Михаил Белозёров – Актёрский роман (страница 29)

- Хороша коняшка, - успел цинично согласиться он прежде, чем Евгения Таганцева вернулась на кухню.

- Давай свои болячки! Давай! Давай! - скомандовала она с таким энтузиазмом, что не подчиниться ей не было сил.

Анин, ухмыляясь, как беззубый гоблин, задрал пижаму. - И ухо распухло... - сморщился он скоморохом. - И голова в шишках... - с наслаждением пощупал голову. - И пятка болит... - И всё это только к вящей радости Таганцевой.

- Будешь знать, где шляться! - как наседка, закудахтала она над ним.

- А это тебя полиция угостила, - неожиданно для самого себя покраснел Базлов, - пока не разобрались, что к чему.

- Я был в полиции?.. - на тон выше осведомился Анин, блаженствуя в своём ликёро-ромового упоении.

Он так крутился на стуле, так пялился на Таганцеву, подставляя бока, словно шелудивый пёс, что едва не шлёпнулся на пол.

- Естественно. Это твоё обычное состояние последних двух месяцев, - не удержался от нотации Базлов.

- А что я делал на кладбище?

Похотливая дурашливость так и плавала у него в глазах, и, похоже, нравилась Таганцевой, как мясная подливка со сковородки.

- Могилу разрывал, - огорчил его Базлов.

- Могилу?!! - Анин схватился за голову и застонал то ли от болезненных шишек, то ли в порыве раскаяния. - Не может быть... - захныкал он, дурачась, однако, на лице у него было написано полнейшее самодовольство, ещё бы, учудить такой фокус не каждая 'себяшка' способна.

- Да ещё заставил бедных сторожей, - в тон ему добавил Базлов.

- Боже... - снова не поверил Анин.

- Вот именно! - назидательно кивнул Базлов, для пущей убедительности выпучивая глаза. - За семьдесят тысяч-то!

- За семьдесят тысяч! - как эхо повторил Анин, на этот раз его постигло неподдельное изумление.

Этого он не помнил.

- Естественно, кто устоит? Уже был слышан звук ударов, - злорадно живописал Базлов, - комьев земли по крышке, когда вас повязали.

- Повязали?! - Евгения Таганцева добралась до синяков на груди Анина, и он тихо ахнул: - Поосторожней! Я знаю, кто это!

Казалось, что по его лицу пробежала неведомая тень страха.

- Кто? - вопросили они хором, наклоняясь к нему, и Евгения Таганцева прекратила свои любовные игры. Грудь у нее оказалась крепкой, с твердыми сосками.

- А у вас нет такого, - вдруг неподдельно поинтересовался Анин, заглядывая в лицо то Базлову, то Таганцевой, - ты сказал всё-всё-всё, что ты уже сказал?

- В смысле?.. - Базлов, опешив, покосился на Таганцеву: вдруг Анин спятил, или на пути к этому?

Но Таганцева отрицательно покачала головой. Женская интуиция её никогда не подводила.

- В жизни! - уточнил Анин и даже для образности показал руками.

- Нет, у меня такого нет, - признался Базлов и почему-то подумал о Ингваре Кольском, который не утруждал себя подобными вопросами или, вообще, заморочками про жизнь.

- И у меня тоже, - помедлив, кивнула Таганцева.

- А у меня есть! - заявил Анин, глядя на них победоносно.

И Базлов испугался за его здоровье пуще прежнего.

- Повезло тебе... - осторожно заметил он, боясь, что у Анина начинается приступ этого самого гипнотического транса, или чего похуже.

- Что?.. - словно очнулся Анин, и глаза у него сделались очень и очень серьезными.

- Скоро поймёшь, - грубо пошутил Базлов, чтобы отвлечь Анина

- А-а-а... в смысле... в этом смысле? - насмешливо уточнил Анин. - А я не понял, - заухмылялся он в обычной своей раздолбайской манере.

Базлов вздохнул с облегчением.

- Ну вас к чёрту! - запротестовала Таганцева, не привыкшая к их общению.

- Так кто?.. - напомнил Базлов, возвращая Анина из философствования в реальность.

- Витька Коровин! - огорошил их Анин.

- Коровин?! - удивилась Евгения Таганцева и снова принялась священнодействовать, и Анин понял, что у неё даже очень ласковые руки.

Пару раз она словно невзначай прижималась грудью к нему, и он каждый раз терялся: 'Ерунда, тебе показалось. Так не бывает'. Он и на мгновение не мог себе представить, что может кому-то нравиться, особенно таким сногсшибательным девицам. И что у нас общего, кроме разницы в возрасте?

- Так он же?.. - не закончила фразу Таганцева.

Анина переклинило окончательно. Он ошарашено молчал целую минуту. Базлов с Таганцевой уже начали беспокоиться за его психическое здоровье, а Базлов пожалел, что выкинул визитку главврача, которую он настойчиво совал ему в карман. Наконец Анин заговорил, как из самого глубокого колодца в мире:

- Я всё время пытался вспомнить... что сказал мне Коровин перед смертью...

- Что?! - вскричали оба от изумления, никак не ожидая такого поворота разговора.

Базлов, как всегда, взялся за усы. Евгения Таганцева застыла и перестала ласкаться.

- Я получил от него СМСку, всё тем же загробным голосом продолжил Анин, не замечая, что Таганцева напряженно дышит ему в затылок: 'Все хорошее когда-нибудь кончается. Не поминай лихом. Ушёл в...'

- Куда-а?.. - напрягся Базлов и даже не заметил, что дёрнул себя за левый ус.

- Не знаю... - растерянно поднял на них глаза Анин и побледнел от ужаса.

Метафизический смысл происходящего напугал их сверх меры. Никто из них никогда не сталкивался ни с чем подобным, разве что бабушка рассказывала о домовом.

- Наверное, 'в запой'?.. - беспечно предположила Евгения Таганцева, ещё не понимая, что именно происходит.

Но Анин так на неё покосился, что она сообразила, что здорово ошиблась и что мужчины существа престранные, логика у них ни на что приличное не похожа.

- Я вспомнил! - дико заорал Анин так, что лампочка под пластиковый абажуром жалобно мигнула три раза. Все уставились на неё, как на знак свыше. - Витька приходил ко мне!

Евгения Таганцева взвизгнула, а Базлов побледнел и вырвал себе из левого уса несколько волос.

- Сюда?! - уточнил он и почему-то оглянулся на дымоход в саже.

- Сюда, и в гостинцу в Гонконге, - всё тем же загробным голосом сообщил Анин, глядя перед собой пустыми глазами.

Теперь он точно сожалел, что не раскопал друга. Может, вся жизнь по-другому сложилась бы, гадал он.

- Ой, мамочки! - ещё раз взвизгнула Евгения Таганцева, словно по полу толпами бегали тараканы.

И Анин рассказал им всё о Викторе Коровине: и насчёт солнышка на том свете, и о бесцеремонном тычке в ухо, и о требовании Коровина явить миру его бренное тело. А уж что дальше будет с ним делать Виктор Коровин, Анин мог только гадать. Он не упомянул всего лишь о кармических связях, о которых твердил Коровин, потому что интуитивно почувствовал, что дело насчёт Сапелкина пахнет керосином. Трепаться об этом было опасно. Как оно потом обернётся, думал он, одному Богу известно.

- Мы с ним это не обсуждали, - неудачно соврал он.

Он точно помнил, что Коровин во что бы то ни стало хотел вернуться в этот мир. Не за тем ли, чтобы разделаться с Сапелкиным?

Базлов, который и так находился под влиянием Анина, сразу и безотчетно поверил ему, да так, что готов был тотчас нестись на кладбище и самолично откопать гроб, чтобы выпустить Виктора Коровина, чтобы он, в свою очередь, возродился и снова сделался бы актёром, но теперь уже большим, с мировым именем, и отстал бы от непутёвого Анина.

Однако Анин снова огорчил его:

- Не надо никуда ехать... Не надо!

- Как?! Почему?! - изумился Базлов. - Да я за тебя! - Рванул на себе рубаху, по полу запрыгали пуговицы.

- Я знаю... - устало кивнул Анин. - Знаю... Давай выпьем за Витку. Не придёт он больше...

- Почему?! - вскричали разом Базлов и Евгения Таганцева.