Михаил Беляев – Владыка Пустоты 6 (страница 5)
— Да блин а!.. — ругнулась девушка. Поля ловко прижала пуговицу ботинком и подняла её.
— Чего ж ты так нервничаешь, — вздохнула девушка. — Вон аж пуговку оторвала… давай сюда, я пришью.
Она быстро выудила из внутреннего кармана небольшой походный набор с иголкой и пучком ниток и показала соседке.
— А… спасибо, да и я сама могу…
— Понятно, что можешь, но неудобно же, — улыбнулась Поля. — Давай сюда руку, я быстро.
Смутившись, девушка протянула руку.
— Меня это… Таней звать.
— Поля, — кивнула она и, прижав пуговицу, вытянула иглу с уже наживленной ниткой. — Волнуешься?
— Да чёт мандражирую немного, — покраснев, кивнула та. — Первый раз, ну… мало ли чего будет.
— Ну, что будет, то будет, — Поля дернула плечиком, сноровисто прокалывая иглой рукав. — Толку-то переживать. Ты лучше это, на рожон не лезь. Держись рядышком, вместе-то не пропадём.
— Угу, — шмыгнув носом, Таня улыбнулась. — А ты давно уже в сопротивлении?
Та отрицательно качнула головой. Пальцы ритмично работали, пропуская иглу вверх и вниз, нитка крепко притянула пуговку к рукаву.
— Вот и я недавно, — Таня дернула плечом. — Я ж раньше тоже у дворян служила, да только ко мне их глава приставать начал. Руки распускать, а один раз вообще в кладовке как зажал, так я еле ноги унесла. Ну, жена-то у него с детьми всё время, а у него, видите ли, страсть к молоденьким…
— Вот же кобель, — хмыкнула Поля. — Чего ж ты ему по рукам не надавала?
— Так разве ж можно? — вздохнула та. — Он князь, а я что? ну и в общем…
Поля горько усмехнулась. Одно дело, когда любишь, а другое — вот так давать себя обжимать где попало… не дело это.
— Дурёха, — бросила она, затягивая узелок. — Дала бы ему разок сковородкой по башке, больше бы и не лез. А полез — так всё его жене бы сказала.
Поля невольно улыбнулась. Знакомые слова грели сердце, а ведь ещё недавно ей самой Варя говорила нечто подобное. Варя… она всегда находила самые верные слова, чтобы её подбодрить, одёрнуть, да и на путь истинный наставить.
Интересно, как она сейчас?
— Смелая ты, — посмотрев на неё, улыбнулась Таня. — Я не такая. Ну, тогда не была.
— А теперь чего, смелости набралась?
Поля аккуратно оторвала нитку и застегнула пуговицу на её рукаве.
— А теперь… мне терять нечего. Мама моя умерла от порчи, а я и работать-то пошла, чтоб лекарства у неё были.
— Вот как, — вздохнула Поля. — Все мы кого-то потеряли…
Автобус резко затормозил. Обе девушки встрепенулись, вцепившись в подлокотники.
— Приехали! — задняя дверь автобуса распахнулась, и в проёме показался Лука в черных одеждах. — На выход, ребята!
Полина вышла следом за остальными и осмотрелась: они остановились на краю дороги, впереди виднелась высокая ограда и густой сад за ней. Владения князя, не иначе.
Вот и началось.
Бойцы один за другим разбирали сумки из второго автобуса и, собравшись группами, уходили к дыре, пробитой в ограде. Лука проводил взглядом последнюю группу, где оказалась и Таня. После чего подозвал Полину.
— А это тебе, детка, — он вручил ей увесистую черную сумку и улыбнулся. — У тебя будет особое задание. Как доберемся, я все расскажу. Дуй за мной, не отставай!
— Поняла, — кивнула она и, повесив сумку на плечо, пошла за ним к ограде. Волнение и страх в ней боролись с любопытством, и как только Лука юркнул в пролом, она быстро расстегнула сумку и заглянула внутрь.
От одного взгляда в груди возник увесистый ледяной комок.
Внутри были свёртки из десятков трубок с прикрепленными к ним детонаторами.
Взрывные устройства.
Холод поднялся от позвоночника к затылку.
Варя… если бы она это увидела…
Ослабевшие пальцы задрожали, чуть не выронив тяжелую сумку.
— Ты чего там застыла? — из прохода высунулась голова Луки. Его взгляд скользнул по открытой сумке. — Всё норм? За мной, не отставай!
Глава 3
Из болота я выбрался уже затемно. Над лесом зажглись звезды, ярко горевшие сквозь редкие облачка. Лишь у кромки гор, куда закатилось солнце, виднелось оранжевое зарево альва-ауры на месте сражения с Владыкой.
Я оглянулся на пузырящуюся, вонючую топь, отбросил палку и поспешил вглубь леса. Из-за деревьев виднелся свет, слышались голоса людей и долетали запахи еды. О том, что в моем желудке было пусто уже больше суток, я старался не думать.
Холодный ветер пронизывал до костей, а после болота одежда была мокрой насквозь. Наспех обтершись сухой травой, я поспешил к лагерю. Что-то внутри подсказывало, у меня мало времени.
И когда впереди замаячили огни костров, я понял, что чутьё не обмануло.
Вокруг костров суетились люди, одни наспех сворачивали палатки, другие — паковали вещи, явно готовясь сниматься с места. Я взглянул на небо: ночь едва наступила, людям после дневного перехода нужен отдых. Куда их погнал их командир посреди ночи?
Если только что-то не изменилось… или пленницы не оказались чересчур важными.
Я сел возле дерева и, стараясь не дышать, прислушался к голосам из лагеря. Но как назло люди перекидывались лишь скупыми фразами, никак не относящимися к пленницам.
Зато неподалеку раздался шум веток и шаги. Кто-то из повстанцев отошел от лагеря, видимо, по малой нужде.
Это мой шанс.
Я бесшумно отошел во тьму леса и в десятке метров заметил силуэт невысокого бойца, пристроившегося возле кустов. Бесшумно подобравшись ближе, я встал за деревом и рассмотрел его.
Боец был в потрёпанной форме старого образца, явно ему не по размеру. На поясе сзади болталась фляжка, штатные ножны на ремне были расстегнуты, а рукоятка ножа — исцарапана и вся в земле. Видимо, ей он забивал колья для палатки. Он неспешно сделал своё дело, застегнулся и, насвистывая что-то, направился обратно. Мимо дерева, за которым я укрылся.
Отступив в тень, я нырнул в скачок. Мир с гулом замедлился. Шаг назад, за дерево — и впереди показался силуэт повстанца. Я шагнул ему вслед, поднимая руки. Если гад успеет вскрикнуть или подать сигнал, придется сломать ему шею, хоть и не хочется трогать простолюдинов…
Но кто знает, что они успели натворить с пленницами.
Скачок прервался, я шагнул за спину бойцу. Он на миг замер, почуяв неладное — и я моментально обхватил его шею сзади, сжав гортань.
Он дернулся, рука потянулась к ножу, но я был быстрее. Потянул его назад, сжимая горло, пока не прижался к дереву. Короткий удар по затылку быстро привел его в чувство.
— Дернешься — порву горло, — сдавленно прошептал я, сдвинув пальцы. — Понял — кивни.
Судорожно дыша, он замер на секунду, обдумывая мои слова. Попытался сглотнуть — и кивнул. Тихо выдохнув, я продолжил.
— Хорошо. Я спрашиваю — ты отвечаешь. Если да — киваешь, нет — мотаешь головой. Говори шепотом, вздумаешь заорать — вгоню твой же нож тебе в бок. Это понятно?
Он покосился назад, пытаясь увидеть хоть что-то кроме моих рук, но получив тычок в ребра, усердно покивал.
— Ты из повстанцев-простолюдинов?
Кивок.
— Вы были на поле боя, когда упало «Белогорье»?
Боец снова кивнул, мелко дрожа.
— Что вы искали?