Михаил Бобров – Запиханка из всего (страница 67)

“- Они же меня обратно в пса превратят!

– А меня – в человека…”

С другой стороны, одна только запись разума на диск, флешку или там квантовый блок – даже и без возвращения в реальный мир! – все равно неописуемый прорыв. Круто!

Интересно, что бы сказал о таком Лис?

Нет, Лис же мертв.

Винни вздохнул.

Тогда Шарк?

– Шарк, что это ты делаешь?

– Движок для форума.

– Их же до жопы!

– Такого как мне надо, нет.

Артем почесал тоненький затылок:

– А какой тебе надо?

Шарк тоже поскреб щетину:

– На первый взгляд, несложный. А стал искать готовый – все чуть-чуть не так, или не то. Я хочу обычный движок, где каждому сообщению можно поставить не только плюс или минус, но, скажем, плюс десять или минус десять. Ведь не секрет, что иногда плюсик означает просто: “Видел, согласен” – а иногда и есть за что поблагодарить автора от всей души. Но поставить можно все тот же плюсик, дохлую единичку.

– Я бы добавил окошко для обоснования, – сказал Артем. – Чтобы плюс десять – а особенно минус десять! – не лепили от плохого настроения.

Шарк хмыкнул:

– Мы тут на одном форуме настроили картинку. Когда ставишь минус, открывается окошко, там Герасим бросает Муму в речку. А собачка ему и говорит, – Шарк скроил зверскую рожу:

- “На клятiй москальскiй мовi: “Герасiм! За что-о?”

– И как, помогло?

– На следующий день прибежало стадо ватников, а к ним стадо бандеровцев. Так что мы сайт просто вырубили.

Артем посмотрел на беленый потолок главного клубного зала. Помолчал. Шарк, продолжая щелкать клавишами, сказал:

– Раз в год можно поставить кому-либо сотню. Плюс или минус. Это без объяснений, потому что экстремальные чувства редко поддаются объяснению. Но вот это право дается только по средневзвешенной цене сообщения.

– А накрутки?

– Таких событий немного. Думаю, модератор справится.

– Ну ладно, – Артем вылез из-за стола, прошел и открыл дверь:

– Заходите!

Шарк включил нагреватели на максимум: за дверью все-таки январь. Хоть и не слишком холодный.

Программистов собралось почти столько же, сколько и летом: пока что никому из них не надоело. Расселись, поставили ноутбуки на столы. Ждали, пока компьютеры нагреются, чтобы осевшая на холодных платах влага испарилась, не закоротила дорожки. Разговаривали. Шарк с удовлетворением насчитал три группки по нескольку человек и две пары – еще летом толпа сутулых одиночек, а сейчас уже какие-то связи.

– … Стартап учит ворон обменивать окурки на еду.

– Надо тогда мусорки придумать. Особые, чтобы вороны из них окурки не воровали. А то будет, как у Стругацких в “Стране багровых туч”.

– В смысле?

– Там роботы-геологи разнесли склад урана. Нашли по излучению, решили, что месторождение и распотрошили на образцы.

– Может, проще людей научить обменивать окурки на ту же, например, жвачку?

– Ты новости смотрел? Купола на Марсе когда еще построили, а заселить все никак не соберутся, высадили одну десятую от запланированного. То финансовый кризис, то НАСА не платят, государственный шотдаун, или как там оно называется.

– Да… Пожалуй, ворон обучить проще…

Шарк ступал между столов, осторожно пожимая тонкие программисткие лапки. Кивал. Улыбался. Думал.

Вот есть клуб “Факел”. На его содержание отпускаются некие суммы. В нем работают волонтеры. А что выпускает клуб “Факел”? Хорошее настроение? Дружбу? И в чем ее измерять? В Д’Артаньянах?

– … То есть: роботакси на воле?

– Ну вот оно ездит, принимает заказы, получает деньги, заряжается, чинится, а бенефициара и владельца у него нет. Никто не получает доход с этой машины. Такси само катается, копит монеты, а когда накопило, покупает еще одно такси и выпускает его дальше кататься… Ух!

– Не “ух”, - Шарк хихикнул, – а “Ведьмак из Большого Киева”. Васильев написал.

– Так это что же: все давно придумано?

– Все не все, но матчасть знать надо.

– Можно уже включать?

– Лучше пять минут потерять, чем новый ноут покупать!

Шарк вытащил проектор – как некогда Винни, одной рукой:

– Посмотрите пока фильм учебный, нам тут инструкторы Змея подогнали. Оптимизация навигационных расчетов. Как раз нам по теме на сегодня.

Программисты развернулись к полотняному экрану без особой радости, но фильм делали настоящие профессионалы: ярко, живо, понятно. Все скоро увлеклись проблемой.

Шарк вышел на заснеженный двор, закрыл за собой дверь. У ангара курили Лось и Пеньтавр, байкеры из “Черной чаши”. Пеньтавр спросил с очевидным ехидством:

– Привет, умник! Как там наука, уже определила, что такое х*й?

Шарк оскалился:

– Это объективная реальность, даваемая женщинам в ощущениях. Если по ощущениям: "вау!" – никто не будет требовать справку о размерах. Женщине плевать, сколько у тебя там сантиметров. Во время секса она стонет из – за того, что наконец – то сняла лифчик и каблуки.

– Ну, блин, профессор! Вывернулся. Уважаю. Слушай, Шарк. А чем вы тут вообще занимаетесь?

Шарк пожевал ответ и передумал озвучивать. В самом деле, сколько Д’Артаньянов дружбы выходит на вложенный рубль?

– Мы программистов учим. По крайней мере, официально.

Мотоводы переглянулись:

– Шарк, мы серьезно, без подвоха. Объясни нормально. У вас идет сквозная тема всю осень. Мы что-то понимаем, а что-то темный лес. Интересно же. Все говорят: ай-ти, программисты. Нам бы хоть какое представление.

– Вот смотри, – Лось притопнул по снегу рубчатой подошвой. Полюбовался на четкий рисунок. – Если мы тебе расскажем, на чем ездим, ты механиком не станешь. Но хотя бы поймешь разницу между инжекторным, карбюраторным и дизельным движками. Вот нам бы на таком уровне. Долго?

Шарк приоткрыл дверь, заглянул в клуб. Мелкие увлеченно смотрели на схему движения тел при грави-маневре с обгоном центрального светила – то самое, что проделал некогда загадочный метеорит Оумуамуа, прилетевший на громадной скорости из межзвездного пространства. Очень уж такой маневр подходил разведочному зонду. И совсем не подходил мертвому куску железа. Человечество несколько забеспокоилось и на весы освоения космоса упала еще песчинка. Например, программа “Домен” по заселению Марса стартовала именно в том году, как рассказывал Змей… Так, пример с Оумуамуа в середине фильма, еще добрых десять минут можно разговаривать.

Кивнув Артему: все, мол, нормально – Шарк закрыл дверь и вернулся к байкерам:

– Значит, я совсем по-простому. Реально там куча нюансов, но полностью их рассказывать скучно и долго.

Дождавшись кивков, Шарк продолжил:

– Обычная память компьютера – длинная цепочка ячеек. Просто лента. И машинный адрес – номер ячейки. Что бы ты в ту память ни засунул, без компьютера не разберешься, где лежит. Первая же ошибка – вся лента в кашу. Типа, как почтальон ошибся номером дома, и дальше вся почта уже идет со сбивкой. Понятно?

– Пока да.

– Мы хотим компьютер, где ячейка памяти хранит не одно число, а сразу блок. Типа нейрона. Какие-то числа, описывающие сам нейрон – и ссылки на другие такие же узлы. Но адрес не цифровой, потому что каждый нейрон с именем. И, если что-то грохнется, человек может всю цепочку размотать. Потому, что все нейроны еще при рождении втыкаются строго по алфавиту в свое место. Тогда память уже не лента, а дерево. Ветвистая структура. Одна цепочка оборвется – зайдем по боковым веткам. Понятно?