Михаил Баковец – Крепость на реке (страница 7)

Пришел в себя через несколько минут, и все это время меня колотило нервной дрожью и то и дело выворачивало в судорогах. Обе девушки едва справлялись со мной, и это с учетом огромной силы Сильфеи, которая, собственно, одна и держала меня на полу палатки.

– Всё, можете отпускать, – выдохнул я, когда пришел в себя.

Сильфея встала с меня тут же, а вот Оля задержалась.

– Точно всё? – поинтересовалась она и через мгновение испуганно вскрикнула – это шши ее без сантиментов подхватила под мышки и сдернула с меня.

– Ты слышала тронк’ра? – холодно спросила у нее Сильфея.

– Я о нем забочусь! Вдруг повторный приступ? – запальчиво ответила та.

– Да все нормально, – успокоил я, поднимаясь с пола и осматривая грудь. Там даже шрама не осталось – только слой крови, которая сворачивалась и засыхала прямо на глазах. – Оль, тебе бы умыться, не нужно ходить по лагерю в таком виде.

К сожалению, воды в палатке было мало, полностью отмыться ей не удалось, а уж про одежду и вовсе молчу. Ольге пришлось частично переодеться в мои запасы, а свои убрать в «сидор» (опять же из моих запасов), прежде чем покинуть палатку.

Но не прошло и двадцати минут, как кто-то вломился ко мне… точнее, попытался это сделать, но полетел прочь от входа, как пробка от шампанского.

Я только успел заметить стремительный рывок шши к входу, потом услышал удар и чужой крик боли.

– А, черт! Макс, ты там живой, что у тебя происходит?

– Федь? – удивился я. – Ты чего там?

Накинув рубашку с длинными руками, чтобы скрыть засохшие и плохо отмытые потеки крови, я вышел из палатки… вторым, первой умудрилась просочиться наружу шши. А на улице было на что посмотреть: почти в полном составе тревожная группа поселка с оружием и в экипировке с напряженными взглядами и во главе – Стрелец.

– Целый? У тебя кровь… вон, рядом с шеей.

– Ерунда, не обращай внимания, – как можно безразлично отмахнулся я.

– Ерунда, говоришь…. А почему Оля вышла от тебя вся в крови и с кучей кровавых шмоток, словно в твоей палатке поросенка резали? И молчит, как партизан при этом.

И тут на помощь мне пришла Сильфея.

– Пусть не лезет к тронк’ра, в следующий раз я ей сделаю больнее, больнее, чем ему, – холодно сказала она и едва заметно кивнула на одного из гэбээровцев, который стоял на четвереньках в паре метрах от палатки, при этом стонал и сплевывал тягучую кровь. Короткий дробовик валялся в пыли далеко от входа, в стороне лежала каска, обтянутая камуфлированной и выгоревшей на солнце тканью.

Настороженность в глазах Стрельца сменилась пониманием и весельем:

– Так твои бабы не поделили тебя?! Вот это умора! Как только твоя шши не прирезала Олечку? Ей же это запросто.

– Федь, какие бабы? – нахмурился я.

– Пардон, девушки, – склабился тот. – Народ, нет – вы видали, а? Мы тут думаем, что нашего иного на лоскуты пустили, а у него в палатке прям шекспировская драма случилась!

– Ты-то хоть не продолжай. Что было – то было, главное, все живые и здоровые, а разбитые носы не в счет.

– Для носов что-то крови многовато, – опять засомневался Стрелец. – И лицо у Ольки целое.

– Я, вообще-то, иной, если не забыл. И есть возможности восстановить все шишки, точнее, лекарство. Или ты забыл, как вылечил ее до этого, когда она в лазарет угодила?

– Хм. Ладно, потопали мы тогда, раз у вас тут всего-навсего безобидная семейная сцена.

– Топайте, – кивнул я и тут же спохватился. – Ольгу куда подевали? Что с ней?

– На «губу» посадили до разбирательства с делом.

– Отпусти и попроси прийти ко мне. Извинюсь, в общем.

– Да ты психический мазохист! – присвистнул Федька, и его поддержали смешками солдаты. – Мало одной драки? Ладно, не волнуйся, скоро будет она у тебя. Лучше готовь еще компрессов и бинтов, хе-хе. И учти, есть такая статья – разжигание вражды, и за нее ого-го сколько дают!

И ушел, похохатывая.

Глава 4

На очередное совещание народу набралось столько, что штаб едва всех вместил. Кроме постоянных «глав» Совета сегодня здесь сидели и несколько иных, пара новичков, столько же бывших калек, которые трудами максимовцев вернули свое здоровье, помощники членов Совета поселка.

– Всем добрый вечер, – поздоровался Медведь, потом подождал, когда тихнет нестройный шум ответов, продолжил: – Сегодня хочу поднять тему переноса поселка. Здесь мы заперты, по сути. Охота и рыбалка – вот наши единственные способы добычи пропитания и при этом в окрестных лесах дичи все меньше и меньше, такая же проблема с рыбой. Спасают лишь рыбацкие артели на побережье моря.

– Куда уходить? Менять шило на мыло, строить новые укрепления и дома? – хмуро спросил его Новиков, один из помощников Бородина.

– Насчет постройки домов я бы возразил. Примерно пятая часть еще может претендовать на это гордое звание с грехом пополам. Все прочие же – это корявые шалаши да палатки. И пока капитальные сооружения толком не обжиты, народ на замечания, что однажды придется все бросить и уйти, отвечает в стиле, ничего, на новом месте новые поставим. Но это пока, еще два или три месяца и эта часть укоренится, вживется в стенах, которые поставили своими руками, плюс сыграет свою роль чувство локтя, ведь через два месяца в поселке будет половина нормальных жилищ.

– Вот-вот, – закивал Новиков, – о чем и речь. Зачем опять срывать людей? Мы же здесь закрепились хорошо.

– На новом месте будут и укрепления, и жилища на первое время. Мало того, там на порядок безопаснее всему нашему анклаву будет. И с рыбой проще.

Расположившийся рядом со мной Стрелец несильно толкнул локтем в бок и прошептал:

– Кажется, я знаю, что это за место.

Знает он, я мысленно хмыкнул, пожалуй, тут не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы не понять, что речь идет о крепости на реке.

– Что за место? – заинтересовался Новиков.

– Крепость. Старая крепость на реке, неподалеку стоит портал в джунглях. До него будет проще добираться по воде.

– Да там же дикарей полно?! – испуганно охнул кто-то из собравшихся.

– Уже не полно. После рейдов нашей дружины несколько поселений пигмеев прекратили свое существование. Всего в той стороне из ближайших становищ остались два, одно совсем небольшое и запрятано в самой глубине джунглей. Зачистим их и сможем спокойно заниматься переездом.

– Но зачем? – воскликнул кто-то из незнакомых мне людей, вроде бы из новичков, которых освободили из плена в крайнем рейде.

– Смотрите на карту, – Медведь щелкнул лазерной указкой и направил красную точку на склейку из листов печатной бумаги, на которой были нанесены кроки местности у реки (всего лишь кроки, на полноценную карту у нас талантов не хватило). – Вот здесь имеется небольшой полуостров, на котором стоит древняя крепость. Разведчики сообщили, что она почти не разрушена, после небольшого и даже несрочного ремонта легко вместит наш анклав. Места там хватит на всех. Мы сразу получаем надежное укрытие и уже готовое жилье, плюс на самом полуострове хватает места для небольшого городка, для его защиты достаточно поставить в этом месте, – красное пятно лазера прочертило линию почти на границе с берегом, – высокую стену и как следует ее вооружить. На крайний случай жители городка смогут укрываться за стенами крепости, но это уже на самый крайний случай.

– Там же зомби обитают, как мы слышали, – не успокаивался все тот же Новиков. – Вы предлагаете нам сражаться с этими чудовищами?

А вот это уже серьезно. Спасибо телевидению и режиссерам «зомбятины» за сложившийся в головах людей образ зомби: неубиваемая, быстрая (или не очень) и крайне заразная тварь, которая питается живой плотью незараженных. Люди, даже те, кто побывал в плену у дикарей, могут взбунтоваться, если их отправят сражаться с этими чудовищами.

– Николай Борисович, – обратился Медведь к моему старому знакомому, лысоватому толстячку с глиняного островка на реке, главному рыболову в том крошечном анклаве, который мы спасли с парнями во время разведки речного берега.

– Я слушаю.

– Что вы скажете про тех тварей, которых вы окрестили зомби?

– Ну, зомби они, – смущенно развел он руками, – быстрые, с когтями и зубами, людей жрут.

– Я не совсем это от вас хотел услышать, – покачал головой Медведь. – Тут нас окружают сплошь такие же твари, которые так и норовят загрызть. Я про их особые свойства, как убить, можно ли убежать, заразные они.

– Не заразные, – твердо ответил он. – Тогда многим досталось от их когтей и клыков, но все, кто убежал, потом остались прежними, разве что ранки гноились некоторое время. Убить их сложно, но у нас и оружия не было, одни копья и дубинки тогда имелись.

– Что и хотел я услышать. Друзья, все эти сказки про зомби остались на дивиди на Земле. Здесь все проще, ну и страшнее, чего уж скрывать. Но по поводу зомби могу сказать, что те существа в крепости не страшнее стаи хищников, с которыми мы недавно столкнулись. Пожалуй, хищники опаснее будут зомби, быстрее, сильнее и с клыками побольше. У нас же есть огнестрельное оружие и пушки.

– Мы можем в этом месте построить такую же крепость, – не успокаивался Новиков. – Через год у нас будут укрепления ничуть не хуже, чем на реке.

Вот же чудак человек, что он до Медведя докапывается, ведь видно, что половина за главой поселка пойдет, половина из оставшихся за первой половиной, а остатки просто сомневающиеся, которые только узнают, что их могут тут оставить наедине с дикой природой, так тут же схватят свои чемоданы и побегут впереди всех. Может, он просто метит на место главы нашего анклава и сейчас всеми правдами и неправдами пытается привлечь к себе внимание? Думаю, так и есть, вот только с надеждами занять трон ему стоит распрощаться, Медведь не такой человек, чтобы отдать что-то свое.