Михаил Баковец – Дом в Африке (страница 22)

Один раз стали свидетелями короткой перестрелки между пятью негритянками — две и три воительницы с каждой стороны — которые в несколько секунд расстреляли магазины в пистолетах и дробовике, после чего между ними началась обычная словесная базарная свара с поливанием друг друга грязными ругательствами и угрозами из-за укрытий. Эта картина была достойна занесения в истории Задорнова из моего мира, настолько смотрелась нелепо и смешно со стороны.

Через пару минут после этого мы въехали в квартал, который изобиловал магазинчиками и передвижными автолавками, где располагалось жильё торговцев и успешных жителей городка, которые могли себе позволить красивую и спокойную жизнь в этом бандитском городке.

Раньше это место было по своему красиво, даже росли редкие пальмы и акации, кусты с мелкими, очень яркими красными цветками, испускающими приятный пряный аромат. Сейчас же… сейчас здесь было не лучше, чем в трущобах: дымящиеся развалины коттеджей и автодомов, перевернутые прицепы-автолавки, тела убитых, сгоревшие ржавые остовы машин.

И запах.

Тяжёлый, полный разложения и едкой гари от резины и пластика.

— Фу, блин, — скривился я, — ну и запашок.

— Привыкай, — усмехнулась Агбейла. — В Африке с подобным ароматом часто придётся сталкиваться.

Несмотря на то, что продуктов хватало на виду, большая часть их была испорчена: консервы раздавлены, пакеты с крупой и макаронами порваны, стеклянные банки разбиты. При этом собирать приходилось только мне и одной из помощниц Агбейлы, в то время как прочие нашу парочку страховали.

Понемногу количество продуктов, что смогли найти в брошенных лавках и перенести в грузовик, росло. За час удалось набрать около двух сотен жестяных банок с различными консервами и полцентнера пакетов с мукой, рисом, сахаром и пачками спагетти. Очень много набрали упаковок с хлебом, резаного на ломти. Такой скорее засохнет, чем покроется плесенью из-за огромного количества добавок. Три больших пластиковых ящика из-под бутылок наполнили баночками с жидкими приправами и растительным маслом, орехово-шоколадной пастой, которой в какой-то уцелевшей автолавке была целая гора.

Попутно, когда проходили мимо целых коттеджей и автодомов, заглядывали внутрь них и обшаривали холодильники со шкафами. В одном из таких мест я встретил знакомое лицо.

Большой автодом с надстройкой второго этажа над кабиной, в который я толкнулся, оказался заперт, на стенах имелись отметины от пуль, лобовое стекло отсутствовало, с одной стороны виднелся чёрный след от огня и белесые полосы порошкового огнетушителя.

Не думая, что внутри может кто-то сидеть — при наличии такого шикарного прохода, как дыра в кабине, какой смысл запираться — я попросил Русту сорвать дверь, так как корячиться по капоту до высокого окна мне не хотелось. Ещё и устал уже по такой жаре весь день бродить в нервном ожидании встречи с пьяной или укуренной африканкой с заряженным пистолетом.

Внутри было очень жарко и душно, сильно пахло нагретым пластиком и человеческим потом. Впрочем, у африканцев это норма, потеют они как бы не в три раза сильнее европейцев и пот у них, мягко говоря, ядрёнее.

Первым делом стал осматривать маленькие комнатки автодома и в закутке за душевой кабиной увидел Лулу с двумя молодыми негритянками. Вся троица была перепугана до такого состояния, что их черная кожа посерела.

— Лулу?!

— Господин Рекдог? — с надеждой и одновременно страхом ответила она.

— Ты что здесь делаешь?

— Это мой дом, господин Рекдог.

— Санлис, просто Санлис. Извини, я не знал. Сейчас уйду, — повинился я и дал задний ход.

На пороге меня догнал её крик:

— Госп… Санлис, подожди.

Я повернулся к женщине и вопросительно посмотрел на неё.

— Вы не поможете мне уехать из города?

В первый момент я опешил от такой бесцеремонности. Несмотря на то, что мы хорошо друг друга узнали и легко перешли на «ты», такая просьба в данный момент времени несколько бестактна. Ведь, по сути, спасателю приходится тратить свои ресурсы просто так, в ущерб своим интересам и близким людям. Я достаточно мягкий человек (раньше точно был, пока не попал в руки вивисекторов и не начались странствия по Африке), но сейчас помочь не мог никому постороннему в ущерб себе. Ресурсы и даже места в машинах ограничены.

— Лулу, я уеду далеко отсюда и совсем не в безопасные места, — ответил я женщине. — И по пути не будет поселений.

— А с вами? Вы хороший человек, Санлис… ты извини, — торопливо заговорила собеседница. — Мне здесь с племянницами опасно оставаться. Сейчас банды начнут бесчинствовать, для них убить богачку, которая в «белом» секторе жила — в удовольствие. Я чудом пережила эту ночь, пряталась среди развалин, сейчас решила прийти за вещами, а тут увидела ваши машины. Подумала, что обойдёте дом стороной, тем более, его уже осматривали другие…

— С нами опасно, — терпеливо повторил я объяснение своего отказа.

— Не опаснее, чем здесь или самостоятельно идти на север, Санлис. Меня бандиты убьют, а племянниц сделают рабами.

Блин, вот упрямый человек. Может, сказать ей, что вся эта буча случилась из-за меня? Пока размышлял над этим, к нам подошла Руста, недовольная задержкой.

— Что тут? — резко спросила она, потом узнала мою собеседницу. — Лулу, чего тебе?

— Возьмите нас с собой, миссис Рекдог, — умоляюще произнесла негритянка. — Нас здесь убьют банды. За ночь погибла треть моих соседей или их утащили в качестве рабов. Остальные, наверное, смогли вырваться, кто-то сумел спрятаться, как мы.

Кажется, сама не зная того, негритянка сумела получить пару положительных очков на свой счёт, назвав Русту моей женой.

— Сколько вас? — поинтересовалась ластавка. — Пусть остальные покажутся.

Лулу что-то крикнула на родном наречии, повернув голову в ту сторону, где прятались её племянницы. Через несколько секунд обе девушки показались в тамбуре автодома.

Сейчас я их сумел очень хорошо рассмотреть. Обеим было примерно по двадцать лет, обе чёрные, как чугунки, то есть ни капли посторонней крови. Одна полная, с курчавыми волосами, приплюснутым носом и крупными губами, широкие бёдра и не самая большая грудь сильно гармонировали между собой, тем более, одета девушка была очень легко — топик и джинсовые шорты с нитяной бахромой, скорее всего, сделанных из джинсов обычных.

Её сестра казалась совершенно чужим (для неё) человеком, настолько сильно отличалась конституцией. Отличалась, к слову, в лучшую сторону, хотя одета была более скромно — в цветастые просторные штанишки с резинкой или завязками на щиколотке, просторную футболку без рукавов яркого ядовито-жёлтого цвета с крупной надписью арабской вязью, исполненной такой же бросающейся в глаза краской зелёного цвета. Лицо симпатичнее раз в пять, более изящные черты, аккуратный нос, и губы просто пухлые, а не толстые. Фигура стройная, с тонкой талией, в меру крепкими бёдрами и заметной крупной грудью, очень большой для такого возраста и сложения. Её не могла скрыть просторная футболка — размер третий с плюсом. И это — навскидку. Волосы у девушки опускались до лопаток и едва-едва завивались.

— Ты эхора? — неожиданно для всех нас спросила у красавицы Руста.

Реакция была не совсем понятна — обе, Лулу и девушка, сильно испугались.

— Нет, нет, что вы, — залопотала старая негритянка, — она совсем не эхора.

— Да ну? — саркастически усмехнулась ластавка.

— Руста, почему так думаешь? — спросил я, не заметив у девушки рудилиевого канала в энергетике.

— А ты посмотри на неё, ничего не замечаешь? — кивнула эхора на сжавшуюся девушку. — Мне не нужны твои таланты, чтобы определять такое. Она красива, отлично выглядит, немного по-другому двигается. Возможно, в толпе подиумных моделей я не обратила бы на неё внимания, но не здесь. Так что, я уверена почти на все сто — эта девушка является эхорой.

— Она не эхора, миссис Рекдог, — принялась защищать свою племянницу Лулу. — Всего лишь нулевой ранг, и совсем не умеет сражаться.

— А что умеет? — спросила Руста.

— Готовить кушать, она очень хороший повар. Это её дар.

— Повар? Вот как? — ещё сильнее заинтересовалась Руста, потом посмотрела на меня, и опять повернулась к негритянкам.

Я и сам заинтересовался таким талантом. Умение хорошо и вкусно готовить в полевом лагере — это очень важно. Нулевой ранг? С моими талантами это поправимо.

— Лулу, я уже говорил, что туда, куда я отправляюсь, будет опасно? — спросил я негритянку.

Та кивнула и с надеждой посмотрела мне в глаза, уловив изменение тона.

— Я могу взять тебя и твоих племянниц в качестве рабочего персонала, например, поварами. Оклад небольшой, для начала пусть будет по девяносто фунтов, плюс, жильё и питание, какая-никакая одежда и защита, — предложил ей.

— Я… мы согласны, — быстро ответила та.

— Лулу, мы ещё дальше на юг спустимся, — хмыкнула Руста. — Ближе к механоидам, ближе к бандам.

— Да, — подтвердил я её слова, — всё так и есть. Если отправитесь с нами сейчас, то потом вернуться сможете не скоро, так как я не смогу обеспечить безопасность вашего возвращения. Или придётся вам это делать самостоятельно.

— Господин Рекдог, всё нормально, — успокоила меня негритянка. — Для меня равносильно смерти остаться здесь или пробовать уйти одной на север.

— Значит, договорились, — кивнул я. — Сейчас вас до грузовика проводят и там отведут места.