал команду увеличить трибуны на один ряд.

Но самое обидное, вложив столько трудов в обеспечение Олимпиады, Александр Сергеевич ее так и не увидел. Накануне пришел приказ – убыть в длительную командировку в Непал.

Что ж, приказ для человека военного свят. Да и засиделся он в Москве. Правда, духовная столица мира, как нередко называют Непал, это не та страна, где можно развернуться как эксперту торгового советника, так и разведчику. Но он прекрасно понимал, у американцев хорошая память, а ему важно провериться. Как сказал один из его начальников, «главное, чтобы командировка прошла без замечаний, а там посмотрим…» Ну что ж, сказано – сделано.

Непал. На родине Будды

После сумасшедшего московского ритма Непал показался ему тихой заводью. Откровенно говоря, Центр мало интересовался духовной столицей мира. Все взгляды были направлены на соседнюю страну, Китай, с которым по-прежнему у Советского Союза были напряженные отношения.

В работе присутствовали свои сложности. Например, язык непали, на котором говорит половина населения страны. В свою очередь непальцы, неварцы, шерпы практически не понимают английского. Так что языковой барьер серьезная преграда для общения.

Впрочем, разведработа границами Непала не ограничивалась. Если хорошо потрудиться в Азии, можно найти достаточно открытых источников. Журналы, сборники научных статей, монографии издают различные институты, которые весьма глубоко разрабатывают экономические, военные, геополитические проблемы региона. Как говорят, грех было не воспользоваться этим богатым подспорьем. Так что с информационными материалами было все в порядке.

Что же касается оперативной работы, то на связь Калинину был передан агент-непалец, журналист одной из местных газет. Однако с ним получился конфуз. Когда Александр Сергеевич решил познакомиться с человеком, с которым ему предстояло работать, тот просто не вышел по явке. Так продолжалось месяц, другой. Все бесполезно. Пришлось его разыскать. К счастью, он знал английский. Выяснилось, что агент действительно доброжелательно относился к нашей стране, к советским, и рад был поработать на разведку, но у него нет информационных возможностей. От денег он не отказывался, от угощения тоже, но представить какую-либо информацию не мог. И это сразу становится ясно после двух-трех встреч. Однако Центру, судя по всему, не так-то просто оказалось признать неприятную новость, что включение этого человека в агентурную сеть было ошибкой. Аргументы Калинина отвергаются, Москва упорно пытается найти возможность использовать агента.

Александру Сергеевичу приказывают заняться его обучением. Приказ надо выполнять. Что он и делает. Тайнопись, тайниковые операции и многое другое, что требуется знать агенту. Однако как его использовать, не знает и сам Центр. Все попытки тщетны. Что ж, случается и такое. И тут уж не убавить, ни прибавить.

«В Непале происходило много интересного, – вспоминает полковник Калинин. – Порой очень неожиданные и неоднозначные события. Помнится, сменился у них кабинет министров. Посол собирает всех и ставит задачу: установить контакт с новыми министрами. Мне достался министр туризма. Еду к нему, представляюсь, беседую. Очень доброжелательно приняли меня, и министр туризма выражает желание встретиться с послом. Но поскольку посол находится в отпуске, его соглашается принять наш советник-посланник.

В назначенный день накрываем стол в зале для приемов. Приезжает министр в сопровождении пулеметчиков. Знакомлю я его с советником-посланником. Все вроде идет в дипломатических рамках. Но после нескольких приемов виски министра неожиданно понесло. „Ребята, я готов возглавить страну. Помогите финансами. Поднимем восстание“.

Мы, откровенно говоря, потеряли дар речи. Советник-посланник сидит бледный. В голове одна мысль: во что мы вляпались. К счастью, это оказалось лишь пьяной болтовней. Быстро свернули прием и отправили министра восвояси».

В 1983 году окончился срок командировки и Александр Сергеевич возвратился в Москву. Вновь работал здесь, в столице, а через три года ему предложили поехать в Индию. На знакомую должность эксперта при торговом представителе СССР. Сначала он попал в город Мадрас, что в Южной Индии, на берегу Бенгальского залива, потом его перевели в Дели. Он отработал там вместо трех целых пять лет. Сделал немало. За спиной был многолетний опыт работы, крепкие связи в Москве.

Как скажет сам Александр Сергеевич: «Мы добывали то, что не могли добыть другие». Подтверждением этому может служить высокая оценка его труда в индийской командировке. По возвращении из Дели полковник Александр Сергеевич Калинин удостоился высокой награды – ордена «За службу Родине в Вооруженных Силах» III степени.

В 1994 году закончилась его служба в военной разведке. Полковник Калинин ушел в запас.

«Симпатичный журналист из ТАСС»

Так называли Нила Ленского французские газетчики. В 1978 году в Париже состоялся громкий процесс: судили Жоржа Бофиса, героя Сопротивления, офицера Почетного легиона. Он получил восемь лет заключения за шпионаж в пользу Советского Союза. Как утверждалось на суде и в прессе, завербовал Бофиса Нил Ленский, советский военный разведчик, работавший под крышей телеграфного агентства.