Михаил Баковец – Дом в Африке (страница 25)

— Сан, ты заканчивай свои дела и выходи на улицу, к нам гости едут, — уже рабочим серьёзным тоном произнесла Кристина. — Через полчаса обещались быть на берегу.

Из палатки я вылетел буквально пулей, надев только шорты, а майку натягивал уже на улице.

— Кто? — набросился я с вопросами на эхору. — Откуда?

— Как я поняла, из России. Причём люди непростые, как бы не из правительственного клана. Связались с нами около двух часов назад, в этот момент ты с Мирой очень возбуждающе сообщал на всю округу, как вам хорошо…

— Кристи, — поморщился я, — давай без этого. Только по делу, а?

— Связались по спутниковой связи и попросили о встрече. Вроде как сидят на Мадагаскаре, куда прилетели специально для встречи с нами. Время у них расписано по минутам, как я поняла, хотя и не говорили во время сеанса об этом напрямую. Несмотря на такой цейтнот, готовы подождать до завтра, но встречи жаждут очень сильно, — оттарабанила, как рапорт, девушка. — Я сказала, чтобы прилетали через два или два с половиной часа. Буквально только что от них пришло сообщение, что скоро будут на побережье.

— Сама приняла решение?

— Ну, не сама, с девочками посовещались, пока ты так усердно трудился на самом опасном участке фронта. Даже слышали все подробности, как ты изнемогаешь и стонешь от боли, но не сдаешься…

Я закатил глаза под лоб. Кристина — это Кристина, надолго её серьёзности не хватает, если рядом нет опасности.

— Хватит изображать тут умирающего лебедя, — эхора легонько подтолкнула меня в сторону навеса, под которым стоял броневик, чтобы его броня не так сильно нагревалась под прямыми лучами солнца. — Уже почти все готовы, только тебя ждём.

— Стоп, стоп, — я остановился, — нужно Миру предупредить.

— Да без тебя найдутся предупредильщики… ох, как же с тобой сложно, Сан, — всплеснула она руками.

Я вернулся обратно в палатку и в двух словах обрисовал ситуацию.

— Девчонкам я верю, если посчитали, что встреча необходима и безопасна, то так оно и есть. Время у них подумать было, пока мы тут, кхм, — сказал я жене перед уходом. — Не скучай тут без меня, — я чмокнул Миру в губы и опять выскочил из палатки, как чёртик из коробки с приколом.

Пока добрались до берега, мои гости уже успели высадиться на пляж из самолёта-амфибии, который покачивался в паре сотнях метрах от берега, и даже поставить большой навес с белым непрозрачным куполом и стенками из москитной сетки, уставить там столик с несколькими пляжными раздвижными креслами.

Если не считать группу охраны в количестве пяти человек, из которых как минимум пара должны быть эхорами ранга эдак третьего, как минимум, растянувшейся по пляжу (может, и невидимки имеются, не удивлюсь, если так и есть), то общаться предстоит всего с двумя — мужчиной и женщиной. Обоим уже хорошо за тридцать лет, одеты совсем легко, чуть ли не по-пляжному, у обоих взгляды скрыты за зеркальными стёклами больших солнцезащитных очков.

— Здравствуйте, — первым поздоровался я на английском, к обращению на котором уже привык, когда подошёл к шатру. — Чем обязан?

— Здравствуйте, господин Рекдог, — чуть наклонил голову мужчина и встал со стула.

— Здравствуйте, — улыбнулась его спутница и предложила. — Проходите, пожалуйста, присаживайтесь.

Свободными были всего два кресла, а нас пришло трое — я, Кристина и Руста. Сури осталась в машине с Алексой, точнее у машины.

— Я постою, — покачал я головой, потом повернулся к жёнам, — Кристи, Руста, присаживайтесь.

— Кхм, я тогда тоже постою с вами, — хмыкнул мужчина. — Джентльмен не может сидеть в присутствии дам.

— Здесь не светский раут, — пожал я плечами, — впрочем, как пожелаете. Итак, с кем имею честь?

— Маргарита Владимировна Полякова, — представилась женщина. — Старший секретарь отдела по общению с населением канцелярии президента.

— Вальдемар Осипович Штейн, заместитель директора отдела охраны ВИП лиц канцелярии президента.

— Президента какой страны? — уточнил я.

На меня посмотрели с искренним удивлением две пары глаз.

— России, разумеется, — ответила женщина спустя секунду. — Мы же по телефону с вашей женой общались на эту тему.

— Кхм, извините, просто общение на английском меня ввело в заблуждение, — слукавил я самую малость. — Да и не ожидал я встретить в такой дыре представителей правящего клана.

Или они хорошие актёры, или на самом деле те, за кого себя выдают. По крайней мере, реакция организма на мой вопрос у каждого гостя соответствовала правдивому ответу.

— Да уж, тут с вами соглашусь полностью — дыра та ещё. Не хотите поменять её? — усмехнулся Штейн.

— Вернуться домой? Под чужой контроль? Нет, пожалуй, мне и здесь хорошо, — помотал я отрицательно головой. — И, если верить новостям, в России сейчас куда опаснее, чем в Африке, рядом с механоидами.

— Ну-ну, зачем же вы так, господин Рекдок, — сказала Полякова. — Если не ошибусь, то буквально только что — образно говоря — был уничтожен городок, где вы жили некоторое время. А ещё ранее вас чуть не убили в другом городе не очень далеко от первого.

— Бывает, — пожал я плечами. — Зато тут все честно — или ты, или тебя. Имеешь полное право ответить ударом на удар и не бояться, что потом засудят.

— Санлис… могу так обратиться? — вмешался в разговор мужчина.

— Да, — кивнул я, так как мне было, в принципе, всё равно — титулуют меня, или «тыкают» по имени.

— Санлис, не стану разводить тут политических кружев, — тут он бросил мимолётный взгляд на свою спутницу. — Россия достаточно сильно заинтересована в тебе, в твоих способностях эхора, поэтому мы прибыли, чтобы предложить тебе вернуться домой…

— Я…

Штейн поднял ладони, прося дать договорить.

— Мы знаем про твоё нежелание подчиняться кому-либо, про боязнь «золотой клетки» и короткого поводка, — продолжил он. — Опасение вполне справедливое, так как кое-кто предлагал именно так и поступить. К счастью, в окружении президента и в кланах хватает людей более благоразумных, что радеют не только ради себя, но и за страну. Поэтому такое предложение было отклонено. К сожалению, о тебе узнали очень поздно, немалую роль в этом сыграл средиземноморский конфликт, где погибли очень многие специалисты — во время него и впоследствии на зачистке побережья и захваченного города. Госпожа Ялидоша, — Штейн изобразил неглубокий поклон в сторону Русты, — примите моё самое искреннее уважение и восхищение за ваш героический поступок — вы спасли тысячи жизней.

— Я была с Санлисом, — ответила равнодушно девушка. — Его вклад в уничтожение механоидов и их матки не уступает моему.

— Господин Штейн, — обратился я к безопаснику, — можете уже говорить, что хотели, не нужны эти кружева, как недавно упомянули.

— Господин Рекдог, от имени президента и совета кланов России я хочу вам предложить личный герб свободного рода нашей страны, — вместо мужчины ответила его спутница. — Обязанности те же, что у любого представителя подобного титула, никакого давления со стороны правительства, гарантия защиты и беспристрастный разбор всех неприятных обстоятельств и ситуаций, в случае их возникновения.

— Свободный род? — неверяще переспросил я и посмотрел сначала на неё, потом на Штейна и вновь вернул взгляд назад. — Мне?

— Да, — почти в унисон ответили гости.

— Знаете, это очень серьёзное предложение, — произнёс я. — Я бы хотел обдумать его, посоветоваться с близкими мне людьми.

— Мы понимаем ваши сомнения, — сказала Полякова. — После похищения, всех этих покушений, вам не хочется верить никому, но я клянусь честью своего рода, рода Поляковых, что вам ничего больше не грозит и можете спокойно возвращаться домой. Разве вам не хочется увидеть свой дом, может быть, купить новый, или построить по личному вкусу и вкусу вашей семьи? Нормальные бытовые условия, отдых. Я думаю, здесь куда хуже. Ваши жёны, наверное, соскучились по покупкам новых нарядов и косметики, приятному ужину в уютном ресторанчике, хотят зачать ребёнка и вырастить его в безопасности, — она подмигнула Русте и Кристине. — Я, как женщина, их понимаю и завидую их выдержке, сама бы ни за что не протянула здесь так долго, в такой жаре, без нормальной ванны, бассейна и спортивного зала.

Вот же хитрая лиса, знает, куда бить.

— Я подумаю, — повторил я, — можно же?

— Конечно, конечно, — едва не всплеснула та руками. — Никто не давит на вас, господин Рекдог. Если вы решите какое-то время тут пожить, то ничего плохого не случится. Возможно, кое-какие дела остались нерешёнными…

Дальше уже начался пустой трёп, не несущий особой смысловой ценности — главное уже было озвучено ранее. Была затронута тема моего интернетовского проекта, который получил похвалу от женщины (вроде бы, искреннюю, но как там на самом деле — бог знает, такая личность, на таком посту, должна поднатореть в честной лжи и я уже стал сомневаться в действенности своей эхоровской техники по определению реакции чужого организма при лукавстве и правде). Пообещали поддержку рода Поляковых, тут же то же самое пообещал со стороны Штейнов и Вальдемар. Перед прощанием гости оставили номера телефонов — личные, служебные, глав своих родов. Пообещали обязательно узнать по своим каналам о тех странных убийцах в спецкостюмах, про подручных Красного Барона, по вине которых погибли люди из моего окружения (этого я спускать не собирался, сейчас до мести руки не дойдут, но потом — обязательно, разумеется, если эти уроды выжили).